Шесть лет - Эль Севено

– Джереми просто душка, – замечаю я, напоминая, как ей повезло, что у нее есть такой мужчина, как он.

– Ну, разумеется, он же мой парень! Но парочка сочных подробностей из твоей жизни мне не повредит. Итак, Брис? Все так же хорош?

– Да.

Должно быть, я говорю не вполне однозначно с ее точки зрения, потому что она хмурится и отходит в сторону, чтобы взглянуть на меня. Как будто хочет изучить меня получше.

– Ух! Так в чем же проблема?

– Ни в чем! Нет никакой проблемы.

– Не морочь мне голову. Я все вижу по твоим глазам. – Жюли указывает пальцем на мое лицо. – Тем более ты выглядишь так, будто говоришь не то, что думаешь. Что ты не договариваешь?

– Ты слишком много болтаешь. Хотя находишься здесь всего пять минут!

– Ага, нападение – лучшая защита, ты права. Но ты должна рассказать все, что скрываешь. Я-то тебя знаю.

Конечно, она знает меня вдоль и поперек: мы никогда не разлучались с самого детства. Жюли – единственный ребенок в семье. Когда она подружилась со мной, то всегда говорила, что у нее появились две сестры. Я вспоминаю, как мы проводили время дома, за настольными играми, и задыхались от смеха. Мы могли играть часами напролет. По крайней мере, когда мы не ссорились. Ну, а ссоры наши длились недолго. Но как бы ни заканчивались эти игры – в приступах плача или смеха, – мы были неразлучны.

* * *

Я наполняю поднос тем, что нашла на кухне, и уже слышу, как они спорят в гостиной.

– Я не жульничала! – восклицает Эмелин.

– Конечно, жульничала! – протестует Жюли. – Думаешь, я не заметила?

– Нет, я не вру!

– Иногда ты можешь быть настоящей занозой в заднице. Вик, скажи своей сестре, что обманывать нехорошо!

Я оставила их всего на пять минут, чтобы приготовить небольшой перекус, а они уже вопят.

– Эмелин… – вздыхаю я, хорошо зная свою сестру, которая хватает коробку с «Монополией», как только мы отворачиваемся, – прекрати!

– Но я не жульничала!

– Обманщица! Обманщица! Обманщица! – кричит Жюли, а затем хватает подушку с дивана и начинает незабываемый бой подушками.

Эмелин заливается смехом и начинает бегать по квартире, чуть не налетев на меня. Я быстро ставлю поднос на стол в гостиной и присоединяюсь к битве.

* * *

– Так рассказывай! Что случилось? Ты встретила другого парня? Надеюсь, он тоже горячий!

Я морщусь. Не могу рассказать о Рафе…

– Вик! – зовет меня подруга, заметив, что я слишком долго не отвечаю.

– В некотором смысле так и есть.

– Ты действительно кого-то встретила? – восклицает она как сумасшедшая, радуясь, что узнала правду.

– Допустим…

– Кого? Кроме Бриса, ты ни с кем здесь не встречалась, верно? Если только ты не рассказывала мне! Но я не понимаю, как ты могла скрывать от меня…

– Нет, я с ним раньше не встречалась…

Жюли задумывается. И когда она размышляет о моей жизни, то ей не требуется много времени, чтобы прийти к выводу, который очень близок к реальности.

– Парень, который тебе нравится? Вы были раньше знакомы? Почему я ничего не знаю о нем?

– Он мне не нравился. Тогда.

Я чувствую себя маленькой девочкой, застигнутой врасплох. Мне это не нравится. Обычно я достаточно уверена в себе.

– Вик, ты недоговариваешь. Объясни!

– Привет! – Раф спускается по лестнице и подходит к нам.

Он слышал наш разговор?

Моя лучшая подруга теряет дар речи. Теперь мне понятно, что я не единственная, на кого влияет Раф. Я улыбаюсь, когда поворачиваюсь и вижу, что его руки покрыты краской, шорты низко сидят на бедрах, а свободная майка испачкана. Он выглядит как альфа-самец, который пришел заявить права на одну из своих волчиц.

– Привет! – в изумлении отвечает Жюли.

В это же время у входа в мою лавку происходит большой переполох, причиной которого являются два парня и девушка примерно возраста Рафа, если судить по внешнему виду. Они громко препираются, и кажется, будто даже конец света не сможет помешать им.

– Мои друзья, – объясняет самый младший Луазон.

– Раф, какого черта ты все еще тут делаешь? – говорит высокий блондин, обнимая девушку за плечи.

– Мы едем на тренировку. Ты с нами? – спрашивает другой парень.

– Да.

– В таком виде? – удивляюсь я и мысленно проклинаю себя за такое материнское отношение.

Он пожимает плечами и нежно улыбается.

– Я все равно окажусь в воде.

– Ладно, – сглатываю я, когда он слишком пристально смотрит.

В памяти всплывают образы, как он без рубашки выходит из воды.

– Раф! Поторопись! – зовет блондин.

– Хорошо-хорошо. Пока, Вик, – шепчет он.

Он целует меня в щеку. Поцелуй, который заставляет меня дрожать.

– До завтра.

Может ли улыбка так сильно парализовать человека? Потому что сейчас я не могу даже пошевелиться. Мне только хочется, чтобы его губы были напротив моих. И я не могу прекратить об этом думать.

– До завтра, – отвечаю я вполголоса.

Раф уходит вслед за своими друзьями, все еще ухмыляясь, как счастливый мальчишка. Я не могу отвернуться. Он стоит на тротуаре и болтает с приятелями. Его взгляд несколько раз возвращается ко мне.

– Вау! Я все поняла! – верещит моя подруга.

– Что ты поняла? Лично я ничего не понимаю.

– Хм, хм…

Она склоняет голову набок, чтобы посмотреть на улицу.

Раф уходит.

– Отличный вид!

– Прекрати!

– Ревнуешь?

– Ты практически замужем.

– А это твой парень, – договаривает она.

– Между нами ничего нет.

Наконец-то я перестаю глазеть на улицу.

– Когда тебе нравится парень, ты становишься совершенно невменяемой!

– Вовсе нет.

– Надо было снять тебя на камеру. Ты чуть не набросилась на него, чтобы не дать уйти. Думаю, ты бы даже попросила его потискать тебя, если бы меня не было рядом.

– Не все такие помешанные, как ты!

– Не все, а ты – да! Серьезно, я никогда не видела тебя такой. Даже когда ты решилась лишиться девственности!

Я качаю головой, словно она говорит глупости. Но в глубине души мы обе знаем, что она права.

– Значит, на самом деле, – продолжает Жюли после раздумий, – ты отказала всем симпатичным парням, с которыми я тебя знакомила в последнее время, потому что предпочитаешь помоложе?

– Глупышка! Это же младший брат Бриса.

– Что? Тот малыш, с кем ты нянчилась в школе?

– Да…

– О, боже мой! Как там его зовут?

Она щелкает пальцами, принимая серьезный вид.

– Рафаэль, – отвечаю я, прерывая этот маленький спектакль. – Его зовут Рафаэль!

– Значит, Раф. Младший брат… – задумчиво добавляет она, глядя на меня.

– Может, уже сменим тему?

– Нет!