Приворотная пилюля для шефа - Алена Викторовна Медведева

Настолько близко в течении всего пути?.. Я давно не испытывала подобного контакта — жила всегда одна, на работе практически никогда не оставалась с кем-то один на один, еще и в таком крошечном помещении… Вцепившись руками в края скамьи, почувствовала что-то похожее на панику. Модификат сидел напротив, настолько близко, что наши колени практически соприкасались. Но он смотрел в окно — время точно вернулось к нормальному течению, привычные картины пейзажа пролетали в знакомом темпе.

Стараясь скрыть свой страх, я тоже уставилась в окно и начала перечислять увиденное:

— Это ансамбль из оранжерейных парков — самое популярное место для прогулок у горожан. Тянутся они долго, поскольку занимают огромную территорию, — мы продолжали пролетать над прозрачными куполами крытых оранжерей и дендрариев, пестревших всеми оттенками цветов.

— Это шпиль виртуальной коммуны, самого высокого нашего небоскреба, — силясь взять себя в руки, я спрятала свой страх за болтовней. Главный судья просил экскурсию? Вот — получите. — Место, куда жители Сермира заглядывают, желая взять отпуск или просто отдохнуть.

Михал перевел на меня вопросительный взгляд, кажется, он не сталкивался с подобным. Неужели в Талсе нет виртуальных коммун? Я мало знала о городе модификатов, как и любой житель человеческого города, не рискуя там появляться.

— Можно арендовать индивидуальную консервирующую капсулу на любой срок — от нескольких часов, до нескольких месяцев — и, пока твое тело находится в безопасности, виртуально перенестись в любое путешествие — от небольшого похода на природу до долгой поездки на море или в другую часть планеты. Это невероятная возможность, ощущения необыкновенно реалистичны!

— Вы пробовали? — Непонимающее выражение лица не покидало моего спутника.

Спрашивая, он как-то инстинктивно чуть склонился в мою сторону, отчего мне захотелось вскочить на ноги и кинуться наружу.

— Лишь несколько раз, — пролепетала, чувствуя, как задрожал голос. — Это не дешево.

— А почему просто не отправиться за город в поход или не переместиться к морю, или куда еще там предпочитают отправляться желающие отпуска?

Оторопев от неожиданности, я уставилась в лицо мужчины — ничто в чертах его лица от широко распахнутых глаз до приоткрытого рта не указывало на иронию. Он определенно спрашивал с искренним интересом, не имея желания насмехаться. Оттого я растерялась, не зная, как ему ответить.

— Как же можно подобное сделать…

Кажется, я промямлила первую попавшуюся мысль. Модификат отреагировал явным недоумением, оно читалось в выражении глаз мужчины, даже в изгибе чуть приоткрывшихся для рвущегося вопроса губ. Но он предпочел промолчать, даже больше — вовсе сменил тему, переключив мое внимание на происходящее за окном.

— А что это за столбики?

Главный судья кивнул на приметную колонну, высотой с трехэтажный дом, в диаметре не шире метра. Окрашенная в ярко-алый она особенно выделялась на фоне природного лесного массива, что окружал жилые сектора города.

Неужели он не знает?! На секунду я растерялась, смущенная близостью моего спутника — он все также, словно не осознавая, чуть склонялся ко мне, с ожиданием всматриваясь в глаза…

— Это отметки мест первых похищений…

Сказала и оборвала себя, сообразив кому я это говорю. Взгляд невольно скользнул в сторону, убегая от наблюдательного взора собеседника. Я резко отклонилась, стараясь оказаться ближе к стене и как можно в столь ограниченном пространстве дальше от Михала Шлейзу. Получилось это инстинктивно, а его указание на аналоги обелисков, что жители устанавливали в Сермире на местах похищений первыми модификатами людей лишь усилило потребность дистанцироваться.

Конечно, он вполне может не знать о сакральном смысле рассыпанных по нашему городу высоких алых колонн. Особенно их много в округе жилых секторов, ведь «изуверы и нелюди» как поначалу обзывали генетически измененных, действуя подобно диким зверям, часто нападали под покровом темноты, подстерегая возвращавшихся с работы домой жертв, и уносили их в неизвестность в запретную и пугающую чащу окружающего город леса.

Это в итоге и привело к массовой популяризации энергопути — люди выбрали пусть изолированный, но безопасный способ передвижения. И да, наверняка, в Талсе не было таких обелисков… Их в основном устанавливали родственники и близкие жертв, отчаявшись вернуть их или хотя бы выяснить хоть что-то о судьбе последних. Талса как вотчина модификатов уж точно не поддерживала такие «человеческие» порядки, напоминавшие о постыдном прошлом. Да и считали ли модификаты действия своих первых предков постыдными?..

Кабинка замедлялась — мы приближались к месту, заданному Михалом как точка прибытия. Приближались в полной тишине: я смотрела в окно, наблюдая первые строения жилого сектора, Михал сидел с видом глубокой задумчивости, полностью погрузившись в свои мысли. Мы находились настолько близко, что практически соприкасались коленями, но по ощущениям — между нами разверзлась пропасть.

— Можно пообедать здесь! — Подскочила я, едва вибрация кабины исчезла, извещая об остановке.

Надо было как-то спасать ситуацию — проводить совместные встречи с заявителями, когда между нами такое напряжение совсем не хотелось. Обелиски — это свидетельства давно минувших лет, современные модификаты не имеют ничего общего со своими предками, да и люди научились избегать подобных угроз…

Мы оказались в зоне, где я хорошо ориентировалась, поэтому точно знала о нескольких подходящих местах для насыщения. После тягостного молчания, повисшего в кабине, совместный обед уже не казался проблемой.

— Что ж, — грациозно, так что я почувствовала себя неловкой и угловатой, главный судья встал рядом, больше того — как-то изловчился проскользнуть мимо, первым шагнув из кабины.

После чего обернулся и… протянул мне руку, вероятно, намереваясь поддержать. Испытывая немногим не панику уставилась на мужскую ладонь: мало мне было оказаться с ним в одной кабине переместительного потока, теперь еще и прямое соприкосновение…

Но Михал вдруг руку отдернул, сопроводив движение досадливой гримасой и непонятным комментарием:

— Ах, да. — Впрочем, мужчина мгновенно исправился, придав лицу деловитое выражение. — Где вы сказали тут можно покушать?

Он крутил головой, осматривая абсолютно безлюдную площадь, словно острыми пиками окруженную уходящими к небу высотками. Типичный жилой квартал: бессчетное множество жилых блоков, по сути составляющих жилые комплексы, где все создано для того, чтобы его обитатели никогда не пересекались. Никаких растений, исключительно бетон, металл и стекло — материалы, призванные обеспечивать человеческий комфорт и безопасность, дистанцировавшись от неразумной и непредсказуемой природы. Разметка под ногами, что четко регламентирует продвижение потока обитателей этих техногенных сот по утрам и вечерам. Туда — обратно, от множества входов в дома к кабинкам транспортного потока.