Девушка. Туалет. Злой дракон - Софья Бархат

Мы остаемся втроем. Ложусь на стол, чем-то напоминающий алтарь. Странные ощущения. Пугающие. Даже возможная смерть не пугала так, как происходящее сейчас. Дракон говорил о боли… Я не лгала, когда говорила, что не переношу её. А еще унижение… Баст убедится в том, что я врала. Не знаю, как сложится наша дальнейшая жизнь, но я бы на его месте уже не доверяла такой жене. В какой фарс превратится наш брак?

Как и говорил мой жених, Сантар чертит на моих руках вычурные узоры и что-то тихо говорит при этом. Сначала не ощущаю ничего, кроме легкой щекотки. Даже приятно. Однако с каждым новым узором, с каждым новым словом, произнесенным старцем, приятные ощущения утихают. Их заменяют тревожные, колкие. Словно мелкие иголочки впиваются в кожу, выбивая из меня стоны. И в конце концов начинает казаться, что меня насквозь протыкают ножами. Длинными и тупыми. А еще меня поджигают. И я горю. Не могу больше… Кричу так громко, что закладывает собственные уши. Болит всё. Даже то, что болеть априори не может. Это больше невозможно терпеть.

— Больно… Я хочу умереть, — шепчу в бреду.

Баст

Я всегда считал себя привыкшим к смерти и боли, к отсутствию в себе жалости и сострадания. Холод и безразличие стали моими союзниками на войне. Однако сейчас это в прошлом — смотреть на Уну больше невыносимо.

— Сантар, неужели ничего нельзя сделать, чтобы облегчить её страдания? — вижу, как в муках корчится принцесса, и испытываю непреодолимое желание сейчас же выдернуть её из этой болезненной стихии.

— Нет! Облегчить не получится, — шепчет с сожалением, не отводя глаз от мучающейся девушки.

— Подумай! — настаиваю. — Подумай!!! Если мы пара, почему я не могу испытать эту боль за неё?

Сантар словно просыпается. Выпрямляет спину, вскидывает на меня удивленный взгляд.

— Ты? Но… Во всех известных мне случаях, когда в вашем роду проводился данный обряд, такое не практиковалось. Невесты ведь сами виноваты в том, что приходится прибегать к подобным мерам.

— Не практиковалось?.. — из всего сказанного слышу только это. — Но в теории возможно?

— Баст… Она выдержит. Все выдерживали. Поверь мне.

Верю. Но впервые не хочу следовать совету старца. И дракон, беснующийся во мне, как никогда согласен с этим.

— Я спрашиваю, в теории это возможно? — повышаю голос.

— В теории да, — соглашается осторожно.

— Что нужно делать? — обуреваемый нетерпением, нависаю над Сантаром, требуя ответа.

— Метка уже видна. Скоро она окончательно проявится, и всё будет окончено, — не сдается старец.

Метка видна — значит, принцесса точно врала. Она девственна! Зачем же она это сделала? Зачем обрекла себя на подобные мучения? Почему не созналась во лжи? Мне не понять этого!

Уна дергается, кричит еще громче, и я рычу от бессилия.

— Говори, что нужно делать! — повышаю тон, чего не позволял себе никогда ранее в отношении Сантара. — Сейчас ей ведь больнее всего, так?

— Её боль, переданная тебе, удвоится, — сверкает несогласно глазами. Не одобряет принятого мной решения. Оттягивает момент.

— Что мне нужно делать? Отвечай же!!! Быстрее! — мое терпение иссякает.

— Ложись рядом с ней.

Глава 19

Баст

Уна постепенно приходит в себя. Наконец-то… Надолго же она отключилась после того, как боль перешла мне. Её организм был так измотан, что принцесса проспала прямо на алтаре больше часа.

— Ты запомнил, что я сказал? — тихо переспрашиваю у Сантара, сидящего по правую руку от меня.

— Запомнил. Пусть девушка думает, что она с достоинством прошла весь обряд.

Киваю. Не знаю почему, но хочу, чтобы было именно так.

— Твой поступок достоин того, чтобы о нем узнали, — произносит едва слышно старец. — И она, — кивает на принцессу, — и другие.

— Не вижу в этом ничего героического. Наоборот, удивительно даже, почему так не поступали мои предки, которые также сталкивались с подобным, — я действительно этого не понимаю. Я был уверен, что все они были достойнейшими драконами. Теперь же начинаю в этом сомневаться.

— Твоя воля, раз ты выбираешь оставить это под завесой тайны, — соглашается Сантар и тут же подается ближе к девушке, так как она в этот миг открывает глаза и просит воды.

Утолив жажду, переводит взгляд на меня. Можно даже ничего не говорить, всё читается в её глазах. Но, конечно же, Уна не из тех, кто разумно промолчит.

— Ненавижу, — роняет тихо, обращаясь ко мне, и делает попытку встать.

— Ничего нового, — хотя на самом деле её признание неприятно обжигает. Так открыто принцесса еще не говорила о своих ощущениях. — Не ты ли сама инициировала то, что произошло здесь? Зачем нужно было врать? Ты девственна!

— Я не хочу за Вас замуж! Ответ прост.

— Ваши желания здесь не при чем, — прорывается раздражение. Что же за характер у этой принцессы? Где её мягкость, покладистость?

Уна выплевывает что-то гневное, и, наверное, хорошо, что я этого не слышу. Устраивать скандал с ней я не намерен. Пустая трата времени.

— Помочь? — смотрю, как она, едва держась на ногах, пытается идти к выходу.

— Ни за что!

— Я могу помочь, — предлагает Сантар, на которого мы всё это время не обращали никакого внимания.

— Прочь! — старец у неё также не в почете.

Не намерен больше выслушивать недовольство принцессы. Я, несмотря на пройденную боль, чувствуя себя явно лучше, потому, не церемонясь, подхватываю Уну и намереваюсь отнести в её комнату.

— Поставьте меня, — тут же противится тому, что я делаю. — Вы не имеете права трогать меня!

— Имею полное право! Завтра ты станешь моей женой.

— Завтра!!! Но не сегодня.

— А сегодня ты моя невеста. Истинная! Какие еще права мне нужны?

Шагая по лестнице, ощущаю, как разгоняется сердце, как становится тяжело дышать. И дело не в весе Уны. Она словно пушинка. Это другое. Темное… Древнее…

Уна

Я четко улавливаю тот момент, когда с драконом что-то происходит. Он вдруг перестает отводить от меня взгляд и смотрит так, словно готов съесть. Причем без соуса. И даже не разжевывая.

Эй… Эй… Напрягаюсь всем телом, понимая, что это не есть для меня хорошо. Инстинкт самосохранения начинает работать на полную мощь. Я ведь не маленькая девочка. Пусть девственница, но прекрасно понимаю, что к чему. А строил из себя… Я не такой!.. Всё ради прекращения войны!..

— Где мои родители? — спрашиваю строго, надеясь, что это вернет мысли дракона в привычное для меня русло. Пусть Баст лучше остается занудой, чем будет вот так смотреть. Уже у самой сбивается сердечный ритм от его шумного дыхания