Госпожа Вольтури - Яна Бендер

Люциан ушел, прикоснувшись напоследок губами к моей руке. Я буду его ждать, даже если мне придется лгать главе клана Вольтури о том, что мне плевать на ликана.

– А ты молодец, – прозвучал довольный голос Аро, когда я вышла из тронного зала за приоткрытую дверь.

Он все видел и слышал. Тем лучше, не нужно будет подбирать необходимые слова или смирно сидеть рядом, пока он читает мои мысли и воспоминания.

– Ты все знаешь? – равнодушно уточнила я.

– Конечно. Неужели ты думаешь, что я бы оставил тебя один на один с собственным врагом?

– И что теперь? – опустошенно бросила я.

– Ты выполнишь свое обещание, – подтвердил он и заулыбался.

Я не осознавала, почему он так добр к нам. Меня следовало бы выбросить из задних ворот резиденции Вольтури со скалы, ведущей в пропасть… Хотя… Какой в этом смысл? Так…принародное унижение, которое даже гибели за собой не поведет.

Я вопросительно подняла брови.

– Ничего удивительного, моя дорогая, – он по-прежнему ласково обнял меня за плечи, – мне нужна информация, и ты мне ее достанешь.

– Хочешь использовать меня? – все еще прибывая в недоумении, уточнила я.

– Ты против? Кажется, мне стоило бы найти для тебя другое наказание…посуровее этого, но я выбрал шпионаж для тебя. Тем более, что Люциан теперь безгранично доверяет тебе.

Я была согласна на все, только бы скорее убежать из Вольтерры, а там уж будет видно. Я расскажу все Люциану, и мы вместе решим эту проблему.

– Хорошо. Я выполню твое поручение.

Вечером я должна была отправиться в поселение ликанов.

– Как я должна ему объяснить свое появление? – консультировалась я у Аро.

– Скажи правду, что я все слышал и выгнал тебя за измену.

– А ты не боишься, что мне с ним будет лучше, чем с тобой? – хитро прищурившись, заметила я.

– Значит, так тому и быть. Я не стану насиловать тебя своей любовью.

– А, если я не вернусь?

– Я пришлю за тобой.

– Что будет, если получишь отказ?

– Ничего, – он зловеще усмехнулся.

Я поняла, что означала эта гримаса. Он сожжет все поселение, а меня притащит силой в Вольтерру.

– У нас свадьба через полторы недели, – напомнила я ему.

– Я помню, – предвкушая победу над всеми оборотнями сразу, ответил он.

Ближе к вечеру он вызвал мне такси. Я быстро собрала небольшую сумку с необходимыми мне вещами и направилась к выходу.

Аро проводил меня и остался во мраке коридора возле главного входа. Я вышла на улицу. Кажется, ужин в ресторане отменяется.

Машина привезла меня в небольшую деревушку посреди леса, вдали от человеческих глаз. По узкой улочке, усыпанной белым гравием, бегали дети, лет пяти-семи. Женщины суетились по хозяйству. Здесь царила обычная смертная жизнь, которой мне так не хватало за стенами резиденции Вольтури.

Мужчина, сидевший за рулем, подвез меня к серому двухэтажному дому, однако его чердак мог стать еще одним, третьим этажом. Я расплатилась с таксистом и вышла на улицу. Местные жители с опаской смотрели на меня. Чужаков здесь не любят.

Я постучала в ворота. Огромный темнокожий силач подошел к ним, и я увидела сквозь кованные прутья знакомое лицо Рейза.

– Чего тебе? – пренебрежительно бросил он.

– Мне нужен Люциан, – заявила я.

– Хм, – усмехнулся он, – он занят и не принимает вампирских шлюх.

Я схватилась рукой за вертикальный металлический штырь ворот.

– Позови его! – приказала я так, что сама услышала угрозу в своих словах.

Рейз ушел. Я осталась один на один с недоумевающими взглядами некоторых обитательниц этой деревушки.

– Вампирская шлюха…– передавался шелестящий шепот женщин.

Человек бы его не услышал, но до моего слуха донеслось их обсуждение. Я повернулась к ним и окинула их презрительным взглядом.

Он бежал ко мне через небольшой дворик, усажанный кипарисами и можжевельником.

– Прости этого идиота! – воскликнул он, глазами указывая на своего соратника.

Он распахнул передо мной ворота.

– Ты пришла! – прижимая меня к груди, шептал он в мои волосы.

– Почти…он меня прогнал, – призналась я.

– За что?

– Он все видел и все слышал.

– Я клянусь, что, когда с Эгоном будет покончено, я возьмусь за Аро!

– Не стоит, – отказалась я от его идеи.

– Пойдем, – он потянул меня внутрь дома.

Мы оказались в коридоре. Справа были две двери: ванная комната и чулан. Слева располагался вход в большой зал, совмещенный с кухней. Прямо перед нами – лестница, ведущая на второй этаж.

– Проходи, – слегка подтолкнул он меня в сторону зала.

Это было настоящий человеческий дом. Здесь были большие окна, пропускавшие солнечные лучи. Я так отвыкла от них в Вольтерре.

– Тебе здесь всегда будут рады отныне и вовеки, – отводя прядь моих волос с шеи, шептал он.

– Нет, меня здесь считают чужой, врагом, посланницей Вольтури.

– Иоанна, я тебя считаю родной, своей…

Вечером мы отправились в местный «кабак». Я ни разу не была в таких заведениях, по крайней мере, в текущем веке. Сейчас я стремилась каждой клеточкой своего тела впитать человеческую жизнь, которую мне мог дать Люциан. Я пила ее взахлеб, чтобы не оставить ни капли на дне своей вечности.

Подали пиво…настоящее. Я на все смотрела широко открытыми глазами. Мне никогда не было так легко и свободно. Я чувствовала, словно попала на волю из долгого многовекового заточения в темнице.

Его собратья сначала осторожно переговаривались в моем присутствии, но когда я призналась им в том, что с Аро покончено, и я никогда больше не вернусь в Вольтерру, только, если с целью ее разрушить, они стали воспринимать меня, как свою сестру.

Люциан бережно обнимал меня за плечи и пил живой напиток смертных. Я следовала его примеру и почти не отнимала кружки от губ.

Я чувствовала себя на своем месте, будучи среди ликанов. Да, они были неотесанными, грубыми, но мне это нравилось. Я могла не контролировать свои мысли, поскольку их бы никто не прочитал, могла не думать о том, что я скажу что-то недостойное моего статуса. Здесь все были равны, но подчинялись вожаку – Люциану. Я и сама ему подчинялась, ведь в нем было нечто такое, что покоряло и заставляло выполнять приказы. Наверное, все-таки гормоны. В нем был избыток тестостерона, и я это чувствовала, вдыхая запах его тела.

Пожив с вампирами достаточно долгое время, я научилась ощущать аромат крови и слышать биение сердца за тысячи метров. Мой слух и обоняние обострились до предела, который только может быть у человеческого тела, обладающего только одной особенностью – регенерацией.