Слава против измены - Саша Девятова

— Она голодная, может раньше проснуться, — видно было, как хочется ей привести себя в порядок, но в то же время она боится оставить со мной дочурку.

— Оставь еду, я покормлю её, — предложила я выход из этой ситуации.

Подруга внимательно посмотрела на меня, взвешивая все внутренние за и против, и позвала меня на кухню. Подробно объяснив, как разводить смесь, как греть и прочее, Маша быстро, пока не передумала, накинула на плечи пуховик, сунула ноги в сапоги и, выйдя в подъезд, закрыла квартиру на ключ. За дверью я слышала торопливые шаги по лестнице, а в кухонное окно я увидела, как она быстро уходит со двора.

Маша меня предупредила, чтобы я не смотрела на Соню спящую и старалась не шуметь, я пошла в другую комнату и стала рассматривать содержимое стеллажа. На верхней полке располагались иконы, лампадка и церковные свечки. Ниже полка с папками и документами, две аккуратные стопки говорили о том, что Маша уже давно занимается здоровьем дочери, и за это время накопилось много чего.

Ещё ниже стояли уютные безделушки в виде фигурок, ваза, книги и ничего интересного. Я подошла к окну и увидела на подоконнике фотоальбом. Я взяла в руки толстую розовую книгу с серебристой надписью "Моя семья" и, сев за стол, перевернула картонную обложку и на первой страничке увидела детские фотографии. Надписей не было, переворачивая листы один за другим, я поняла, что девочка на фотографиях — это Маша.

Мне было стыдно, за то, что я без разрешения смотрю на картинки чужой жизни, но любопытство побеждало, и я не могла остановиться.

Вот детский сад, потом школа, колледж в котором мы с Марией познакомились, фотографии нашей группы, я нашла себя на общем фото и мечтательно улыбнулась. Весёлое было время. Беззаботное.

Перевернув следующую страничку, я увидела счастливую Машку в объятиях молодого человека. Скорее всего это Витя, папа Сони, о котором она мне рассказывала. Молодые были в поездках, на природе, в кафе. Дальше была серия свадебных фото, беременная Маша и её счастливый супруг, фото из роддома, Соня совсем ещё малышкой на руках у мамы и папы, прогулки с коляской и обрыв.

После младенчества дочери Маши было пусто, ни одного нового фото.

Я закрыла альбом. В нём будто в сокращённом варианте была изложена судьба моей подруги. Так хорошо начинающаяся история, с таким грустным концом. Для меня странным было то, что она не убрала из альбома свадебные фото и совместные фото со своим бывшим мужем. Я бы точно сделала это в первую очередь. Может до сих пор любит?

Прошло уже полчаса, как Маша ушла в салон. Я ещё немного походила по комнате, но не найдя ничего интересного, переместилась в кухню.

Чайник греть я не стала, просто налила себе воды и встала у окна, рассматривая проходящих по двору людей. Все такие разные. Даже у нас с Машкой разное восприятие ситуации с её мужем, интересно, как бы она восприняла мою историю, если бы я подробно рассказала о наших с Сержем отношениях?

Хотя я помню её реакцию на моё короткое "изменил". Она просто устало сказала "понятно" и больше ни о чем не спросила. Неужели для неё это так незначительно?

В соседней комнате закряхтела Соня. Я посмотрела на часы, если у Машки получилось сесть в кресло ранише, то вполне возможно, через полчасика она уже будет дома, если нет, то примерно через час. Ничего, я справлюсь.

Я зашла в комнату, на меня смотрели большие глаза ребёнка и внимательно изучали.

— Привет, малышка, — дружелюбно начала я, — твоя мамочка на время отошла, но ты не пререживай, она показала, чем тебя покормить, так что готовься, скоро будем ням-ням.

Соня нахмурила бровки и причмокнула губками, поднимая руки вверх и потягиваясь после сна, а я поспешила на кухню разводить ей смесь.

Глава 16

Я сделала всё так, как говорила Маша, проверила температуру смеси и понесла её девочке. Соня действительно проголодалась, она обхватила губками соску и начала с аппетитом причмокивать, одновременно водя взглядом по комнате и снова возвращаясь ко мне.

— Твоя мама пошла делась себе красивую причёску, — рассказывала я малышке, — скоро придёт, а завтра вы вместе поедите в центр, где тебя будут…, — на секунду я запнулась, язык не поворачивался рассказывать про лечение. — Там с тобой будут играть, делать всякие упражнения, будешь плавать в водичке.

Соня чмокала и молчала. Я не знала, нужно ли ей всё это рассказывать, но всё равно говорила. Мне самой было не так страшно. Слыша собственный голос, которым я успокаивала малышку, я успокаивалась и сама.

Часы показывали, что прошёл почти час, потом час пятнадцать, полтора… Соня давно всё скушала и уже начинала кукситься. Что делать в этом случае Маша мне не говорила. Ко второму часу отсутствия подруги, ребёнок уже начинал плакать, толи от какого-то неудобства, толи ещё от чего-то.

Я стала набирать номер Машки, если возьмёт трубку — потороплю, если неудобно брать, то её поторопит настойчивый звон моих звонков. Поднеся трубку к уху я услышала «абонент вне зоны действия сети». Соня, насколько могла, пыталась вывернуться из кресла для кормления, в котором сидела пристёгнутой. Конечно у неё ничего не получалось, она злилась и рассерженно кричала.

Подумав, что хуже уже быть не может, я отстегнула ремни и, аккуратно поддерживая голову девочки, перенесла её из кресла на диван. Сначала соня затихла, разглядывая пёстрый рисунок покрывала, а потом снова начала плакать и сучить ножками.

Я уже не на шутку разнервничалась, на два с половиной часа с ребёнком я не соглашалась. Собрав с полок все игрушки, которые там нашла, я поочерёдно показывала их Соне, пытаясь унять её слёзы. Помогало, но слабо. Неужели Машка отключила телефон, а вдруг что-то случилось, что делать?

Я полезла в интернет, чтобы найти причины детского плача. Не голодная, выспалась, мокрая? Я посмотрела вокруг и увидела коробку с детскими подгузниками, рядом лежала пачка влажных салфеток. Вдохнув побольше воздуха, я начала расстёгивать костюмчик девочки, чтобы произвести гигиенические процедуры. Я не имела никакого опыта, но открыла видео в интернете и решила делать всё так, как там будут показывать. Было трудно и очень неприятно, но я справилась. Почувствовав чистоту и комфорт, Соня успокоилась.

«Абонент» до сих пор был вне зоны, прошло уже три часа. Даже если бы Маша пришла к своему времени в салон и сделала укладку, она