Наглый. Дерзкий. Родной - Ульяна Николаевна Романова

В любовь с первого взгляда я не верила. Это скорее исключение из правил, один случай на миллион.

Эдуард же с ослиным упрямством продолжал удивлять меня своим креативом и напускать тумана на свою нахальную персону. То притворялся уличным гопником, потом сменил амплуа на музыкально-поэтическое, а сегодня играл роль бывалого сидельца. И все это в сногсшибательном наряде.

Мне казалось, что его цель – свести меня с ума. Каждая новая встреча – гремучая смесь из желания его поколотить и выяснить, наконец, кто он такой и почему я?!

Может, он креативный маньяк, который методично доводит жертву до смерти от любопытства?

За время, пока мы ехали, я успела изрядно себя накрутить. Въехав в город, неожиданно для себя рявкнула:

– Тебя куда?

– У метро останови, – попросил Эдуард.

– Я могу до дома довезти, – мило улыбнулась я, – мне несложно.

– А я не домой, – это чудо послало мне широкую улыбку.

– А куда? Ты скажи, я довезу, – продолжала настаивать я.

– Прогуляться хочу, с утра на метро не катался, надо проверить, все ли в порядке.

– Перебарщиваешь с таинственностью, – процедила я сквозь зубы.

– Хорошо. Поехали ко мне, но с условием – ты зайдешь в гости на чай, – азартно предложил Эдуард.

– А без условий никак нельзя? – нахмурилась я.

– Соглашайся, – хрипло продолжал он, – обещаю, ты не пожалеешь. Я тебя с Жирополком познакомлю.

– С кем? – обалдела я.

– Котяра у нас живет, на улице подобрали. Толстый, ленивый и злобный. Прикинь, Катюх, у всех еду отбирает и сам жрет в одну наглую морду, сволочь мохнатая.

Я резко притормозила, припарковала машину и решительно заявила:

– До ближайшей станции метро пять минут пешком. Спасибо, что составил компанию.

Эдуард насмешливо хмыкнул, отстегнул ремень безопасности и пообещал:

– До завтра, Кать.

– Исчезни из моей жизни, – потребовала я, – ты меня пугаешь.

– Чем? – не понял Эдуард.

Я со значением посмотрела ему в глаза и приподняла бровь.

Он вздохнул, снова повернулся ко мне и вдруг низко опустил голову:

– Зря.

И молча вышел из машины, оставляя меня наедине со своими мыслями и сомнениями.

Я завела мотор, отъехала на пару метров и решилась. Снова припарковала машину, вышла на улицу и решительно пошагала к метро, возомнив себя Шерлоком. Для полноты картины не хватало только пальто, темных очков и старой газеты с двумя крохотными дырочками для обзора.

Я медленно и вертела головой во все стороны, выглядывая в толпе знакомый картуз.

Кем бы Эдуард ни был, но он добился своего – мое любопытство разыгралось не на шутку. Я была уверена, что сна я лишилась до тех самых пор, пока не выясню, откуда он взялся на самом деле.

Наглую макушку в кепке в толпе я нашла быстро. Эдуард спокойно топал к метро, не глядя по сторонам. Он снова надел темные очки и, казалось, не обращал никакого внимания на косые взгляды в его сторону.

Фиолетово ему было на всех!

Значит, он привык к вниманию, так? Может, он действительно креативный и модный на всю голову? Или просто очень уверен в себе?

Я старалась слиться с толпой и не потерять его из виду. А главное, не спрашивать у себя, зачем я иду за ним, вместо того чтобы навсегда выбросить маргинала из головы.

Он подошел к подземке и легкой походкой спустился. Достал карточку, приложил ее к шлагбауму и прошел внутрь, а я задержалась, выискивая в сумке свою.

Ругаясь на чем свет стоит, нашла ее в кошельке, приложила, прошла вперед и снова заозиралась. Эдуард из поля зрения исчез!

Я ускорила шаг, обходя многочисленных прохожих, свернула за угол и впечаталась прямо в Эдуарда.

– Мисс Холмс, – насмешливо выдохнул он, – рад вас видеть.

Мне стало стыдно. Я отвела взгляд и, кажется, покраснела, чем вероломно и воспользовался Эдуард: он нагло положил обе ладони мне на талию и привлек к себе поближе.

Позор какой, боже!

– Я… у меня машина сломалась, – пробурчала я, скидывая его руки.

– Блин, а я уж обрадовался, думал, ты за мной проследить решила, – сверкнул он глазами.

Эдуард медленно поднял руку и коснулся моей щеки кончиками пальцев. Осторожно убрал за ухо прядь волос, при этом проникновенно глядя в глаза.

– Зачем мне это? – отшатываясь, пробурчала я.

– Не знаю. Может, хочешь узнать, где я живу? – предположил он со смешком.

– Хочу, – призналась я, – узнать, кто ты, где живешь, кем работаешь и почему ты прицепился именно ко мне!

Он не смог сдержать победную ухмылку, а я почувствовала себя круглой дурой.

– Но раз уж меня обнаружили, то, пожалуй, пойду переваривать собственное фиаско как частного детектива, – прорычала я.

– Я с тобой, – радостно вызвалось чудо.

– Не надо, позор я предпочитаю переживать в одиночестве.

Эдуард неожиданно взял меня за талию, ловко развернул и впечатал в стену, закрывая своим телом от прохожих и всего мира. Заглянул в глаза, сглотнул и очень серьезно признался:

– Кать, ты себя со стороны видела? Ты когда по улице идешь, мужики бошки сворачивают и облизываются на тебя, как коты в марте. Ты обалденно шикарная, такая, что дыхание замирает. У меня шансов подкатить нормально и не услышать подробное направление движения просто не было. Ты ж вечно в своих мыслях, занята, куда-то торопишься. Простому пацану тебя не вытянуть, ты сама сказала. А я реально простой. У меня нет дорогой тачки и богатых родителей, живу на зарплату в съемной квартире с братом. А ты живешь в шикарном районе, ездишь на дорогой машине и выглядишь на миллион баксов. Вот и придумал… Хотел увлечь, чтоб тебе интересно стало, любопытство разбудить и завоевать. Мне при других раскладах ты бы даже во сне не светила. Перегнул малость с креативом, но я по жизни такой, Кать. Мне даже врач в справке так и написал: «Психических отклонений нет, просто запущенный хронический оптимизм».

– Сколько тебе лет? – прошептала я.

– Двадцать шесть, – криво улыбнулся он, не отпуская моего взгляда ни на секунду.

– Как-то неправильно начинать отношения с вранья, – выдавила я сквозь ком в горле.

– Не поверишь, Кать, я ни слова вранья не сказал.

– И правды тоже, – буркнула я.

Он вдруг медленно наклонился ко мне, провел губами по моей щеке, вызывая стаю мурашек по всему телу, и шепнул на ухо:

– Не гони меня, а, Кать? Слово даю, тебе со мной скучно точно не будет.

Сердце забилось в груди с удвоенной силой, щеки пылали,