Ловушка менталистов - Татьяна Антоник

— Нет, но ему Крейвен тоже не нравится. — Голос курочки потеплел. — Весь портрет в газете перечеркнут, и рожки нарисованы, зловещие.

Если курицы бы могли хохотать, она бы точно это сделала.

Ответить на это замечание не успела. Передо мной пробежало нечто с белым пушистым хвостом, скрылось за углом, а потом вернулось.

— Ба! — Мы увидели Германа, фамильяра Ее Величества, который пищал от восторга, встретив старую подругу. — Какие птицы и без охраны?

Квоки встрепенулась и выскочила из корзины. Даже магическим зверям не чужда дружба. А этих и вовсе соединяет пара шабашей, общее снятое проклятье, когда они обменялись телами, но что-то пошло не так, а еще бесконечный поток сарказма и колкостей.

За ним не спеша вышел главный секретарь императора Карганс Торжетель.

— Десая Стоунхейв? — он распахнул руки и сделал вид, что удивился.

Но я то знала, что мимо этого гнома и ласка просто так не проскачет.

— Добрый день. — Улыбнулась ему.

Что-то во дворце сегодня очень многолюдно, многогномно и много-чего-кого я бы еще не хотела встретить.

— А я шел как раз за вами. Птичка на хвосте донесла, что вы были у деса Сеймура.

Ага. Знаю я эту птичку. Белая, с хвостом и повадками пьяного матроса.

— Верно, — сжимала пустую корзину. — Что-то случилось?

— Мы же в замке, — он поднял глаза вверх. — Здесь всегда что-то происходит. Но я по хорошему поводу.

У властьимущих своеобразное понятие о хорошем и плохом, но отказать ему не могу. Зло, в лице Карганса, не дремлет, а живет и строит козни. Боязно, в общем. Станется, что ему когда-нибудь донесут, сколько государственных секретов я выкопала, просто проходя мимо Торжетеля.

— По какому же? — поинтересовалась я.

— Вас очень ждет Ее Величество, у нее к вам просьба государственной важности. — Торжественно выдал гном.

Взглянув на Германа, поняла, что секретарь не врет. Хищник навострил ушки и многозначительно кивнул, предавая себе лихой вид и набивая цену. Он, наверно, больше всего страдал, когда Квоки покинула императорскую резиденцию. Сэлем-то на границу с главной ведьмой укатил.

— Да, Лисси послала за тобой… За вами, — поправился он, получив подзатыльник от Квоки.

Она терпеть не могла, когда про нее забывали.

— О боги, что-то случилось? — не смогла сдержаться.

Что значит хороший повод? Еще одна пара близнецов? Улисса голыми руками придушила всех хаоситов? Лисси перестала паясничать?

— Нет, нет, — приложил ладонь ко рту Карганс. — Пойдемте, она вам все расскажет.

Хмыкнув, я дала себя увести. Вообще, сегодня я с подругой встречаться не планировала. У меня много дел в таверне: навести порядок, раздать всем ценные тумаки… тьфу ты, указания.

Мы недолго бродили по коридорам дворца. За мной прыгали фамильяры, ведя шутливую перепалку, явно соскучились друг по другу. А меня накрыли воспоминания, хотя с момента моего увольнения прошло чуть больше года. Все-таки здесь я обрела долгожданную свободу, верных подруг и страсть к шампанскому до полудня.

— Кого я вижу, — радостно набросилась на меня Лисси. — Я уже начала бояться, что ты меня избегаешь.

И спорить не буду, так и было. Ее две дочурки были прелестными ведьмочками, но даже ползая под стол, успевали довести до белого каления любую няньку.

— Сама слышала, — я пожала плечами. — В городе неспокойно. Взрыв дошел и до моей таверны.

Лицо императрицы нахмурилось. На ее долю выпало несколько испытаний, а еще нелегкий труд по заботе за подданными, что не добавляло оптимизма в связи со сложившейся ситуацией. А что она хотела? В стране военное положение.

— Да, уже в курсе. — Она печально вздохнула. — Тебя искали дознаватели.

— Считай нашли, — не могла не улыбнуться.

Передо мной так и встал образ Уильяма — удивленный, разъяренный и недовольный. Нет ничего хуже, чем тупая мужская самоуверенность. Хотя нет, вру. Нет ничего хуже тупой мужской самоуверенной глупости. Но дракон под это описание не подходил, а вот Гордон вполне.

— Даже так? — Лисси округлила глаза.

— Это что значит? — живо заинтересовался Герман. — Секрет больше не секрет? Посыпалась, ведьма? Сдалась во власть закона и правопорядка? Больше нет в тебе духа авантюризма?

Не того противника выбрал мелкий хищник. Нахального фамильяра пора было немножко приструнить, чем я и занялась, вызывая в сознании ласки дикую головную боль.

— Эй, Блэр, — он возмущенно посмотрел на меня, а потом приник к полу. — Тебе волшебная сила не для того дана, чтобы всех мутузить.

— А для чего еще? — усмехнулась и все-таки отпустила бедолагу.

Зная его характер, урок все равно упущен. Сколько мы с ним не бились, нахальство, помноженное на бесстрашие, не искоренить.

— Лисси, — посмотрела на подругу. — Я же тебе для чего-то понадобилась.

— Да, верно, — оторвала от задумчивости императрицу. Она внимательно следила за поведением своего магического зверя. Переживала и нервничала, сразу видно. Не знаю, что у той в голове — по негласной договоренности, я не лезла в душу к подругам, — но она сильно волнуется. — У меня к тебе просьба, и с ней сможешь справиться только ты.

— Тебе тоже понадобился Советник? — воззрилась на нее с удивлением.

Чем Ваох не шутит? Маг-менталист в последнее время очень популярен.

— Мне зачем? — озадачилась подруга. — В твои дела с десом Сеймуром лезть не буду, если тебе не потребуется помощь, конечно, — она сразу оговорилась, и мне стало приятно, что у меня такой надежный тыл. — Но ты нужна, как профессионал своего дела.

— Да какого? — не выдержала Квоки.

Лисси всегда умела навести напряжения и шороху.

— Организовать бал, — выдохнула императрица. — благотворительный. Хочу собрать средства с аристократов, а на вырученный деньги закупить все необходимое для больниц и медицинских пунктов.

Теперь это входило в ее обязанности. Помимо самой Лисси, благородные десы тоже патронировали различные государственные заведения. Ей приходилось много общаться и с ними, невзирая на характеры этих самых дам.

— Почему я? У тебя целый штат прислуги, — не поняла ее порыва.

Если это из расчета помочь мне в делах, то не стоило. Таверна приносила стабильный и постоянно-растущий доход. И к моему счастью, публика там была невзыскательная и простая.

— Понимаешь, — она как-то виновато улыбнулась. — Ты