Конец романа - Рэй Морган

— Что делать с моим будущим, решать только мне, — сказал он. — Я не обязан принимать ту жизнь, которая мне не по нраву.

— Но тут, в Амбрии…

— Вот именно. Мне не обязательно оставаться в Амбрии. Остальному миру нет никакого дела до принцев из Амбрии. Я могу уехать куда-нибудь.

Майкл конечно же прав. Это его решение, и он не хочет быть принцем. Имеет ли кто-либо право заставить его? Нет.

Если же Майкл примет этот титул, то будет потерян для нее навсегда. Да даже если и не примет, Дженис не могла на многое надеяться… Но в любом случае она всей душой ратовала за его успех и счастье.

— Что ж, вполне резонно, — произнесла она. — Но позволь мне кое-что сказать. Во дворце прекрасное медицинское обслуживание, а именно это тебе сейчас и нужно. Было бы неплохо узнать мнение лучших докторов страны. — Она вздохнула. — Тем более королева Пеллея показалась такой приятной…

Дженис наклонилась, чтобы взбить ему подушки, а он протянул руку и пробежал пальцами по ее волосам, позволив им свободно струиться между ними, подобно жидкому золоту. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами. В прошлом Майклу очень нравилось играть ее волосами. Помнил ли он хотя бы немного об этих прикосновениях?

— Не могу объяснить тебе, насколько меня бесит все это, — рассеянно сказал он.

— Бесит что?

— То, что я не могу сам о себе позаботиться. — Их взгляды встретились. — Даже если я просто хочу пройтись по двору, мне нужна чья-то помощь.

— Имей терпение, — сказала она, покачав головой. — Тебя меньше пятнадцати часов назад привезли сюда на каталке. Ты не можешь просто встать и начать танцевать. По крайней мере, пока что.

Он пристально посмотрел ей в глаза:

— Потанцуешь со мной, Дженис? Когда снова смогу танцевать, я хочу, чтобы ты была моим партнером.

У нее участился пульс. Он дразнил ее, играл с ней ради забавы. Только не знал, насколько сильно она хотела, чтобы это было правдой.

— Да, — честно ответила Дженис.

Она так любила его! Пора бы уже признать это.

Ничего не изменилось и вряд ли когда-нибудь изменится.

Дженис полюбила Майкла с первого взгляда. Раньше ей казалось: сама идея любви с первого взгляда — просто чушь! Она не верила в это. Нельзя действительно любить кого-то, ничего не зная об этом человеке. Поэтому Дженис не была уверена, что же произошло, когда ее глаза впервые встретились с глазами Майкла Мартина…

Правда, он был невероятно хорош собой. Темные волосы, хоть и коротко подстриженные, все равно умудрялись виться вокруг его головы, придавая ему сходство со статуей древнегреческого воина. Его тело было упругим, мускулистым. Глаза — голубыми, как весенние цветки, но в них горел горячий бесстрашный огонь.

Короче говоря, сердце Дженис словно остановилось на некоторое время, и она даже подумала: оно больше никогда не забьется.

Один только взгляд — и она поняла: он тот самый…

Чувствовал ли Майкл то же самое? Возможно. Возможно, не так сильно. У нее же не было выбора. Ей казалось, без его дыхания она не могла выжить.

И сейчас происходило то же самое. Она все сделает, чтобы их отношения вернулись к тому, что у них было…

— Пойду принесу еще воды, — сказала она, резко заморгав. Она взяла фарфоровый кувшин и направилась в сторону двери. — А еще проверю, приготовил ли Гризвольд твой завтрак. Я скоро вернусь.

— Дженис, погоди! — остановил ее Майкл. — Можешь сделать одолжение?

Она медленно развернулась, не поворачивая головы:

— Конечно.

— Мне кое-что нужно сделать. Возьми, пожалуйста, из письменного стола в кабинете несколько листов писчей бумаги и ручку. Я хотел бы послать весточку своим родителям. Я знаю, их сильно взволнует эта ситуацией с королевской кровью. Мне хочется напомнить им, как я люблю их.

В кабинете никого не было. Дженис подошла к столу и стала открывать один ящик за другим в поисках бумаги, которую просил Майкл. Она вытащила целую пачку, извлекла пару листов. И тут ее внимание привлекла официального вида бумага на самом дне ящика.

Это было свидетельство о смерти. Дженис немного насторожилась, а прочитав имя, дату и место смерти человека, поняла: должно быть, это отчим Майкла.

Она нагнулась, чтобы достать бумагу из ящика и тут же заметила еще одно свидетельство о смерти, на этот раз — его матери. Итак, родители Майкла погибли одновременно — в автомобильной катастрофе. Тут она услышала чьи-то шаги по коридору.

Дженис быстро положила обратно оба документа, сверху — пачку бумаги и закрыла ящик. В следующую секунду в кабинет вошел Кайлос. Повернувшись, она уставилась на него. Их родители погибли, а он не сообщил это Майклу? Ну, по крайней мере, выглядело все так. Какие же у него на это причины? Стоит ли спросить его об этом прямо?

А Кайлоса интересовало совсем другое.

— Так, давай рассказывай, — сказал он, становясь перед ней в стойку боксера. — Говори все начистоту, а то вылетишь отсюда тут же!

Дженис прищурилась. Зачем ему нужно было все это знать? И что он собирался делать с этой информацией? Бесспорно, ей стоит следить за тем, что она ему расскажет.

— Мы познакомились где-то полгода назад. Оба служили в армии во время войны, работали в паре на нескольких заданиях.

— Война закончилась, — язвительно заметил он, будто это меняло дело.

— Война не закончена. Конечно, между Гранвилли и королевской семьей сейчас есть подобие перемирия. Гранвилли считают, что управляют небольшой гористой местностью на острове. Но там все разваливается, а сторонники короля пока только выжидают. Вскоре они одержат победу.

— Вот как? — усмехнулся Кайлос. — Так ты сражалась на стороне этих убийц-предателей?

Она вздрогнула. На чьей же стороне она была, когда секретная полиция Гранвилли посадила ее в тюрьму?

— Разве это имеет сейчас значение? — мягко спросила она.

— Это имеет серьезное значение для верноподданных, — произнес Кайлос таким тоном, что она поняла: на самом деле ему плевать! — Но это означает, что Майкл тоже был там, поддерживал не ту сторону. Это так? — Он уставился на нее. Какой-то нетерпеливый огонек заиграл в его глазах. — Мой брат был… предателем?

Дженис отрицательно покачала головой, но прежде, чем ей удалось что-либо ответить, Кайлос продолжил развивать мысль:

— Вот почему мне так тяжело добыть хоть какую-то информацию о военной службе Майкла. Во дворце мне сказали собрать все его бумаги, что было очень нелегко. Но, похоже, я не там запрашивал информацию. Значит, вот почему никто не мог найти его последние два года! Майкл был на стороне врагов. Кто бы мог подумать?

Она вздохнула:

— Все намного сложнее, и тебе придется спросить объяснений у Майкла. Я не могу этого сделать.