Неприрученное сердце - Никки Логан

Роми проглотила комок в горле и отступила:

– Вы не возражаете, если я посмотрю вокруг?

– Ради бога. Я пока что-нибудь приготовлю. Спагетти болоньезе пойдет?

Она вздохнула и улыбнулась. Лейтон не любил спагетти, и она редко их готовила.

– Прекрасно. Спасибо.

Клинт занялся кухней, а Роми получила возможность побродить по дому. По изогнутой деревянной лестнице она поднялась на второй этаж и пошла по коридору. За первой дверью справа оказалась хозяйская спальня. Она отвела глаза и прошла мимо, не желая вторгаться в его личное пространство. Хотя и сама не сказала бы почему.

Для начала она прошла в дальний конец. Первой была дверь в ванную комнату, нет, скорее в душевую. Здесь не было никакой ванны, лишь стеклянная кабинка. Впрочем, Роми это нисколько не удивило. Клинт Маклейш не производил впечатления любителя расслабиться в теплой воде. Он был деловым человеком. Запачкавшись, он просто чистился. Она, со своей стороны, ничего не любила больше, чем редкое удовольствие полежать в ванне до полного остывания воды. Такое счастье – почувствовать себя чистой!

Но возможно, и не нашлось бы ванны таких размеров, в которую поместился бы Клинт. Она представила себе Клинта в ее старой ванне на львиных ножках. Мысль об этом потянула за собой другие мысли, но от них Роми избавилась, выйдя из ванной и захлопнув за собой дверь.

Следующая комната оказалась кабинетом. Здесь было не так опрятно, как в остальной части дома. Компьютер, рабочий стол, вдоль стен книжные полки до потолка, кое-какие украшения. Это уже больше похоже на ее дом.

В другой стороне коридора находилась еще одна комната. Она была просто обставлена, и кровать в ней имелась только одна. У стены стояли тренажеры. Вообще-то удивительно, что у человека, в доме которого не бывает гостей, беспорядок только в кабинете.

Роми вернулась к первой двери, спальни хозяина, и замерла.

«Это всего лишь комната... Сунь голову, потом уберешь. И все».

Да, конечно, любопытному человеку спальня многое расскажет о хозяине. Если есть вопросы...

С кухни все еще доносилось звяканье, поэтому она толкнула дверь плечом и заглянула. В глаза сразу бросилась большая кровать с богатым темно-серым покрывалом. Очень практично, но как-то... по-декадентски и по размеру, и по виду. Слишком трудно представить себя на ней... не одной.

Она отвернулась и тихо ступила на шерстяной ковер. Вдоль одной стены протянулся ряд платяных шкафов, и, чтобы их уравновесить, Клинт поставил в углу несколько больших кресел. Но все было такое... большое. Роми вдруг почувствовала себя Мальчиком-с-пальчиком в замке великана.

Вдруг ее внимание привлекло золотистое пятно на дальней стене. Диковинно. Серебряный меч, обрамленный двумя змеями, и на нем надпись Morte prima di disonore. Смерть, но не бесчестье. Девиз ударного отряда «Тайпан». Она узнала татуировку на теле Клинта.

Среди значков, эмблем и подобного, почти целиком покрывавшего стену, Роми увидела красную ленту с золотой звездой на фоне языка пламени. У Роми перехватило дыхание. Не самая высокая, но очень редкая награда Австралии.

– «За доблесть».

Она, смущенная тем, что ее поймали на шпионаже, повернулась на голос, но Клинт смотрел не на нее, а на пламенеющую звезду.

– Я знаю, – прошептала Роми. – За действия, связанные с риском для жизни.

В свое время Полковник заставил ее выучить наизусть названия всех наград Австралии.

– Откуда вы это знаете? – удивился Клинт.

– За что вы ее получили?

Ответа не последовало. Они просто смотрели друг на друга. Наконец Клинт произнес:

– Спагетти готовы.

* * *

Они спустились вниз. У Роми даже голова закружилась от густого аромата настоящего итальянского соуса. Она подошла к столу, села и, чтобы нарушить неловкое молчание, спросила:

– Так что за история с Джастином Лонгом?

Клинт глядел на нее поверх огромного клубка пасты:

– Что вы имеете в виду?

– Он слишком молод, чтобы управлять таким местом.

– Это вы сами придумали?

– Я хорошо разбираюсь в людях. Он не совсем... подходит на эту роль.

Клинт удивился:

– Интересно. Что еще?

Роми пожала плечами:

– Я ему не нравлюсь.

С набитым ртом он рассмеяться не мог. Но через мгновение пробормотал:

– Вас послушать, так этим грешит половина штата.

– Он искренне не любит. С первого же дня.

– Это потому, что вас нанял я. Удар по его самолюбию.

– Вы – босс и можете нанять кого угодно.

Зеленые глаза внимательно смотрели на нее.

– Все сложнее.

Роми вздохнула:

– Если я хочу хорошо делать свое дело, то, сами понимаете, должна знать о всех скелетах в шкафу.

Он осторожно положил вилку и поднес к губам салфетку.

– Джастин – мой брат.

Роми покраснела:

– Вот как? С каких пор?

– В общем-то, со дня его рождения.

Роми глубоко вздохнула:

– Почему вы раньше этого не сказали?

– Мне это казалось неуместным.

– Ну разумеется. Знаете, статистика утверждает, что семейные отношения на рабочем месте увеличивают вероятность преступления? Всякая романтика – только на втором месте.

На него ее предостережение впечатления не произвело.

– Спасибо за информацию, но это семейный бизнес. Джастин – последний, кого я заподозрил бы в воровстве.

– Как давно он у вас работает?

– Вы интересуетесь с профессиональных позиций?

«Еще одно предупреждение».

– Нет, просто интересно.

Он не очень уверенно проворчал:

– Он жил с мамой до девятнадцати лет. Потом... захотел домой.

Роми нахмурилась:

– Бросил маму?

– Мы растем, Роми, и со временем уходим от мам. Даже Лейтон так поступит.

«Меняет тему». Роми сразу поняла.

– Вернемся к Джастину... Итак, он вернулся в Уайлд-Спрингс, и вы сделали его управляющим?

– Джастин был помощником консьержа большого чикагского отеля. У него был полезный опыт, а я только что вернулся, и меня тогда место управляющего не интересовало. Я попросил его остаться.

«Тогда? Но я спрашивала о другом».

– Какого отеля?

– Не знаю. Меня это не волновало. Какого-то французского, крупного.