Ведьма в аренду - Алёна Сокол

Лион шагал к тренировочному полю, размышляя на ходу о том, что выйдет из матушкиной затеи сделать из ведьмы настоящую леди. По всему выходило, что катастрофа — в случае провала Элис, его семья попадет в центр грандиозного скандала, и выйти сухими из воды не получится.

В случае успеха — тоже беда. Ведь по контракту Элис пробудет в их доме всего полгода — это максимальный срок, на который можно арендовать одну ведьму, — после чего снова должна будет вернуться в Башню или отправиться прислуживать в новый дом. В любом варианте, лишь только она попадет в новую семью — в ней тут же узнают воспитанницу герцогской четы, что в свою очередь приведет к еще более грандиозному скандалу.

Зайдя в оружейную, Лион взял свой тренировочный меч и направился к соломенным манекенам. Правильного решения не было. Он не должен допустить появления Элис на балу. Это — единственный выход из сложившейся ситуации. Лион замахнулся и обрушил на соломенный манекен удар, от которого тот развалился на две части. К сожалению, этот матушкин каприз не был невинной шуткой, а грозил уничтожить относительно спокойную жизнь герцогства. Ему придется вмешаться.

Лион самозабвенно рубил манекены, пытаясь выбросить из головы мысли о рыжеволосой Элис. Потому что, если честно, ему бы очень хотелось увидеть ее в бальном платье…

Закончив с манекенами, Лион взялся за упражнения с мечом. Обычно они помогали сосредоточиться и настроиться на правильный лад. С каждым выпадом к нему возвращались привычное спокойствие и уверенность в собственных силах. В конце тренировки, Лион стянул с мокрого от пота тела рубашку, и перебросил ее через плечо. Скоро на тренировку придут рыцари из личного герцогского отряда, и до этого времени он должен успеть переодеться и привести себя в порядок.

Лион усмехнулся. Жизнь — как огромное зеркало. Мальчишкой он прибегал на тренировочное поле, чтобы рыцари обучили его владению мечом, а теперь сам сделался учителем. Забавно.

Порыв ветра приятно прошелся по разогретой коже, пробежался свежим прикосновением по взмокшим волосам. Лион обернулся в сторону, откуда должны были появиться рыцари, и замер. Ему показалось, что боковым зрением он заметил рыжий огонек среди парковых деревьев. Он прищурился, всматриваясь в тени бурых, с изумрудными шапками стволов, но так и не смог найти ту, которая ему померещилась.

А затем он услышал приближающиеся голоса рыцарей. Лион быстро пересек поле, заскочил в оружейную чтобы поставить на место клинок и поспешил в раздевалку, где на случай необходимости дежурило несколько свежих рубашек. Закончив с переодеванием, он вышел наружу и, поприветствовав рыцарей, торопливо подошел к самому высокому.

Хмурого среброволосого командира звали Регаром, и он определенно был лучшим из лучших. В свои сорок он имел невероятный послужной список и успел отличиться в нескольких битвах у границы, что в конечном итоге и помогло ему стать командиром отцовского рыцарского отряда, невзирая на недостаточно высокое происхождение. К счастью, герцог Теодор родословной предпочитал талант.

— Сегодня ты проведешь тренировку, — сказал Лион. — У меня есть неотложное дело.

— Так точно, — кивнул Регар и, не задавая лишних вопросов, повернулся к рыцарям.

Лиону всегда была по душе его молчаливая решимость. Командир был из тех людей, которые не пожалеют собственной жизни, исполняя долг.

Развернувшись, Лион торопливо направился в сторону погребов. Там ждал огромный бочонок безалкогольного эля, доставленный вчера по его просьбе из города. Нужно занести его гномкам, а заодно заглянуть в розарий: вдруг Элис не спится, и она решит с утра пораньше уничтожить матушкин цветник. На такой случай ему лучше быть неподалеку, чтобы если что помочь сгладить ситуацию.

Элис действительно нашлась в цветнике. Присев возле розового куста, она склонила голову, внимательно изучая поникший бутон. Лион остановился под прикрытием раскидистой ели, решив немного понаблюдать. Элис с величайшей осторожностью заключила цветок в замок из ладоней и, закрыв глаза, прошептала заклинание. Ее руки слабо засветились, а когда сияние исчезло, ведьма раскрыла ладони.

Даже со своего места Лион смог рассмотреть крупную, пышущую здоровьем шапку цветка — синюю, с фиолетовыми прожилками. «Утренняя звезда» — редкий сорт роз, за который отцу пришлось выложить круглую сумму, да только цветы так и не прижились. И вот теперь легким движением руки Элис смогла воскресить один из драгоценных бутонов. Молодец.

Лион обвел глазами клумбы и даже подался вперед, не веря собственным глазам: половина кустов за спиной Элис зеленела здоровыми изумрудными листьями, а разноцветные, пузатые бутоны роз, казалось, светились изнутри. В последний раз, когда матушка затащила Лиона в розарий, чтобы поплакать над горькой судьбой «бедных цветочков», здесь витал дух запустения. Пожелтевшие, сморщенные листочки из последних сил держались за иссохшие стебли, а только проклюнувшиеся бутончики больше походили на жертв паука, чем на зачатки роз.

Теперь же кусты, над которыми успела поработать Элис, выглядели не хуже тех, что услаждали взор фрейлин в королевском саду. Выходит, матушка была права, когда настаивала на том, что одна ведьма может заменить десяток лучших садовников.

Покинув укрытие, Лион шагнул в сторону Элис.

— Доброе утро, — поздоровался он. — Трудишься в такую рань?…

Продолжить ему не удалось. Элис испуганно обернулась и резко вскочила на ноги. В тот же миг сразу несколько шипастых стеблей резко увеличились, и, словно выпущенные невидимой рукой стрелы, направились прямиком в него. Военная выучка дала о себе знать: отпрыгнув в сторону, Лион ловко увернулся от зеленого противника, избежав почти всех атак. Один росток умудрился-таки задеть скулу, и по щеке тут же сбежала кровавая дорожка.

— Господин… Лион! — воскликнула Элис, взмахнув рукой, отчего нападавшие стебли вмиг усохли, рассыпавшись по земле безжизненными серыми лоскутками. Вместе с еще десятком соседствующих с ними кустиков роз.

Ведьма бросилась к нему. Первым порывом Лиона было пуститься наутек — кто его знает, что на уме у этой рыжей затейницы, однако он вовремя напомнил себе, что Первому мечу королевства негоже от ведьмы бегать, и остался стоять, смирившись с неизбежностью новой лавины «прости-прости» от Элис.

Ведьма вмиг оказалась рядом, и окутавший ее цветочный аромат перебил даже запах крови. Она протянула руку и положила теплую, мягкую ладошку на раненую щеку Лиона. В глазах Элис стояли слезы, однако она не торопилась извиняться, упрямо сжимая слабо подрагивающие губы. Ах, да — он же сам вчера запретил ей просить