Грань - Лена Барнс

— Слушайте, бред это все, вам ясно? Они ошибаются, потому что мы никак не связаны с королевской семьей, — выпалила я. — Никакого даже самого дальнего захудалого родства.

Лукавила очень здорово, ведь мой новый знакомый из снов очень даже мог быть представителем таковой семьи. Владеет редкими возможностями, передал часть своей силы и в случае отказа может отнять. Да и доверия не прибавляет тот факт, что Бен тянет с признанием, кто же он на самом деле. Вдруг родственник короля? Кузен троюродный или дядя какой — нибудь? Хотя я и короля-то не очень помню в лицо, не то, что его родню. У него был старший брат, но он погиб, когда мне исполнилось почти десять лет. Вот бы увидеть портрет умершего крон-принца. Вдруг это он мне снится? Кусочки полученной информации складываются в странную и ужасно непонятную, но гармоничную картинку. Если она правдива, то звучит как бред сумасшедшего.

— Но вы же не только поэтому пришли ко мне, да?

— Ага, ты очень проницательна, — вздохнула Кэсси. — Риан не хотел бы, чтобы мы вмешивали еще кого-нибудь, но… Просто… Ты помнишь, как спрашивала меня про каникулы?

— Конечно, — кивнула, хотя не понимала, куда она клонит.

— Обещаешь, что сохранишь то, что мы расскажем, в секрете? — замялась Кэсси.

Или понимала, но как-то очень смутно. Кто разберет, что они хотят рассказать, а что скрыть?

— Да. Я немного помогу тебе, ладно? Вся академия знает наизусть про вашу любовь к приключениям. Готова поспорить на что угодно, летом вы изнывали от скуки, а потом пробрались куда-то. Что вы так смотрите? Это вполне в вашем стиле. И, предположу, ваша вылазка закончилась, м-м-м… Необычно.

— Не думал, что мы настолько предсказуемы, — буркнул Риан.

Но он выглядел удивленным.

— Но ты попала в яблочко, — тихо проговорила Алиса. — Мы проникли, но не абы куда. Нашей целью мы избрали кладбище королев и королей.

— Нам удалось туда пробраться, — подхватила Кэсси.

Ее била дрожь, будто то, о чем они говорили, произошло вчера. А я затаила дыхание. Повеяло опасностью.

— Старые слухи — одно. Но увиденное собственными глазами куда страшнее историй, которые сочиняют люди, — Риан покинул подоконник, встал рядом с сестрой и ободряюще сжал ее плечо. — А мы обнаружили принца Бенджамина. И знаешь что? Похоже, он не совсем умер.

В голове начался хаос.

— Что это означает? Что значит — не совсем мертв? Он помог защитить Дагорию от врага, его похоронили со всеми почестями! — я горячо воскликнула и даже стукнула кулачком по матрасу, как будто так могла доказать правоту собственных слов, или того, во что верил наш народ.

Я в обрывках моментов помнила похоронную процессию, но слезы придворных дам в памяти отпечатались неплохо. Его любили и в него верили.

— Ага, а еще приодели в черное, и все эти годы поддерживали чарами живое тело. Может, нам лишь показалось, но зачем кому-то приглядывать за ним?

— Может, у них был план вернуть его, — предположила, хотя не верила в это. — Или выгодно использовать… Стоп, что ты там сказал насчет одежды?

Хотя признайся, Эстер, Бен из сна и принц Бенджамин — одно и то же лицо. Не совсем живой, не до конца мертвый. Он просил твоей помощи.

— Эстер, его точно не думают возвращать, — покачала головой Кэсси.

— А если проклятие настолько сильное, что понадобятся годы, чтобы найти способ снять его?

— Я слышал, королевские маги щелкали такое, как орешки. Впрочем, его высочество расколдовался бы и сам за считанные секунды. В свое время он накопил не только друзей, но врагов, так что не глупо предположить, что проклятие оказалось мощнее светлой силы. Нынешняя власть скрывала настоящее состояние престолонаследника, и мы хотим узнать, что же произошло на самом деле. Мы можем рассчитывать на тебя?

Что же получается? Если правильно понимать, во сне мне предстоят разборки с мужчиной, который говорил загадками. Да не абы с кем, а с целым принцем! Ну, устрою ему! Будет уворачиваться не только от заклинаний, все пойдет в ход — и камни, и палки! Его же магией и накажу, и выведаю оставшуюся часть правды. Хочет помощи — помощь будет.

— Откуда вы начали?

Поняв, что я согласилась, троица оживилась, даже брат с сестрой повеселели.

— С библиотеки, — ответила Алиса, заправив выбившуюся прядку за ухо. — Наша цель — запретная секция.

— А пропуск имеется? — полюбопытствовала я. Ни у кого из них нет специального разрешения. Как же они думают пробраться внутрь запретной зоны? Перевела взор на Риана и поняла, что задала глупый вопрос.

— Конечно, — широко улыбнулся он, сверкнув голубыми глазами. — Он перед тобой. Но я не люблю оставаться в долгу.

— Это очень и очень здорово, правда… А меня попросить не судьба?

Алиса прыснула в кулак, а Кэсси закашлялась, скрывая смех. Довольная улыбка Риана слетела с губ.

Они ушли, а я вернулась к папке. Если повезет, то за пару дней все осилю и разберу. Вот только в ушах то и дело торжественной дробью звучал вопрос. «Значит, ты хочешь стать боевичкой?»… Сердце билось быстрее. Я хотела заниматься чем-то важным и появился превосходный шанс доказать, что все в моих руках. И это еще один повод согласиться помочь Бену. Но что произойдет потом? К чему приведет это решение и обретенная связь? Беспокойный сон принял не скоро, но радовало то, что брюнета не пришлось долго искать.

— Леди Эстер, что вы решили?

По глазам вижу, что боится. Тот самый принц, и его страшит отказ. Оправданно, ведь это скажется не очень хорошо на нас обоих. Он продолжит искать помощника, а я рискую расстаться не только с магией, но и собственным рассудком. Глубоко вдохнула. Почему было дано так мало времени подумать? Почему нет другого выбора?

— Я согласна. Но только при условии, что ты все расскажешь, принц Бенджамин. Все-все.

Он помрачнел.

— Ты догадалась. Но как?

— Мои друзья обнаружили кое-что, когда задумали летом путешествие кое-где. Как думаешь, в чем разница между Беном, который потратил кучу времени, чтобы изучить Грань, и принцем Бенджамином, который ушел из жизни молодым героем? Ответ мы оба знаем. Вопросов существенно прибавилось. Но если обобщить их, получится всего один. Пришел момент ответить на него.

— Вот и как верить, что вы, девушки, нежные и милые создания? Вертите и манипулируете, как хотите! — с уязвленным чувством собственного достоинства заявил Бен.

— Когда человек утаивает что-то, что наверняка может поспособствовать ходу дела, сделать его