Дракон по обмену - Дарина Ромм

Между тем незнакомый, но уже однозначно любимый мною Дизраэл тяжело вздохнул и пожаловался:

– Вот с этим проблемы. Мы ведь подали заявку на обмен педагогами с академией Мистала. Их ректор утверждал, что его преподаватель динамики слабо загружен работой, и от скуки начал чудить.

– Ничего удивительного – зачем динамика полетов нужна адептам изящных эльфийских искусств?  – хмыкнул собеседник Дизраэла. – Я удивлен, что там ему вообще нашлась хоть какая-то работа.

– Да, но только мы свою часть обмена исполнили, и наш преподаватель рунологии, на которого эльфы подали заявку, уже отправился к новому месту работы. А обещанный ими специалист у нас так и не появился. И если завтра до полудня не прибудет, значит надурили нас ушастые.

– Сочувствую тебе, друг… – собеседник Дизраэла хотел что-то еще сказать, но его перебил голос подошедшей подавальщицы:

– Господа драконы желают что-нибудь еще?

– Только поцелуй такой красавицы, как ты, крошка. – весело ответил мужчина хихикнувшей девице. Звякнули монеты и послышался шум отодвигаемых стульев.

Я тут же высунула нос из-за перегородки, чтобы посмотреть на «господ драконов» – на самом дела за почти две недели в этом мире я так и не увидела ни одного.

Даже начала сомневаться в их наличии, потому что, все, кого я здесь встречала, выглядели как самые обыкновенные люди. И на небе, сколько ни задирала голову, ни разу летающих ящеров я не заметила. А хотелось бы…

Мужчины, которых назвали драконами, смотрелись эффектно. Рослые, широкоплечие брюнеты в светлых широких рубашках и кожаных брюках, заправленных в высокие сапоги, не спеша направлялись к выходу из таверны, продолжая о чем-то оживленно беседовать, и давая мне возможность хорошо себя рассмотреть.

 У того, что выше ростом и шире в плечах на боку висели короткие ножны, которые он придерживал одной рукой. Второй, чуть более субтильный, держал в руке небольшую книгу.

Соединив в логическую цепочку книгу и информацию о работе в академии, я решила, что второй мужчина и есть Дизраэл. В этот момент он повернул голову, продемонстрировав мне благородный нос и аристократичный подбородок.

«Красавец.» – решила я благосклонно. Все-таки, мужчина, который сам того не желая снабдил меня бесценной информацией, по определению не может быть непривлекательным.

Заглядевшись на Дизраэла я упустила момент, когда его друг повернулся на сто восемьдесят градусов и заметил мою выглядывающую из-за перегородки любопытную физиономию.

А когда поймала на себе внимательный взгляд жарких синих глаз и увидела, как красивые губы раздвигаются в довольной улыбке, почему-то вспыхнула до вишневого румянца и дернулась обратно в спасительную тень своего закутка.

– Фух, что это было? – спросила у Тучки, мирно лежавшей на соседнем стуле. – Это с чего меня так пробрало от одного мужского взгляда и улыбки?

Пришлось посидеть, приходя в себя и дожидаясь, пока заполошно колотящееся сердце успокоится.

Затем, предварительно убедившись, что господа драконы покинули таверну, выбралась из-за стола и позвала свою мохнатую напарницу:

– Ну что, Тучка, теперь-то мы с тобой знаем, как попасть в академию! Пойдем, нам необходимо подготовиться …

Глава 12. Лиза вспоминает, что чем хуже у тебя идут дела, тем лучше ты должен одеваться

Я ринулась в свою комнату и закрыла дверь на ключ.

Стащив с головы платок, принялась придирчиво разглядывать себя в настенном зеркале, с трудом добытом у владельца гостиницы, обманчиво добродушного толстяка мастера Прево. По странной причине мужчина был уверен, что женщинам смотреться в зеркало – только время терять.

Светлая дама Гертруда не обманула – волшебное зелье сработало на пять с большим плюсом. Уже через несколько часов после его приема волосы отросли сантиметров на двадцать, и почему-то до сих пор продолжали расти. Или я не так поняла объяснения дамы насчет действия зелья, или она и сама толком не знает, как оно работает.

В любом случае, обиженной я себя не чувствовала, и с удовольствием любовалась на свою роскошную, достающую до нижнего края лопаток, гриву.

Вот что магия животворящая делает – дома у меня никогда не хватало терпения отрастить волосы хотя бы до плеч. А тут даже не успела устать от лезущих в глаза концов – и уже длинноволосая красотка.

Приблизив лицо вплотную к зеркалу, я придирчиво изучила виски. К моему великому облегчению, три дня назад пугающие меня чешуйки исчезли. Просто утром я стала умываться и вдруг заметила, что в моем облике что-то изменилось.

И откровенно разревелась от счастья, когда до меня дошло, что на висках у меня опять гладкая светлая кожа.

Правда, ходить без платка пока не решалась, боясь, что чешуйки могут снова появиться в самый неподходящий момент. Нет уж, пока не разберусь, что там демон сочинял про «быть мне драконом», лучше в платочке похожу. Или сделаю себе прическу, прикрывающую виски.

Но это все завтра, а сейчас…

Сейчас мне надо было в библиотеку.

В конце концов, я почти две недели попаданствую, а в этом священном для всех попаданок месте так и не побывала. Не порядок. Я ведь помню из Васькиных рассказов, что героини ее романов в новом мире всегда первым делом бегут в библиотеку.

Честно говоря, я бы тоже пошла и даже однажды попыталась это сделать.

Но, увы, местное общественное книгохранилище оказалось платным. И за пользование ее богатствами полагалось отдать не много, не мало, а пять тивров, которые у меня и так наперечет.

Но сегодня я была готова потратиться.

Поэтому я снова аккуратно намотала на голову надоевший хуже горькой редьки платок, позвала Тучку, сопровождавшую меня во всех перемещениях по городу, и отправилась навстречу знаниям.

Я бодро шагала по чистенькой дощатой мостовой, как вдруг в витрине одной из лавочек увидела платье.

 Сливочно-бежевое, из плотного травчатого шелка, оно гордо красовалось за стеклом, притягивая взгляды своей нездешней, и даже неуместной для этого скромного района роскошью.

Я остановилась и завороженно прилипла к стеклу, любуясь на благородный фасон и изящную отделку вышивкой и искусственными цветами.

– Чего встала, замарашка? Отойди от витрины, не загораживай товар! – из блаженного любования меня выдернул отвратительно скрипучий голос.

Рядом стоял долговязый, похожий на жердь мужчина в серых нарукавниках, и махал на меня руками, словно пытался прогнать голубя, какнувшего перед его носом:

– Кыш отсюда, девка. Нечего таким, как ты тут стоять.

– Что вы имеете в виду? – я очень старалась быть вежливой.

– Иди отсюда, зачуханная. В салоне мастера Барими для тебя нет ничего подходящего.

В недоумении я перевела взгляд на стеклянную