Враг или Друг? - Ася Федотова

Трусливо прикрываюсь другом.

«Тогда я буду третьим»

«Если только не станешь его задирать»

«Я никогда его и не задирал»

«Берестов полез ко мне первым»

«Мы обычно выходим без двадцати»

«Ок»

«Женя»

«?»

«Хочу тебя увидеть»

«Не могу ни о чем думать»

«Блин, только не приходи»

«завтра увидимся»

«Не нужно вот этих серенад под окном»

«Меня весь дом ненавидит теперь)))»

«Давай по видео?»

Сердце уже колотится, как оголтелое. И хочется, и колется, как говориться. Бегло осматриваю комнату позади себя, включаю фронталку, чтобы проверить прическу. Срываюсь с места к шкафу, меняю топ на свободный белый лонгслив в длинными рукавами, оставляю клетчатые пижамные штаны, и возвращаюсь на кровать.

«Давай»

Почти мгновенно поступает видео звонок. Пропускаю несколько гудков и принимаю.

На экране Влад. Волосы у лица собраны в смешной хвостик на макушке. На лице довольная лыба. Голые плечи, ключицы, фрагмент татуировки — бабочки. А дальше я и думать не хочу.

Что там еще есть интересного, обрезанное экраном. Спрятанное сейчас, но уже подсмотренное прошлым летом. На речке.

— Привет — здоровается первым.

— Привет.

— Блин — Влад трет переносицу, прикрывая глаза, а потом снова смотрит на меня. — Хочу сейчас к тебе.

От его слов внутри сладко ноет где-то в районе живота. Нужно перевести тему, срочно перевести тему, пока все не скатилось, куда не надо. Откуда уже не выберешься.

Замечаю мелькнувшее на заднем фоне пианино.

— У тебя есть пианино? Ты играешь?

Влад мельком оглядывается себе за спину, а потом снова на меня. Но улыбки уже нет. Лишь напряженный взгляд.

— Играл раньше. В музыкалку ходил.

Никак в голове не укладывается: Влад и пианино. Если уже выбирать музыкальный инструмент, то ударные или бас гитара, но никак не пианино.

— А сейчас почему не играешь?

Ему неприятно. Это заметно по выражению его лица. Но Денцов все же отвечает:

— Надоело.

И совершенно точно врет. Глаза вспыхивают. Влад кусает внутреннюю сторону щеки.

— Тогда зачем до сих пор держишь его в своей комнате?

— Как ты вообще его разглядела? Черт…

— Сыграй что-нибудь — вконец смелею. — Только не из классики. Что-нибудь из современного. Типа Ейнауди из тиктока, знаешь?

— Он не из тиктока — На лицо парня снова возвращается улыбка, и мне это нравится. На душе теплеет, ноет, рвется наружу.

— Блин, да, понятно. Просто его много в тиктоке.

Если честно я не надеялась. Думала, что Влад придумает какую-нибудь отмазу, но парень вновь меняет ракурс, не отключаясь. Теперь я вижу его в профиль, сидящим перед инструментом. Обнаженным до пояса с милым хвостиком на макушке. И это безумно прекрасно.

Влад на секунду косится в камеру, открывает крышку, поджимает губы. Пробегается кончиками пальцев по клавишам. Замирает над ними, а потом льется мелодия*.

Медленная. Но стремительно набирающая темп. Тревожно — захватывающая. Невероятно красивая и трогательная, как и тонкие пальцы, ловко порхающие по клавишам, как и линии идеального профиля.

Денцов за пианино — это что-то с чем-то, просто вау.

Отмираю, уже когда Влад хлопает крышкой инструмента и возвращается в прежний ракурс.

— Это было… — подбираю слова так, чтобы не выдать до конца ту степень восторга, что он мне подарил. — Ты классно играешь. Заметен опыт, твои пальцы так легко порхают по клавишам…

— Геша, ты не спишь? С кем ты там разговариваешь? — стучится в комнату отец, а потом без разрешения входит.

Мгновенно сбрасываю звонок.

— С Леськой, пап. И я уже готовлюсь спать.

Пишу:

«Извини. Папа пришел. Завтра увидимся»

А потом еще, не удержавшись шлю вдогонку:

«Влад, это было прекрасно»

В ответ получаю:

«Уже жду завтра»

«Спокойной ночи, Лиса»

* Мелодию, что играет Влад, называется «Solas» (композитор — Джейми Даффи)

Глава 11

ВЛАД

— Владик, родной, доброе утро — мама склоняется над моей щекой, заполняя пространство вокруг маслянисто-душным ароматом своих дорогущих восточных духов.

— Привет — чмокаю в ответ. — Ты сегодня рано.

Блин, аппетит совсем отпал. И зачем выливать на себя сразу пол флакона⁈ Даже во рту привкус горечи.

— У меня процедуры с утра — мама закидывает в блендер фрукты и включает на самый быстрый режим. — Хочешь омлет приготовлю, как ты любишь?

А вот это уже подозрительно.

— Нет, я уже опаздываю.

— Разве? — мама переливает свою мешанину в высокий стакан. — Ты же обычно позже выходишь.

— Дела.

— А мне уделишь пять минут? — присаживается напротив. Так и знал, что про омлет, мне не послышалось. С чего бы такая щедрость. — Сынок, нужна твоя помощь.

— И?

— В общем, помнишь отцовского друга с дочкой, что недавно гостили у нас?

Перемалываю сэндвич уже без особого удовольствия и делаю большой глоток какао.

— Ну, помню.

Видно, что маме и самой неудобно. Наверняка, батя попросил со мной перетереть пока на добровольной основе, а если уж я съеду с темы, будет разговаривать сам, только уже на принудительной.

— Беспалов приглашает нас на следующие выходные к себе в загородный дом. У него там целая резиденция с озерами… Отцу очень нужны его связи и протекция, понимаешь? Иначе московская контора может отобрать участок с яхт — клубом. Мы должны поехать.

— Так я не против, валите. В чем проблема то?

— В тебе, сынок — я аж чуть не поперхнулся. — Обязательное условие, чтобы мы взяли с собой тебя.

— Зачем? — кривлю губы в усмешке. — Он по мальчикам что ли?

— Фу, ты — отмахивается мама и даже расслабляется, улавливая, что я просто стебусь. Хотя всякое бывает. — Это его дочка попросила. Маша. Понимаешь, он души в ней не чает, Маша у него одна осталась. Жена во время второй беременности скончалась. Как девочка скажет, так тому и быть — мама напряженно царапает зубами нижнюю губу, пытаясь угадать мои эмоции. — Она тебе совсем ведь не понравилась, да?

— Я не буду к ней подкатывать — обрубаю сразу все надежды и отбрасываю недоеденный сэндвич на тарелку. Аппетит окончательно пропал.

Да, еще и время поджимает.

— Мы ничего такого и не просим — быстро тараторит мама. — Ты ведь у нас такой красивый мальчик. Умный, харизматичный. Вот у девочки голову то и вскружило. Просто погостишь с нами на выходных, проявишь вежливость и все.

— Думаешь, ей моя вежливость нужна?

— Владик — мама устало вздыхает, — у нас нет другого выхода.

— Так это же папин сослуживец, они же там братаются, типа, друг за друга. Че просто так помочь, не?

— Сынок, когда замешаны деньги, большие деньги, дружбе места не остается.

Это, конечно, полный попадос.

— Ладно, я подумаю — встаю со