Три мести Киоре 2 - Наталия Корнеева

— Спасибо, оставь в библиотеке! — крикнул он Джемме.

После завтрака, не позволяя себе задуматься хоть о чем-то постороннем, Доран принялся за дела.

В письме настоятель монастыря мягко и вежливо отказался от всех возможных личных встреч — молитвы занимают его время целиком и полностью, да и не может он опуститься до земной суеты, когда столько людей погибло насильственной смертью и рискует остаться неотмоленными, неприкаянными тенями на грешной земле. Но, если его сиятельство желают, через две недели встреча станет возможна…

Отложив письмо, он посмотрел в потолок. Никогда раньше Доран не чувствовал себя таким ослом, а теперь это состояние затянулось, преследовало его. Неудачи сели ему на хвост с того момента, когда император отдал папку с досье на его невесту. Жениться он не думал и не хотел.

Еще Доран не верил в Спящих богов. Он считал их сказками, легендами стародавних времен, которыми с детства пугали северян. Он считал, что не случится ничего страшного, если поедет не один.

А в итоге… Сам он наверняка бы разозлил бога и остался там, у гор, еще одной ледяной скульптурой. Ниира его спасла. Снова.

— Ваше сиятельство, там передают, что вашу карету починили! В «Вепре» стоит!

Бодрый голос Джеммы вытащил его из мыслей, полных уныния. «Отлично, — подумал Доран, собираясь. — Дорога поможет развеяться».

— Я к герцогу, Джемма.

— Стойте, стойте! — замахала руками девушка, которую он встретил на лестнице. — Ваше сиятельство, да что вы? Хоть бы кого послали предупредить его! Старик-то наш чтит традиции!

— У меня нет времени для соблюдения условностей.

— Да сегодня праздник, ваше сиятельство! Он здесь, в Ройшталене! Вечером в его особняке наверняка соберутся местные дворяне!

— Туда меня не приглашали, поэтому объясни мне, как найти герцога…

— Герцога Миста. Найроли-Вилф Аби, герцог Миста, можно сказать, правитель севера. Он у нас старый ворчун, но справедливый, — рассмеялась она. — А если уж пойдете… Видели, небось, башенки над городом? Это на его особняке, тут недалеко, быстро доберетесь. Только это, ваше сиятельство… В столице-то вас каждый в лицо знает, а здесь-то… Давайте я сбегаю, отнесу в особняк герцога-то записочку, что вы его почтите визитом? Иные бароны без свиты не ездят, а вы один хотите к нему прийти…

Доран задумался и согласился, и ему пришлось ждать с полчаса, пока Джемма вернется.

— Всё сделано, ваше сиятельство! Теперь идите! Ох, как на вас мундир сидит, сразу видно — столичный!..

Он снова надел пальто, что скрыло эполеты и обшлаги Тайного сыска, и вышел на улицу, потонувшую в предвкушении праздника. Люди спешили с полными корзинами еды и украшений; люди смеялись, обнимались и поздравляли друг друга, прощались до ночи и обещали встретиться, непременно встретиться! Одни горластые торговцы с лотками предлагали разноцветные леденцы, другие — простенькие маски, непременный атрибут будущей ночи.

— Эй, господин, возьми! Подними себе настроение! — и бойкий мальчишка в сбившейся на одно ухо шапке протянул ему расписанную желтым и оранжевым маску. — Медяшка всё удовольствие!

Он дал ему три монетки и убрал маску во внутренний карман пальто.

— Ай, спасибо, господин! — крикнул мальчишка ему в спину и побежал дальше. — Маски, покупаем маски! Ночью искать поздно будет!..

Особняк с башнями не окружал забор, но рядом с ним никто не шумел, не сорил; никто не приближался к нему, то ли из уважения, то ли из страха. Доран стукнул три раза молотком по двери.

Открывший ему дворецкий выглядел как серийный убийца — кривое лицо со шрамами контрастировало с костюмом без единой складки. Идеальная выправка, идеальное бесстрастное лицо слуги — Доран опять почувствовал себя неловко.

— Ваше сиятельство герцог Рейла, князь Хайдрейк? — осведомился он, немного напутав с титулами, наклонил голову с выпуклым лбом.

— Доран Хайдрейк, герцог Рейла, князь, — кивнул Доран.

— Милости прошу, проходите… — амбал отодвинулся, открыл дверь, впуская гостя, принял у него пальто.

От особняка с гладким фасадом без украшений он ожидал аскетичности и в интерьерах, но внутри оказалось довольно уютно: деревянная, лакированная мебель, живые цветы в кадках и горшках, летние пейзажи на светлых стенах — старомодно, но уютно, Доран словно вернулся в свое далекое детство, в дом дедушки. Слугу определенно впечатлила его форма, и по коридору он его вел, то и дело оглядываясь на серебро украшений.

— Прошу, — дворецкий открыл ему дверь в гостиную с полосатым желто-зеленым диваном, парой кресел у растопленного камина и огромным гобеленом во всю стену. — Их сиятельство сейчас спустятся.

Молоденькая служанка на цыпочках, будто боясь дышать рядом с ним, принесла поднос с чайной парой и заварником, другая прокралась следом за ней с подносом с закусками. Обе, стрельнув в него взглядами и поймав ответный, вздрогнули и выбежали из гостиной — совершенно бесшумно, к слову.

— Молодежь вечно куда-то торопится и несется, совершенно не уважая вековых традиций, — скрипучий голос раздался от дверей. — Вы, молодой человек, не дали мне времени ни подготовиться как следует к вашему приезду, ни возможности уклониться от этого визита. И, наконец, вы явились ко мне, сами постучались в дом, как какой-то бродяга!..

Вошедший старик, древний, как вековой камзол на нём, пожалуй, с высоты прожитых лет имел полное право называть его молодым человеком. На голову ниже Дорана, сухощавый, он пожал ему руку удивительно крепко.

— Еще мы вынуждены представляться самостоятельно, вопиющее нарушение приличий!

— Доран Хайдрейк, герцог Рейла, князь, глава Тайного сыска Его Императорского Величества, — кивнул он.

— А титулов-то, а регалий! — усмехнулся старик, опираясь на свою трость. — Найроли-Вилф Аби, герцог Миста. У меня, как видите, только имя вычурно звучит. Присядем, в ногах правды нет.

Он занял то кресло, что было ближе к огню, и бросил на столик газету, до того зажатую под мышкой. Доран увидел, что это старый выпуск, открытый на странице с карикатурой, изображавшей его и виконта Оленского.

— Ага, похожи, похожи! Столичные художники талантливее местных, — усмехнулся старый герцог. — Портретов ваших у меня не водится, а привечать мошенников не хочется.

— Но это же карикатура, а не точный портрет. Сомнительный способ подтвердить мою личность, — заметил Доран, занимая второе кресло.

— Портрет тоже не помощник. Вернее всего свои глаза да ощущения. Ни разу в жизни они меня не подвели! Ну, а вас карапузом помню, ползали в милом таком голубом костюмчике, когда я прощался с вашим отцом. Вы на него похожи. Весть о его смерти пришла на север поздно, и пока бы я доехал… Приехал бы рану бередить.

Доран смотрел на этого старика, которого видел впервые в жизни, и мало что понимал.

— Я вас нарек Дораном, — пояснил он. — Дружили мы