Мой любимый Упрямец - Анна Кривенко

Арраэх не обижал и не притеснял. Он дал ей полную свободу в рамках ее статуса. Она могла заниматься благотворительностью, путешествовать, трудиться в любой доступной сфере. Он не ограничивал средствами и никогда не оскорблял. Единственное, чего он ей не дал – так это себя в той мере, как ей хотелось…

Это было больно, но…

- О чем задумалась? – веселый голос Терена заставил Мию вздрогнуть и вынырнуть из тяжелых размышлений. Она взглянула на него несколько растерянно, чувствуя себя откровенно грязной. Не успел он опуститься на стул, как молодая женщина выпалила вопрос:

- Почему тебе нравится Мия Нориннот? Как она вообще может тебе нравиться, если её отверг даже супруг?

Слова Мии прозвучали горько, хотя она и старалась эту горечь скрыть.

Терен удивился, нахмурился, не отрывая взгляда от её бледного встревоженного лица.

- Налла…

- Просто ответь! – Мия смотрела с таким напряжением, что парень не решился спорить.

- Для меня не имеет значения, что произошло между Мией и ее супругом. Это её личная жизнь и личные размолвки. Ну не сошлись характерами, и что?

- А если она… - голос зоннёнки опустился до глухого шёпота, - если она… что-то натворила? Если она не так свята и прекрасна, как ты о ней думаешь???

Сердце молодой женщины колотилось, а взгляд стал таким болезненным, что Терен начал серьезно беспокоиться.

- Не знаю, что с тобой происходит, - проговорил он аккуратно, протягивая руку и накрывая пальцами хрупкую ладонь. – Но тебе не о чем волноваться...

Мия не выдержала прикосновения и отдёрнула руку. Сейчас она чувствовала себя слишком плохой, чтобы вытерпеть чью-либо близость…

- Мия Нориннот сделала для своего народа больше, чем её могущественный супруг и все его министры вместе взятые! – произнёс Терен твердо. - Арраэх – зоннён широких взглядов, и он удивительно мудрый стратег. Но он мыслит масштабно, поэтому небольшая прослойка населения, имеющая постоянную нужду, казалась ему не такой уж важной по сравнению со значимостью всего остального. Я глубоко уважаю нашего Правителя, ты не подумай, но… сердце у него крепкий ледяной камень! И только его супруга дала надежду этой горстке существ, в которой вырос я. Да, да, я почувствовал ее спасение на своей шкуре, Налла, понимаешь? – глаза Терена засветились, выдавая большое волнение. Мия сглотнула, не имея сил разорвать этот напряженный и волнительный зрительный контакт. – Мия спасла сотни жизней! И множеству других, подобных мне… Чиновники провинции, в которой я жил, решили присвоить себе средства, выделенные на питание нашего поселка. Мы остались голодными на долгих шестьдесят дней. В отчетах эти продажные шкуры написали, что людей скосила неизвестная болезнь, в то время как этот мор они сделали своими собственными руками. Моей матери пришло в голову обратится к жене Правителя Мие Нориннот… Она всегда говорила, что эта сияющая зоннёнка – наше благословение. И она помогла! Тут же прислала проверку, снесла со своих постов продажных чиновников и накормила нас! Правда, мама и большинство родственников всё равно скончались: ослабленные голодом, они подхватили какой-то вирус, который сожрал их за три дня. Из всей родни выжил только я…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глаза Мии затуманились, и горячие слезы потекли по щекам.

Она вспомнила этот случай. Делегацию оборванцев встретила с отвращением и не захотела даже выслушать. А ее секретарь – сам выходец из низов – взял на себя смелость от ее имени удовлетворить просьбу зоннёнов. Тогда случился самый настоящий скандал: она отчитывала Ровена – этого самонадеянного мальчишку – и грозила ему увольнением. Ведь она посчитала его действия глупым самоуправством, даже не разглядев, что он спасал чужие жизни…

- Наллочка! – Терен забеспокоился и снова протянул к ней руку через стол. – Прости, что я задурил тебе голову этими тяжёлыми историями! Не стоило…

- Стоило… - хриплым голосом прервала Мия, всхлипывая. – Я рада, что услышала всё это. Будет мне урок…

В этот момент подошла официантка, принеся заказ. Ее взгляд с любопытством скользнул по покрасневшему лицу зоннёнки, но совсем ненадолго.

— Вот, возьми это лакомство, - Терен придвинул к Мие вазочку с мороженым. – Отличная вещь! Иширцы иногда весьма изобретательны…

Мия даже улыбнулась сквозь слёзы.

- За кого ты меня принимаешь? – пробормотала она. – Я целый год жила на Ишире…

Терен округлил глаза.

- Правда? – изумился он, а Мия прикусила язык. Ой, она ведь по легенде бедная служанка, а не богатая госпожа, могущая себе позволить жить на чужой планете…

Парень призадумался, смотря на Мию несколько по-новому, и она начала беспокоиться. Так и до разоблачения притворства недалеко, а уж что будет после этого, она боялась даже думать…

- Спасибо тебе… - вдруг произнес Терен, заставив Мию изумленно посмотреть ему в глаза.

- За что?

- За то… что ты есть, - он белозубо улыбнулся, и лицо его от этой улыбки сделалось ещё более юным. – Наконец-то есть с кем посидеть в кафе и поболтать о жизни…

Говорил он конечно же чушь. Зоннёнка чувствовала, что имел в виду он что-то другое. Но глаза его так сияли, что она не могла отвести взгляда.

А потом он взял ее руку в свою и… поцеловал кончики пальцев.

Мия замерла, ощутив пробежавшую по телу горячую волну. Глаза расширились, кожа на месте поцелуя неистово запекла, и она попыталась отдернуть руку. Терен отпустил её и стыдливо опустил глаза.

Хотя нет, вовсе не стыдливо. Он прятал улыбку…

Но Мие от этого было не легче. Ее потряхивало, словно в лихорадке, а злосчастный поцелуй жег кожу.

Ей хотелось разозлиться на Терена за его поползновения, но не могла.

«Он просто мальчишка, ребенок, - твердила Мия себе мысленно. – Глупый, импульсивный и несчастный… Тянется к первому встречному, потому что одинок… Он не мужчина!!!»

Но с каждым мгновением молодой женщине было всё труднее воспринимать его именно так…

Глава 15. Утешитель

В поместье добирались на флайкаре, который высадил их у ворот. Благодаря датчикам, охранная система без проблем пропустила вовнутрь, и Мия облегченно выдохнула, входя под сень знакомого цветущего сада.

Уже смеркалось. Поместье сияло огнями, прожекторы освещали центральную дорожку, ведущую к парадному входу. Пора было прощаться с Тереном.

Мия остановилась и развернулась.