12 месяцев до алтаря - Ариель Бинкс

Какое право он имел заставлять Поппи чувствовать себя по-дурацки, когда ей хотелось уделить ему внимание? Если бы она захотела его обнять, о том, что намокнет одежда, он думал бы в последнюю очередь. А это многое значило, учитывая, как трепетно Рин Адлер любил свою одежду.

– Ну да, но это новая рубашка, – сказал Джаспер. Он взъерошил волосы Поппи. – Я тебя обниму, когда высушишься.

– Это гребаный Vineyard Vines! – прорычал Рин. Его раздражало, что парня рядом столь заботила стремная рубашка немодной фирмы, да еще с принтом рыбы. Что не так с мужчиной, который отказывается от объятий богини?

Поппи толкнула плечо Рина:

– Не будь таким снобом. Я за полотенцем. Ведите себя хорошо.

– Ну и? Вы теперь с Поппи типа друзья? – спросил Джаспер, оценивающе взглянув на Рина.

– А что не так? – спросил он, решив даже не смотреть на него в ответ. Если Джаспер его боялся – отлично. Он даст ему причину бояться. – Мне она нравится.

Поппи прибежала обратно, и теперь Джаспер дал ей себя обнять. Перед тем как поцеловать ее в лоб, он ухмыльнулся Рину.

– Мы готовимся начать вечеринку дома. Нужно вернуться и нарядиться.

Поппи кивнула:

– Ты идешь, Рин?

Он покачал головой. Последнее, чего ему хотелось – проводить время с Джаспером Майклзом, и еще меньше ему этого хотелось, если Поппи будет все время на нем виснуть.

– Я останусь тут и дочитаю книгу.

– О'кей. Увидимся дома, – сказала Поппи и помахала Рину, а Джаспер взял ее за руку.

* * *

– Это было… Странно, – засмеялся Джаспер по пути в дом со своей невестой.

– Что было?

– Ты и Бэк вот так просто гуляли, – сказал Джаспер. – Я не знаю, нравится ли это мне.

Поппи закатила глаза.

– Да брось. Он на самом деле очень милый. И постранному смешной.

– Он смешной? – Джасперу тяжело было в это поверить. Он знал Бэка Сэндлера годами, и «смешным» его бы никто не назвал. Может, когда-то очень давно. Но в подростковом возрасте Бэк стал озлобленным и замкнутым.

– Именно, – засмеялась Поппи. – Его сарказм – это что-то.

Джаспер остановился и неодобрительно посмотрел на будущую жену:

– Я знаю Бэка. Рина… Кем бы он себя ни называл. Он не хороший парень. Не думаю, что стоит сближаться с ним. Не знаю, хочу ли я, чтобы вы общались.

– Почему нет? Мне кажется, я хорошо разбираюсь в людях, – сказала Поппи.

– Он неуравновешенный. – Джаспер пытался позаботиться о Поппи. Когда они были подростками, Бэк постоянно срывался на него, просто с катушек слетал. И Джаспер не считал, что тот изменился… Ему вообще казалось, что Бэк явно чего-то добивался, пытаясь подружиться с Поппи. То, как он заявил о том, что Поппи ему нравится, вызывало беспокойство.

– Он не неуравновешенный, – Поппи встала на защиту Рина.

Джаспер ее прервал:

– Поппи, милая, посмотри на меня. Я знаю Бэка Сэндлера. Он не нормальный парень. Он…

– Он что? – с негодованием выпалила Поппи. – Знаешь, что он мне рассказал? Что тогда, давно, ты его бросил. Потому что он отличался от вас с Астрид.

Поппи скрестила руки на груди, ожидая объяснений.

– И ты вот так просто веришь всему, что он рассказывает? – Джаспер осмотрелся, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. – Ты его знаешь всего три дня.

Поппи уставилась на Джаспера:

– Он – единственный, кто мне вообще хоть что-то говорит! Ты назвал его старым другом, не рассказал историю ваших отношений, и также, между прочим, утаил, что он – сын Лены. И что я должна думать, Джаспер?

Он и сам не знал, почему все не рассказал Поппи. Он больше не дружил с Бэком, и после окончания школы вообще о нем не вспоминал. Пока год назад тот таинственно не вернулся в жизнь Лены, что показалось Джасперу подозрительным.

– Когда ты так говоришь, все это звучит плохо. – Джаспер провел рукой по волосам. – У меня не было намерения что-то от тебя скрывать. Просто мне не казалось это важным. И я не думал, что ты с ним поладишь.

Поппи вздохнула:

– Если бы мне только рассказал. Например, он мне поведал, что в старшей школе ты его бросил. Чтобы встречаться с Астрид. Вот об этом ты мне тоже никогда не говорил.

Казалось, Бэк Сэндлер… Рин Адлер сделал все возможное, чтобы выставить Джаспера в дурном свете.

– Да брось, это было в старшей школе. За ручки держались и все такое. Ничего больше, – засмеялся Джаспер.

– Ну, я поняла, но все же, – вздохнула Поппи. – Больше никаких секретов, хорошо?

– Конечно, милая, – Джаспер улыбнулся и поцеловал нос Поппи. Откровенно говоря, ему удалось слишком легко отделаться. Но он не позволит ей это заметить. – Пора наряжаться.

* * *

Услышав шум вечеринки, Рин покинул пляж и направился в дом. Последний раз он ел утром, но, увидев масштаб празднования Дня независимости, решил, что не будет ради еды здесь околачиваться.

В юности он посетил достаточно таких вечеринок, чтобы представить, что его ждет. Празднества в компании выпивших гостей, чопорных светских персон и выскочек были ему неинтересны. Давным-давно он выяснил, что одному в своей комнате ему будет гораздо веселее.

По пути наверх Рин захватил бутылку из мини-бара. Войдя в комнату и закрыв дверь, он ее открыл. Книга, которую он читал, неплохо отвлекала от Джаспера Майклза и его дурацкого надменного лица. То, как его выбесило, что Майклз отказался обнять Поппи, можно было описать одним словом – «неразумно».

И хотя в его шкафу была одежда на десятки тысяч долларов, он позволил бы Поппи испортить каждую вещь, лишь бы она его обняла, одетая в бикини. Джаспер Майклз был еще большим кретином, чем Рин мог представить.

Думая о Поппи, он ощутил странную тоску. Ему так понравилась ее компания на этих выходных, и, возможно, кретином был именно он, если считал, что это к чему-то приведет. Рин сделал еще один большой глоток и прошел через комнату, чтобы открыть дверь на балкон.

Он выглянул, чтобы посмотреть на вечеринку. Поппи было сложно не заметить. Конечно, она снова была в белом – в игривом коротком платье с оборками, в котором ее ноги выглядели просто невероятно длинными. Она шла с Джаспером под руку, попивала вино и выглядела так, будто с большим удовольствием была бы где-либо еще. Рин усмехнулся и подавил порыв ее позвать. Ведь здесь, с ним, ей было бы куда лучше.

Суть в том, что даже если бы он позвал Поппи, она бы не пришла. Как хорошо бы им ни было вместе за последние сутки, она