Растай для нас - Молли Дойл

— Честно? — спрашиваю я, дальний свет включается и выключается на близком расстоянии.

— Даже, блядь, близко нет, — выплёвываю я, сильно толкая его, его спина с громким стуком ударяется о машину. — Но я буду. Отводя руку назад, мой кулак врезается ему в нос, одним ударом опуская его на землю. Стоя над ним, я бью его ногой в лицо, убеждаясь, что он без сознания. — Когда твоя кровь будет на моих руках.

Дженсен с визгом останавливается рядом с нами, выпрыгивает из джипа как сумасшедший и топает к нам. Мы быстро осматриваем местность, чтобы убедиться, что нас не заметили.

— Хватай его за ногим, — говорит он, открывая заднюю дверь. — Давай, блядь, закончим с этим.

***

Эрик Спеллман всё ещё без сознания, пока мы тащим его в заброшенный амбар, место, которое мы считали своим много лет назад. Здесь, глубоко в лесу, нет электричества, так что прожекторы — наш единственный источник света. Все завёрнуто в пластик. Полы. Даже стены. За исключением деревянного стула в центре комнаты.

Привязывая его безвольное тело веревками к стулу, во мне вспыхивает гнев. Я бью его наотмашь, снова и снова, пока его глаза не распахиваются.

Выражение сильного ужаса появляется на его лице, когда он оглядывает своё окружение.

— Какого хрена, — невнятно произносит он, внезапно впадая в панику. — Где я? — требует он, пытаясь освободиться от верёвок. Его полные ужаса глаза встречаются с моими.

— Что это, чёрт возьми, такое?

— Заткнись нахуй, ты, кусок дерьма, — угрожаю я, вытаскивая свой нож. — Ты действительно думал, что тебе это сойдёт с рук. То, что ты прикоснулся к ней своими грязными гребаными руками…

— К кому? — умоляет он, широко раскрыв глаза, как олень, попавший в свет фар.

— В твоём списке больше, чем одна, верно? — спрашивает Дженсен, сильно ударяя его.

Внезапно моча стекает по его лодыжке, стуча по пластиковому покрытию на полу.

Я смеюсь, без всякого юмора.

— Ты чертовски жалок, — выплёвываю я, прыгая вперёд и прижимая кончик лезвия к его горлу.

— Пожалуйста, — кричит он, дрожа, слёзы текут из его глаз.

— Обычно мне нравится не торопиться со своими убийствами, — резко выдыхаю я, срывая с него маску и глядя прямо ему в глаза. — Но уже почти полночь, и мы намерены сделать так, чтобы ты не получил ни единого гребаного вздоха Нового года.

Я вонзаю мой нож ему в живот, он издаёт низкое рычание. Проворачивая лезвие в его плоти, я вонзаю в него нож ещё глубже. Адреналин поглощает всё моё существо в тот момент, когда я вижу выражение поражения на его лице.

Квинн неожиданно приходит мне на ум, и я вспоминаю, как сильно она плакала перед нами после того, как рассказала нам, что он с ней сделал.

Красный. Красный. Красный.

Это всё, что я, блядь, вижу.

Кровь просачивается сквозь его белую рубашку, но этого недостаточно. Впадая в ярость, я продолжаю наносить ему удары ножом. Снова, снова и снова. Пока я полностью не схожу с ума, прямо на грани потери сознания.

Бросив нож на землю, я опрокидываю его стул и сажусь на него верхом. Мои кулаки ударяют по его лицу, снова и снова. Повсюду брызги крови, окрашивающие стены. Звук хруста его костей меня не смущает. Это не заставляет меня останавливаться. Даже несмотря на то, что в этот момент он неузнаваем.

— Дэмиен, — повторяет Дженсен, когда я наношу удар за ударом. — Дэмиен.

И всё же, кажется, я не могу остановиться.

— Он мёртв, — громко настаивает он.

Подняв кулак, я откидываюсь назад, молча глядя на беспорядок, который я устроил.

Удовлетворительно.

— Который сейчас час? — спрашиваю я, наслаждаясь острой болью в моих разбитых костяшках.

— У нас есть время, — говорит он мне.

— Я снова чуть не потерял сознание.

Он смотрит вниз на безжизненное, неопознанное тело подо мной и кивает.

— Я знаю.

КВИНН

Мои глаза распахиваются.

— Дэмиен, — выдыхаю я, крепко обнимая его.

Он садится на край кровати, крепко прижимая меня к себе.

— Я здесь, — шепчет он, заправляя прядь волос мне за ухо. — У меня твой подарок.

Мои глаза загораются от волнения.

— Правда? — спрашиваю я.

Дженсен входит в комнату, и Мика просыпается, прислонившись спиной к спинке кровати.

— Самое время, — говорит Мика с сарказмом в голосе.

Дэмиен криво усмехается, забирая коробку с тумбочки, прежде чем положить её мне на колени.

Я осторожно приподнимаю крышку, моё сердце замирает при виде того, что внутри.

Королевская синяя маскарадная маска.

И вдруг я понимаю.

— У всех нас есть свои демоны, — говорит Дэмиен, проводя кончиками пальцев по инициалам, вырезанным на моей коже на бедре. — И иногда они поглощают нас.

— Ты сделал это, — начинаю я, ставя коробку обратно на тумбочку. — Для меня?

Его глаза впиваются в мои.

— Я бы сделал для тебя всё что угодно.

Одним быстрым движением он хватает меня сзади за шею, прижимаясь губами к моим. Он целует меня крепко, лихорадочно. Прижимает меня к своему твердому телу, когда я растворяюсь в нём. Мой желудок трепещет, и самые прекрасные эмоции поглощают меня. Мои руки находят путь вокруг его шеи, и я прижимаю его так крепко.

Дженсен и Мика двигаются позади меня, поглаживая мой зад своими теплыми руками, прокладывая поцелуями путь вниз по моей шее и плечам. Между нами четырьмя проскакивает искра, электрический ток в воздухе. Что-то изменилось.

То, что когда-то было похотью, теперь превращается в неумирающую страсть.

Дэмиен стонет в нашем горячем поцелуе, проводя губами по моей челюсти.

— Квинн, — эмоционально шепчет он, глядя на меня сверху вниз уязвимыми глазами.

— Я знаю, — шепчу я в ответ, дрожа.

— Тебе холодно?

— Нет, — выпаливаю я, притягивая его ближе. — Я таю.

— Вот так, детка, — мурлычет Мика, нежно целуя меня в плечо.

— Наша хорошая девочка, — говорит Дженсен мне на ухо, и я закрываю глаза, утопая в чистом блаженстве.

— Растай для нас, — выдыхает Дэмиен.