Предел мечтаний - Хайди Райс

Почему она так и не научилась врать?

— Подожди-ка! Дело не в нем? Это ты… Только не говори мне, что ты все еще сохнешь по этому бездарному Лэнсу!

— Нет, дело не в этом. Просто… — Кэсси замешкалась. Как ей признаться в трусости Нессе, самой смелой из всех известных ей женщин? — Джейс предложил продолжить наш роман до тех пор, пока на Новый год он не уедет домой. Но я не хочу этого. Несса подняла руку.

— Так-так… я чего-то не понимаю. Мужчина предложил тебе… — она произвела незамысловатые вычисления на пальцах, — двенадцать дней изумительного наслаждения, которое вывело тебя из предрождественской депрессии, а ты ему отказала?

Кэсси заерзала. Формально она ему не отказывала. Ей не хватило смелости даже на это. Но признаться в этом Нессе она не решится.

— Несс, я пока не готова.

— Но прошло девять месяцев с тех пор, как ты выкинула этого…

— За всю свою жизнь я спала всего с двумя мужчинами, — прервала она гневную тираду подруги, направленную в сторону Лэнса. — Теперь с тремя. И я не уверена, что я… Почему у тебя такой вид?

— Прямо сейчас я представляю себе, что сделаю с этим уродом. Это все из-за него, — выпалила Несса, багровея от злости.

Кэсси вздохнула:

— Он не виноват. Я простила его почти сразу.

Она сказала правду. Ей было несложно отпустить Лэнса. Как только она вычеркнула его из своей жизни, ей сразу стало понятно, что им никогда не было хорошо вместе. Гораздо сложнее было избавиться от глупых романтических фантазий о совместном будущем с мужчиной, который ее любит. Ее мать так и не преуспела в этом. Кэсси выбрала Лэнса на роль будущего мужа, потому что считала его кандидатуру подходящей и потому что ей казалось, что он мечтает о том же. Она никогда не анализировала их отношения. На самом деле она приняла за любовь нежность, которую испытывала к нему, и благодарность за его внимание. Но в реальности их отношения выглядели совсем не так, как это было в ее фантазиях.

— Все намного сложнее, — призналась Кэсси. — Лэнс всего лишь помог мне освободить что-то внутри себя, в чем я не решалась признаться себе годами.

— Что именно?

— Помнишь, как я всегда относилась к ложным обещаниям отца, Несс? Помнишь, как я ждала наших совместных походов в зоопарк и в кино? Все мои напрасные надежды… Я убеждала себя в том, что в следующий раз все будет по-другому. И каждый раз это повторялось снова: он не приходил.

— Ты не виновата в том, что твой отец тоже был уродом.

— А Дэвид? — сказала Кэсси. — Помнишь его? Любовь всей моей жизни из колледжа, который сказал, что я ему не подхожу. Не прослеживаешь одинаковой линии? Я виновата не меньше всех их.

— Какой линии?

— Я слишком легковерна. Меня можно подцепить на крючок, оказав малейший знак внимания. Очень грустно.

Несса взяла подругу за руки.

— Ты не легковерная. Ты очень добрая и оптимистичная. Нет ничего криминального в том, что ты видишь в людях только хорошее.

— Просто все мои привязанности заставляют меня страдать. Я не хочу испытывать судьбу с Джейсом Райаном.

— Черт… — Несса замотала головой. — Тем хуже для тебя, раз он так хорош в постели.

Кэсси слабо улыбнулась подруге:

— Он слишком хорош в постели. Как я могу надеяться на то, что мое физическое влечение к нему не перерастет в нечто большее? Что потрясающий секс не сведет меня с ума окончательно? И прежде чем ты успеешь моргнуть, я позволю себе очередные глупые фантазии, которые рухнут, снова увлекая меня в бездну отчаяния.

У Нессы иссякли аргументы.

— Хотя… постой! А кто сказал, что ваши отношения не могут перерасти в нечто большее? Иногда случаются невероятные вещи. Посмотри на нас с Терренсом. Мы ненавидели друг друга в школе, а теперь обручены и собираемся пожениться.

Несса и Терренс не испытывали ненависти друг к другу. Просто долгие годы они не понимали, что созданы друг для друга. Хотя все их друзья уже давно об этом догадались.

— И кто из нас безнадежный романтик? Кстати, я не сказала, что Джейс живет в другой стране. — Она задумалась. По крайней мере, она сделала подобное предположение. — Но сейчас мы говорим не о Терренсе, а о Джейсе-короле. Ты хоть представляешь себе, сколько подружек он поменял, учась в школе? А я знаю. Он был моей первой безнадежной любовью. Каждую неделю новая девчонка висела у него на шее…

И каждый раз она ужасно страдала, понимая, что в свои тринадцать никогда не окажется на ее месте.

Она была абсолютно неуверенна в себе. Даже тогда.

— Ну хорошо. Признаю, что он был безнадежным бабником. Но это было в школе. Люди меняются.

— Только не он, — пробормотала Кэсси, вспомнив его: «Мы спали?»

— Может — нет. А может — да. Но одно я помню точно. Он никогда не заводил роман с двумя девчонками одновременно. Не позволял себе быть нечестным.

— Круто! — вспыхнула Кэсси. — Это означает, что он — приверженец многосерийной моногамии. И что теперь? Это не делает его менее опасным для меня. Мне стоит серьезно пересмотреть свое отношение к жизни. Пора осваивать реальные мечты.

— Реальные мечты? И что в этом интересного? Звучит так же скучно, как уроки теософии от моей тетушки Шантель.

— Интересно то, — произнесла Кэсси, — что реальные мечты имеют шанс на воплощение в жизнь.