Пока бьётся сердце - Дженнифер Хартманн

Я смотрю на Дина, который в шоке и заметно бледнеет на моих глазах.

– Что? – переспрашивает Дин, его голос едва ли громче натянутого шепота.

Эрл хихикает, его глаза-бусинки наполнены злобой.

– Я что, невнятно разговариваю? – Он направляет пистолет на меня, затем снова целится в Дина. – Трахни. Ее.

Дин, не веря своим ушам, качает головой. Он в крайнем ужасе.

– Нет.

– Нет? – повторяет Эрл.

– Нет.

– Тогда ты умрешь. Три, два, од…

– Нет! – вскрикиваю я. – Нет, нет, пожалуйста. Дин, просто сделай это. – У меня тяжело вздымается грудь от невозможности происходящего.

Этого не может быть. Это не может происходить на самом деле, черт побери.

Дин смотрит на меня, и его округлившиеся глаза полны противоречий. Жилки на висках пульсируют от сдерживаемой ярости.

– Я не поступлю так с тобой. Лучше умереть, – отвечает он. И он говорит серьезно. Клянусь Богом, он говорит серьезно.

Эрл хватает Дина за футболку спереди и тащит его ко мне, пистолет прижат к его груди.

– Котенок этого хочет. Уже мурлычет от желания.

Дин едва не падает, когда его толкают ко мне, но успевает удержаться за мгновение до столкновения с моим лицом. Мы впиваемся друг в друга отчаянными взглядами, когда нас насквозь, до мозга костей пробирает реальность, ужасающая правда происходящего. Я чувствую исходящее от Дина тепло, когда он тянет ко мне руки, чтобы прикоснуться, в самый первый раз.

Он кладет ладони мне на плечи, слегка сжимая.

– Я не могу, Кора. Позволь ему убить меня. Пожалуйста.

– Прекрати. – Слезы наполняют мои уставшие глаза, и я инстинктивно прижимаюсь к Дину в поисках желанного тепла. Больше контакта. – Я не позволю тебе умереть. Просто покончи с этим.

Лучше ты, чем он.

Хотя я вряд ли могла бы произнести это вслух.

Дин опускает руки, его пальцы впиваются в мои предплечья. Он опускает голову и тяжело, с болью выдыхает.

– Черт…

– Давай, Ромео. У Эрла сегодня много дел. У тебя есть еще минута, прежде чем я начну терять терпение и стану злиться.

Мы оба смотрим на Эрла, затем снова друг на друга. Зрительный контакт оказывается для меня невыносимым, поэтому я отворачиваю голову вправо. По моим испачканным щекам катятся слезы.

– Кора. – Тон Дина настойчив. Тихий, но пронизанный напряжением. Он берет мой подбородок своими грубыми пальцами и заставляет меня поднять взгляд. – Кора, посмотри на меня.

Боже. Слезы текут сильнее. Я приоткрываю рот, и взгляд Дина падает на мои губы. На горле дергается кадык. Затем Дин наклоняется ко мне.

О, нет. Нет, нет, нет. Он собирается поцеловать меня.

Я снова отворачиваю голову в сторону, уклоняясь от поцелуя.

– Нет, – шепчу я срывающимся голосом, пряди моих волос липнут к мокрым щекам. – Не превращай это в то, чему здесь нет места.

Дин прерывисто втягивает воздух и останавливается. Он слегка кивает, сообщая мне, что понимает, а затем тянется к одному из моих скованных запястий. Между нами воцаряется замешательство, и я хмурюсь. Он начинает массировать большим пальцем точку, где у меня бьется пульс. Его взгляд все еще прикован ко мне.

– Ты чувствуешь это?

Я с трудом сглатываю. В моем пересохшем горле ком, и он болезненно скатывается ниже.

– Да, – выдыхаю я. Жест немного успокаивающий, несмотря на обстоятельства.

Дин продолжает круговые движения, почти любовно касаясь моего запястья.

– Сосредоточься на этом. Закрой глаза и отключись. Я хочу, чтобы единственное, что ты чувствовала, – это мой большой палец на твоем запястье.

Мне еще сильнее хочется плакать. Плакать, потому что я напугана, измучена, мне больно, и я унижена. Мне хочется плакать, потому что я не могу поверить в происходящее. Хочется плакать, потому что жених моей сестры, мужчина, которого еще неделю назад я ненавидела, собирается трахнуть меня, в то время как актер из цирка уродцев дрочит в нескольких футах от нас.

Хочется плакать, потому что это отвратительно, просто ужасно, но Дин все равно пытается хоть чем-то мне помочь.

Я опускаю подбородок и крепко зажмуриваю глаза, кивая в знак согласия. Дин вздыхает, и его вздох волной прокатывается по моему телу. За этим следует звук расстегивающейся пряжки ремня, и его брюки падают на холодный цемент.

Момент разрывает знакомый хриплый голос.

– Да, вот так. Трахни ее хорошенько и жестко.

Я крепче зажмуриваюсь, пытаясь отсеять все, кроме ощущения большого пальца Дина на чувствительной коже моего запястья. Его движения нежные и плавные. Не прерывающиеся. Что бы он ни делал другой рукой – боже, я не хочу этого знать, – мое внимание целиком на запястье. Я делаю прерывистый вдох, долгий и медленный.

– Что с тобой не так, черт подери? – рявкает Эрл с другого конца подвала. – Она горячая штучка. Трахни ее наконец.

Я вздрагиваю от пронзительного звука его голоса, и распахиваю глаза. Приближаюсь к лицу Дина. Он смотрит на меня пустыми глазами.

– Все в порядке. Просто сделай это, – успокаиваю я его, желая поскорее покончить с этим. Желая свернуться калачиком от стыда и плакать, пока не усну.

Навсегда.

Дин стискивает зубы, у него раздуваются ноздри.

– Не думаю, что смогу.

Эрл снова нас прерывает.

– Что, черт возьми, с тобой происходит? Ты играешь за другую команду?

Дин поворачивает голову и выплевывает через плечо в ответ:

– Я не мерзкий психопат, который получает удовольствие, насилуя женщин. Я на подобное не способен.

А потом дуло пистолета упирается Дину в висок, и я вскрикиваю.

– Это не поможет, – вскипает Дин, по его темным волосам стекают капли пота. Он пытается сохранять спокойствие, но я вижу страх в его глазах. Я чувствую его запах.

– У тебя есть три секунды, чтобы сообразить, что поможет, или твои мозги окажутся на этой сучке до тех пор, пока она мне не надоест, и я не закопаю ее костлявую задницу в землю.

У меня вырывается сдавленный всхлип, и я гремлю цепями, отмечая, что Дин продолжает держать мое запястье. Я не знаю, что еще сказать, поэтому выпаливаю:

– Поцелуй меня.

Он смотрит на меня встревоженным взглядом светло-голубых глаз, налитых кровью.

– Поцелуй меня, Дин, – повторяю я. – Пожалуйста.

Обстоятельства определенно не способны быстро привести его в нужное Эрлу «настроение», так что, возможно, немного вынужденной близости не помешает. Я перевожу взгляд на пистолет, который медленно удаляется от головы Дина. Я не могу сдержать крошечного вздоха облегчения.

Дин слегка приоткрывает рот, его взгляд скользит к моим потрескавшимся губам.

Он снова смотрит на меня, как бы спрашивая: ты уверена?

Я быстро киваю, проглатывая страх, вкус которого физически ощущается на языке.

– Я хочу,