Его сокровище - Эмилия Росси

Мне это показалось странным. Албанцы никогда не отличались особой сообразительностью. Либо Арбен оказался умнее, чем я думал, либо албанцам кто-то помогал. Никто не объявил об альянсе, но я все больше убеждался, что они его заключили.

Постукивая ручкой по одной из пустых кофейных чашек, валявшихся на столе, я думал о Софии. Сегодня я в своем кабинете с трех часов утра и с головой погрузился в работу, чтобы отвлечься от мыслей о ней. Смогла ли она снова заснуть? Как часто ей снятся кошмары? Есть ли у нее все, что нужно?

Мне хотелось разрушать, напасть, нанести физический вред, а не пялиться в компьютер, пытаясь расшифровать чертовы электронные письма, пока у меня не вытекли глаза. Все жаждали моего положения, мечтали стать самым влиятельным человеком в Нью-Йорке, но никто из них не осознавал, сколько утомительной бумажной работы с этим связано.

Моя голова резко поднялась, когда дверь распахнулась. Сиенна ворвалась в мой офис ярким всплеском цвета и плюхнулась в кресло напротив моего стола.

Я массировал виски. Мне действительно нужно избавиться от этого кресла.

— Почему ты скрываешь от меня свою жену? — заскулила она.

— Сиенна, я работаю.

— Да, я знаю. Ты всегда работаешь. Сейчас семь часов утра, и вот ты здесь, в костюме.

То же тревожное чувство, которое я всегда испытывал рядом с Сиенной, сжало мою грудь. Борьба моей мамы с бесплодием привела к тому, что у нас с сестрой была разница в двенадцать лет. Сиенне было всего одиннадцать, когда наших родителей убили. За одну ночь из старшего брата я превратился в родителя. Мы скрывались два года, пока я работал над восстановлением своей империи и свержением своего дяди. Я запер свое сердце за непроницаемыми стенами, чтобы стать Доном. По пути я потерял способность быть братом.

Сиенна была постоянным напоминанием о моих неудачах — моей неспособности спасти наших родителей, моей неспособности любить ее так, как она того заслуживает.

— Чего ты хочешь, Сиенна? — спросил я, голосом полным усталости.

— Я просто хочу с ней встретиться. Мы живем в одном здании. Было бы здорово, я не знаю, подружиться.

— Она здесь не для того, чтобы быть твоей подругой.

Вспышка боли промелькнула на лице моей сестры, и неприятное чувство в моей груди усилилось. Когда я согласился на этот брак, он казался мне таким банальным. Постоять на церемонии, подписать бумажку, заключить союз с Россией. Я забыл, что женюсь на реальном человеке — живом, дышащем существе, за которого теперь несу ответственность. Мне не нравилась идея, что Сиенна и София подружатся — это было смешение двух миров, которые я хотел держать отдельно. Но препятствовать этому постоянно было нереально. Мне пришлось признать, что София стала постоянным спутником моей жизни.

— Прости, — пробормотал я. — Я все еще привыкаю ко всему.

Сиенна наклонилась вперед в кресле.

— Какая она? Она милая? Симпатичная?

— Я ее не знаю. — Я не собирался признавать, что нахожу свою жену довольно… очаровательной.

Сиенна нахмурилась.

— Да расскажи мне хоть что-нибудь.

Я снова постучал ручкой по столу.

— Что-то не так с ее ногами.

Ее брови нахмурились.

— Что ты имеешь в виду?

— У нее этот синдром — Элерса-Данлоса? Для передвижения она пользуется инвалидной коляской или ходунками.

— О, — Сиенна склонила голову. — Это проблема?

— Это может сделать ее более уязвимой. Сделать нас более уязвимыми.

Она испустила долгий вздох.

— Враги не прячутся за каждым углом, Маттео.

— Потому, что я защищаю тебя от них, — огрызнулся я.

Лицо Сиенны окаменело, ее челюсти сжались, когда она поднялась и направилась к двери.

— Послезавтра, — сказал я сквозь стиснутые зубы.

— Что?

Она взглянула на меня через плечо.

— Приходи послезавтра. Познакомишься с ней.

Легкая улыбка тронула ее губы, и я надеялся, что она меня простила.

— Знаешь, ты заслуживаешь счастья, — тихо сказала она.

Я тяжело сглотнул, не в силах смотреть на Сиенну, когда она выскользнула из моего кабинета. Оставив меня одного.

14

СОФИЯ

Мне было некомфортно, пока я возилась на кухне. Я использовала ходунки, чтобы сохранять равновесие, но было трудно опираться на руки после вчерашней тренировки. Я надеялась, что упражнения окупятся в долгосрочной перспективе, потому что сейчас боль меня просто раздражала. Я приняла обезболивающее, но знала, что боль, вероятно, никуда не денется… еще как минимум неделю, если мне не повезет.

Ничто из того, что я пробовала, чтобы облегчить симптомы, казалось, не помогало. Некоторое время назад Мила увлеклась «оздоровлением», убежденная, что сможет вылечить меня, если мы будем следовать инструкциям и делать все правильно. Мы пили экстракт зеленых кофейных зерен, медитировали и занимались йогой. Когда я в последний раз занималась йогой, моя коленная чашечка вывихнулась, и я упала на Милу. Мы так смеялись, что я даже обмочилась, что рассмешило нас еще больше.

Наша вынужденная изоляция в особняке Пахана в последние несколько лет была мучительной, но было в ней и то, чего мне не хватало. Мы с Милой так долго были против всего мира, а теперь я осталась одна.

Я съела банан из вазы с фруктами, пытаясь придумать, чем заняться в течение дня. Кухня была полностью укомплектована. Улыбнувшись, я решила заняться выпечкой и готовкой. Конечно, только чтобы убить время. Не для того, чтобы тайком впечатлить мужа своим единственным навыком. Мне просто нужно было найти рецепты, которые не требовали бы слишком сильной физической нагрузки.

Стук в дверь отвлек меня от мыслей о кулинарных планах. Я прикусила губу. Должна ли я отвечать? Я все еще чувствовала себя на иголках в этой красивой, огромной квартире, боясь сделать что-то не так и нарваться на крики.

Стук повторился. Я взяла ходунки и медленно направилась к входу. Посмотрела в глазок и увидела своего телохранителя.

— Доброе утро, синьора Росси, — сказал Анджело с широкой улыбкой на лице, когда я открыла дверь.

— Доброе утро. И, пожалуйста, зовите меня просто София.

— Не уверен, что Боссу это понравится.

Я склонила голову набок.

— Но ты мой телохранитель, верно? Так что я не знаю… разве я не имею права голоса?

Анджело рассмеялся. Его смех был теплым и глубоким и мгновенно успокоил меня.

— У вас с боссом много работы, не так ли? — Он подмигнул мне. — Хорошо, София. Как хочешь.

Он с изяществом поклонился, заставив меня фыркнуть.

— Хочешь зайти?

— Нет, спасибо, bella.