На чужом празднике - Холли Престон

— Такие же браслеты, как у тети Санни.

Увидев замешательство Клауса, Санта показала ему браслеты на руке и пояснила:

— Я купила их года два назад. Мэри они очень понравились, и она захотела такие же. Я сказала ей, что маленького размера на ее ручонку не бывает. И теперь, каждый раз приходя ко мне, она спрашивает, не вышли ли они из моды, — рассмеялась Санта. — Это одна из ее уловок. Каждый раз, появляясь у меня, она по очереди перебирает все украшения и доказывает, что они вышли из моды. Обычно она получает мои старые вещи поиграть. Наверное, вы уже заметили ее любовь к украшениям.

— О да. Она настоящая женщина. Когда выйдет замуж, ее мужу придется постоянно выкладывать деньги…

— А какое у вас желание на Рождество? — вмешалась Мэри, глядя Моргану в глаза.

— Чтобы тетя Санни уговорила своих хозяев продать мне дом, в котором она живет.

Девочка опешила.

— Нет! А куда же тогда денется тетя? Вы не можете прогнать ее!

Она схватила Санту за руки и крепко прижалась к ней. В широко раскрытых глазах блестели слезы.

— Не волнуйся, солнышко мое. Я никуда не переезжаю, — поспешила успокоить ребенка крестная.

— Но…

— Мы найдем дяде Клаусу очень-очень хороший дом, который ему понравится. Он просто шутит.

Клаусу не хотелось спорить в присутствии девочки. А почему бы Санте не перебраться поближе к Коммонам? А пока она не снимет новое жилье, то может пожить у подруги, тем более что для нее есть всегда готовая комната. А вот ему некуда переезжать, не считая безликих номеров в отелях.

— Что вы хотите пожелать себе на праздник? — поинтересовался он у Санты.

— Чтобы никто не испортил мне Рождество.

И она покосилась в его сторону.

— Не волнуйся, тетя Санни. Нет таких людей, которые не любили бы этот праздник, — выпалила девочка и, не дожидаясь ответа, потянула крестную в очередь.

Сверкнула вспышка фотоаппарата, извещая о том, что маленький мальчик, сидящий на коленях у Санта-Клауса, закончил сниматься, и теперь настала очередь Мэри. Девочка не заставила себя долго ждать.

По мнению Клауса как профессионала, сказочный Санта-Клаус выглядел усталым, слегка потрепанным и даже каким-то убогим. Но Санни не обращала внимания на такие мелочи, она видела в этом действе не коммерческую подоплеку, а настоящее чудо. Она сама творила чудеса: для себя, для ребенка и даже для него.

Впервые в жизни Морган задумался над тем, что значит иметь ребенка. Не отвлеченно, как тогда, когда чуть не женился на Джинни, а всерьез. Ему перевалило за тридцать пять, и он решил, что пришло время обзавестись семьей. Клаус познал многих женщин, но еще ни разу он не любил по-настоящему.

Сейчас Клаус ощутил, что любовь — вещь небезопасная, даже рискованная, неведомая ему ранее. Еще в интернате Морган привык к четкому порядку и дисциплине: режим в этом закрытом заведении был полувоенный. Поощрялось послушание, и не было места эмоциям.

— Какие просьбы будут у моей маленькой подружки? — ласково спросил Санта-Клаус девочку, усаживая ее на колени.

— Я хочу дом для Барби, — улыбнулась она.

— А что еще?

— Много-много красивых колечек, браслетов и сережек.

— А еще?

— Я хочу, чтобы ты подарил моей маме мужа, — попросила она после минутного размышления.

— О… — протянул Санта-Клаус обескураженно.

Девочка прошептала ему что-то на ухо.

— Конечно, моя хорошая, ты можешь загадать и четвертое желание, — с облегчением ответил Санта-Клаус, радуясь быстрой смене желаний ребенка. — Что же ты хочешь?

— Я хочу, чтобы тетя Санни и он, — громко произнесла она, показывая на Клауса пальцем, — поцеловались, и тогда никому не надо будет никуда переезжать и уезжать.

Н-да, желание было не из простых. Толпа замерла в ожидании. Мамы смотрели с надеждой, папы предвкушали удовольствие, дети хихикали.

Представление затягивалось.

Санта и Клаус стояли, не двигаясь, не зная, как себя вести дальше.

— Поцелуй же ты ее, наконец! — раздался крик какого-то папаши. — В первый раз, что ли, целоваться будешь?

Санта не поднимала головы. Она чувствовала, как горят ее щеки: они, наверное, красные, как костюм Санта-Клауса. Ведь ей действительно хотелось, чтобы Морган поцеловал ее.

С некоторых пор Клаус стал замечать за собой некоторые странности. Он, не привыкший привлекать всеобщее внимание, вдруг решительно шагнул к Санте. Она отступила назад, нервно оглядываясь в поисках сочувствия, близкая к обмороку. Клаус приблизился, нежно обнял ее и, глядя в испуганные глаза, поцеловал. Ради зрителей и ради ребенка. Его губы двигались необыкновенно мягко и страстно, заставляя ее покраснеть еще больше.

Услышав аплодисменты, он очнулся и выпустил еле дышавшую Санту из объятий.

— Спасибо, Санта-Клаус, — прощебетала Мэри, слезая с его колен и широко улыбаясь.

— Теперь-то ты довольна, маленькая пройдоха? — спросила Санни, беря девочку за руку.

— Угу. Ведь люди сначала целуются, а потом живут вместе, в одном доме?

— Бывает и так.

Санни поспешила подтвердить умозаключение девчушки.

Ну, Мэри, может, и довольна, а Клаус определенно нет. Ему хотелось много-много раз целовать Санту. Возможно, он влюбился? Или просто устал от одиночества? Он не доверял своим чувствам в это время года и поэтому всегда уезжал на Рождество к солнцу и лету.

— Куда мы теперь? — спросила Мэри, когда они уходили с ярмарки.

— Мы с дядей Клаусом поедем искать дом, после того как отвезем тебя к маме.

— А можно мне с вами?

— Нет. Мама сказала, что тебе надо прибраться в комнате, если хочешь все-таки получить рождественские подарки. Санта-Клаус приходит только в чистые комнаты и любит послушных девочек.

— Ладно, — нехотя согласилась Мэри. По дороге к Коммонам Морган вдруг подумал, что он еще не видел спальни Санты.

— Может, этот вам понравится больше, предположила Санни, паркуя машину у очередного дома.

Они осмотрели уже четыре дома, и придирчивый клиент забраковал все, находя причины одну нелепее другой. Было очевидно, что он настроился купить дом, в котором она жила, и теперь ездил с ней потехи ради.

Санта обещала переговорить с хозяевами о продаже снимаемого дома, но солгала. Она приняла твердое решение остаться в нем. Она любила этот дом, и дом любил ее, они подходили друг другу, и у нее, в конце концов, контракт на аренду на три года.

Санта хотела уже сказать, что она больше не сможет заниматься его делом и отказывается. То, что поначалу казалось легким и денежным, в действительности оказалось почти неразрешимым. Но это была работа, и она не должна сдаваться ни при каких условиях. Здесь нет места чувствам. Комиссионные позволят ей поправить кое-какие дела и отложить немного. От эмоционального настроя зависела и карьера. Поэтому ей придется вытерпеть все, пока они не найдут подходящий Клаусу дом или поместье.