Научи меня забывать (ЛП) - Головачёв

Пенни походила на кошку, которой достались сливки.

— Хорошо, — бодро отозвалась она, не делая никакого движения, чтобы встать. — Я только за. Это вполне нормально и здорово и, кроме всего прочего, поможет тебе выбраться из депрессии после расставания. — Она щёлкнула пальцами. — Я думаю, тебе стоит это сделать.

— Что сделать?

— Трахнуть его. Бесчувственно. Грязно и неоднократно.

Гермиона вытаращилась, как рыба.

— Что? Нет! Он не… — Она быстро моргнула. — Я уверена, что он не чувствует ко мне ничего подобного. Я ему не нравлюсь.

Она вспомнила их раздражённую перепалку из-за Детвайлера. То, как он отказался пожать ей руку в первый вечер.

То, как он забыл отпустить её запястье.

Её щеки снова запылали.

Пенни лишь окинула её испытующим взглядом и подала знак бармену принести ещё одну порцию.

— Нет, нет! — Гермиона попыталась прийти в себя. — Вообще-то у меня есть теория на этот счёт. Я немного подумала об этом.

— Бьюсь об заклад.

— Пенелопа.

— Хорошо, замечательно, выкладывай свою теорию.

Пенни с благодарностью приняла их свежие напитки от бармена.

— Итак. Ладно, всё это похоже на мистера Дарси.

— Ооо, интригующе! — Пенелопа улыбнулась, а Гермиона подумала о том, как хорошо иметь начитанного друга (что вернуло её к предыдущим комментариям Пенни, которые она безуспешно пыталась отмести, пока её мозг не напомнил ей, что Малфой читал в вечер второго занятия, пока ждал прихода студентов. Недавно вышедший роман, который Гермиона хотела прочитать, но ещё не успела).

— В общем. Он богат, красив, неприветлив и никогда не находил меня хоть сколько-нибудь привлекательной, так что в моём мозгу Элизабет Беннет что-то всколыхнулось от этого вызова. Вот и всё. Так что я буду просто восхищаться его волосами и его умением правильно носить костюм в течение всего занятия, а потом мы разойдёмся в разные стороны!

— Ты знаешь, чем закончилась эта книга? Один из величайших счастливых случаев в литературе? Настоящая любовь и прочее?

— Да, конечно. Это моя любимая книга. Но разница в том, что я ему не нравлюсь! Или он не находит меня привлекательной, или что там с ним происходит. И уж точно он не тоскует по мне втайне, не собирается в меня безумно влюбиться или что-то в этом роде. Я вообще не уловила от него никаких ответных чувств.

Гермиона решительно проигнорировала то, как он улыбнулся ей из-за громовещателя.

Глаза Пенни сузились, будто она догадалась, о чём именно думает Гермиона.

— Ты уверена?

— Да! Уверена, что я не в его вкусе. Прошу тебя. — Гермиона жестом указала на себя, свои пышные формы, смуглую веснушчатую кожу и завивающиеся локоны. — Он всегда встречается с теми светскими львицами, о которых пишут в газетах. С невероятно стройными и ухоженными. В дизайнерских платьях или мантиях от Малкин. Его бывшая жена похожа на фарфоровую куклу. — Гермиона представила себе неземное лицо и тонкую фигуру Астории Малфой, урождённой Гринграсс, с фотографии из «Ежедневного пророка», запечатлевшей первый ряд парижских подиумов той весной.

Пенелопа пожала плечами.

— Тем более, что такая, как ты, может показаться ему привлекательной.

— Такая, как я?

— Тёплая, жизнелюбивая, умнее его. И готовая сказать ему, когда он ведёт себя как мудак.

— Я не могу представить, чтобы ему это понравилось.

— А ты? По-моему, ему не хватает этого. К тому же ты просто сногсшибательна.

Гермиона толкнула Пенни в плечо.

— Продолжай. Откуда ты так много знаешь о Драко Малфое?

— Я была в его квартире со светским визитом на прошлой неделе. — Пенни отпила глоток и подмигнула.

— Что?!

— С Блейзом. Мы находимся на стадии «представления друг друга нашим друзьям», так что приготовься. Я чуть не пригласила его сюда сегодня вечером. Но да, мы пили с Драко и Пэнси Паркинсон в очень шикарной квартире Малфоя.

— Пэнси Паркинсон, фу! Они не вместе? — Гермиона не могла оправдать то, что у неё заныло в животе от этой мысли.

— Нет, они просто друзья. И она, в общем-то, тоже ничего.

— Хм-м.

— Приготовься, потому что в конце концов мы все пересечёмся.

— Звучит серьёзно, Пенни!

— Я знаю, не сглазь.

За их столом начали махать руками, поэтому они слезли со своих стульев и направились к друзьям.

— Драко что-то говорил обо мне? На той вечеринке? — Вопрос вырвался у Гермионы раньше, чем она смогла его сдержать, и ей тут же захотелось закрыть рот руками.

Пенелопа рассмеялась.

— Что? Мне просто любопытно. — Гермиона попыталась быть бесстрастной. — Похоже, ты знаешь что-то, чего не знаю я.

— Он упомянул, что ты учишься в его классе, да. И я ответила ему, что в курсе. А потом у меня сложилось впечатление, что он хотел спросить меня о чём-то ещё, но нас прервали.

— Ты основываешь всю эту идею о том, что я ему… нравлюсь… на догадке, что он хотел тебя о чём-то спросить?

Гермиона опустилась в кресло за столом, испытывая неловкость от опустошённости.

— Кому нравится Гермиона?! — Невилл нетерпеливо покосился на неё.

— Никому! — протрещала Гермиона.

— Драко Малфою, — сказала Пенни.

— Что? — Голос Гарри прорвался сквозь шум, возникший из-за замечания Пенни, Джинни хлопнула по столу, а Невилл издал бессловесный звук.

— Ради всего святого! В последний раз повторяю, я ему не нравлюсь! Мы не нравимся друг другу. Совсем. — Гермиона окинула их всех взглядом. — Пенелопа бредит.

— Хорошо, хорошо, Гермиона. — Невилл погладил её по руке, словно успокаивая взбесившуюся лошадь. Он оглядел группу, и один за другим все они успокоились, хотя Пенелопа и Джинни продолжали пытливо смотреть на Гермиону, а Гарри как бы отрешённо уставился на стол. — Теперь, — объявил Невилл, — нам нужны все руки для этого раунда. Уверен, что первый — это Бернард Трембли{?}[Бернард Трембли (англ. Bernard Tremblay) — волшебник, муж Леони Трембли, отец Фалько Трембли и Клариссы Лестрейндж.], который изобрёл Левикорпус{?}[Левико́рпус (Levicorpus) — невербальное, подвешивает противника вниз головой.], но Джинни думает, что это тренер по квиддичу.

Они все склонились над столом, и Гермиона позволила волне разговоров о снимках захлестнуть её с головой.

Драко Малфой никак не мог почувствовать хотя бы йоту того, что она чувствовала к нему. Или чувствовало к нему её тело. Или что-либо подобное. Пенелопа просто выдавала желаемое за действительное из-за того, что у неё отношения с Блейзом. Больше ничего.

Так и должно было быть.

Верно?

========== Глава 7 ==========

Четвёртое занятие

Драко созерцал две кипы бумаг на своём столе, пытаясь решить, что ему больше противно: накопившиеся отчёты по делам или письмо от адвокатов Астории.

Он откинулся назад и уставился в потолок, после чего потянулся и схватил толстые (читайте: дорогие) листы письма.

Нет ничего лучше, чем сорвать пластырь.

Он