В этот раз хочу злодея - Марина Орлова

Могло ли мне почудиться? Тем не менее, несмотря на все свои мысли о том, что подобное невозможно, я уже не могла просто проигнорировать внутреннее чутье. Благодаря божественным силам, я могла ощущать как скверну, исходящую от монстров, так и биение светлой жизни. Драконы — чудные существа, обладающие всеми перечисленными качествами, не являлись ни людьми, ни монстрами. Их жизненная энергия отличалась от иных возможных, и отголосок этой энергии все еще исходил от скелета.

Прежде я никогда не встречала живых особей дракона. Вероятно, этот скелет — был последним из существующих в этом мире. Потому считала, что энергия, которую я сейчас ощущаю — лишь остаточный след от некогда могущественного существа. Но что, если энергия исходит вовсе не от скелета?

Сглотнув от своей пугающей догадки, я упорно приближалась к месту, которое было сокрыто хвостом. Теперь и предсмертная поза дракона казалась мне странной и такой… оберегающей, точно даже перед лицом смерти дракон что-то отчаянно защищал. И это не может быть обычным золотом.

— С ума сойти, — просипела я, стоило только подтвердить свою догадку, в ужасе прикрыла рот рукой и с благоговейным трепетом в свете светляка рассматривала… яйцо.

На самом деле, одно из трех яиц. Единственное уцелевшее.

Теперь… картинка начала складываться. Теперь понятно, почему дракон впал в такую неистовую ярость, что даже погреб себя вместе с охотниками: он защищал свое гнездо. А уж если потерял при этом свое потомство, безумие — полностью оправдано.

Однако… одно яйцо цело. И, сейчас бессмысленно отрицать, что именно от него исходит причудливая энергия жизни. Поборов нерешительность, я приблизилась к яйцу и с опаской положила на него ладонь, пустив незначительный поток маны, чтобы проверить состояние яйца и зародыша.

— Жив… — ощутив едва заметный отклик, выдохнула я, а после в панике и смятении осмотрелась. Хоть зародыш еще и не погиб, уже сейчас понятно, что, потеряв тепло матери и ману, которая должна была его питать, дракончик вскоре погибнет. Теперь у него почти не осталось жизненных сил даже на то, чтобы вылупиться. Но если он это сделает, то без помощи матери умрет от голода. А уж если это произойдет после затопления пещеры — умрет прежде, чем поймет, что родился.

И все же, драконы — слишком большая переменная, которая может повлиять на мир. В прошлый раз драконы считались вымершими, но что произойдет, если это изменить? Не то, чтобы я собиралась становиться матерью драконов, но в голове все еще эхом отдавался детский плач потерянного и испуганного несчастного ребенка…

— Я об этом пожалею… — тяжело выдохнула я, коря себя на чем свет стоит. Но, несмотря на мысленный мат, стала отодвигать тяжеленные даже для меня кости дракона, чтобы освободить яйцо. — Идиотка, мать твою… не живется тебе спокойно. Дейнерис хренова!

Яйцо было довольно крупным, килограмм на семь, а то и десять, перетащить его просто так не получится. Пусть я и неприлично сильная по меркам этого мира, все же плыть с такой ношей — та еще задачка. В руках овальное тяжелое яйцо не понесешь. Потому посмотрела на свою длинную мокрую юбку, что заметно мешалась и, с некоторым злорадством, потянула за край, ополовинив ее до середины бедра. Надеюсь, Джинн меня простит. И оценит длину моих ног. Во всем нужно искать плюсы, верно?

— Кира, как у тебя там дела? Нужно выбираться, земля дрожит. Пещера скоро не выдержит! — услышала я предостережение наемника, пока обматывала яйцо тканью и туго затягивала ручки импровизированной сумки. И без его предупреждения было очевидно, что счет пошел на минуты. Булыжники уже беспрерывно осыпались то тут, то там, упав даже на кости дракона.

— Возвращаюсь, будь готов принять груз! — закинув сумку на плечи, выкрикнула я и вскинула голову, как раз в тот момент, когда на меня падала многотонная глыба. Не среагируй я вовремя, меня бы раздавило вместе с гнездом. — Так вот, каким должен был быть твой конец, малыш? — вынырнув, посмотрела я на искореженный драконий скелет. От гнезда также не осталось и следа.

Ответа, разумеется, не последовало, впрочем, я его и не ждала и стала сильными гребками плыть к выходу из пещеры. Уровень воды уже успел заметно подняться, и она даже переливалась в единственную щель, через которую я попала в пещеру.

— Джинн! — выкрикнула я в проем, борясь с потоками воды, которые старались утянуть меня из пещеры. Рано, я еще не забрала то, за чем сюда изначально явилась.

— Прыгай, я поймаю, — предложил Джинн, который из-за своих габаритов ни в жизнь не пролезет в такую щель.

— Возьми это! — передала я ему сумку. Тот принял и, не заглядывая в нее, вновь подставил руки, чтобы принять меня.

— А ты? — поняв, что я не собираюсь выбираться, задал он вопрос, пока на фоне с грохотом продолжала осыпаться пещера.

— Я не закончила. Если не вернусь через две минуты, убирайся отсюда. Я найду как выбраться, и отыщу тебя вскоре.

— Спятила? — рявкнул он. — Что бы ты ни искала, оно не стоит таких рисков. Возвращайся!

— Поверь мне, стоит, — не согласилась я и оттолкнулась, чтобы побороть течение, которые засасывало меня из пещеры.

— Кира!

— Не жди меня. Возвращайся на поверхность! — выкрикнула я, стремительно плывя к скелету. Не прошло и минуты, а он уже наполовину был затоплен. Кажется, у меня нет даже минуты. — Проклятье! — рыкнула я, уворачиваясь от падающих камней. Упади один такой мне на голову, можно смело прощаться с жизнью.

Но этого было мало, чтобы побороть мое упрямство, потому вскоре я уже ныряла под череп дракона, пуская сразу несколько светляков. Но в мутной воде найти что-то было невозможно даже со светляками. Потому, подумав, я потушила все светляки и замерла, пустив потоки собственной маны. Вокруг меня кружила пыль и камни, и не было видно ни черта, лишь глаза заболели, как в кромешной тьме едва заметно засветилась небольшая точка.

Нашла. В прошлый раз было точно так же: в кромешной тьме божественные силы святыни отозвались на мою магию и стали сиять. Стоило вспомнить об этом раньше.

Ларец уже был наполовину погребен под драгоценностями и камнями, потому с некоторым трудом, но я все же его достала и