Рыжая проблема альфы - Алиса Линд

— Когда сказал? — повышаю голос от вспыхнувшего возмущения и сразу жалею об этом. Голова взрывается очередной вспышкой боли. — Последний раз, звоня мне, ты как резаный верещал в трубку, что попал, и мне нужно выкупить тебя у волков Грома, иначе тебе крышка. Не так было?

— Я три дня назад раздобыл телефон и чирканул СМС, чтобы ты не приезжала, — укоряет меня брат. — Итог ты видишь.

Он обводит рукой свое лицо. Ему влетело за эту шалость, а я в тот момент или стонала под альфой Серебристых, или сидела на минус пятом уровне в допросной и пыталась спасти свою задницу.

Собираюсь сказать что-то приободряющее, но ничего на ум не приходит. Нас продать могут кому угодно. Даже Ордену. Белая полукровка в Нью-Йорке спасла от вивисекторов одного из Серебристых, которого Эрик Мансен сдал на опыты в Институт генетики. Мы с Тони находимся в той точке своей истории, из которой нет положительного исхода.

Внезапно машина заваливается чуть набок, будто в нее кто-то забрался, и вздрагивает. Двигатель начинает работать. Перегородка в водительской стене отодвигается, и в окошке появляется тошнотворно противная морда одного из волков Грома. Такая же лысая и татуированная, как у тех двоих.

— Ну что, рыжие высерки, поехали! — морда мерзко склабится. — Уже интересно узнать, кто станет вашим хозяином?

На этом перегородка захлопывается, а машина трогается. Ни разу не интересно! Ублюдок. Но выбора нет, мы с Тони это неминуемо узнаем.

18. (Шейд)

Сделка между волками Снега и Бурыми происходит в одном из самых фешенебельных отелей соседнего с Хьюстоном Остина штат Техас — в отеле Канопи. Для делегаций всех трех сторон перекрыто два верхних этажа, включая пентхаус.

В первый день, который я пропустил, стороны должны «познакомиться». Это дань традициям. Все давно обговорено, но в этот день стороны общаются и обсуждают бизнесы друг друга.

Я прибываю в отель «Канопи» утром второго дня, аккурат к завтраку, за которым уже собрались делегации волков Снега с их альфой Винсентом Ваном и Бурых, возглавляемых Стэном Вартом. Я усаживаюсь за стол и извиняюсь за пропуск первого дня, намекая Бурому, что решал его проблему. Снежные — беспородный клан, так что даже если Винс будет недоволен, никого это не волнует. А вот Бурые — сила, с которой следует считаться.

Весь день мы обсуждаем контракт. Стандартные трехсторонние переговоры, в которых участвуют главы кланов с помощниками и их юристы. Вносятся корректировки, уточняются фразы и понятия, к вечеру контракт наконец отшлифован до кристальной чистоты, и за ужином мы его подписываем.

После подписания обычно начинается пирушка-празднование сделки. Винсент не в курсе того, что произошло со Стэном, и его не стоит посвящать. Кража личной информации бросит на Бурого тень. Так что пока в пентхаусе гремят огромные колонки, изрыгая диджейские творения, и снуют разодетые шлюхи, мы со Стеном уединяемся на балконе.

— У меня то, что принадлежит тебе, — пожимаю ему руку, передавая карту памяти. — Но ты и так знал, что я ее везу. Трекер установил?

Стэн кивает, а потом прищуривается.

— Отдай мне воровку? — склоняет голову набок. — Поверь, она умрет максимально медленно, заплатит кровью заодно и за твой внедорожник. Могу тебе видео казни прислать, если хочешь.

— Она мне самому нужна и не только из-за внедорожника, — сам слышу, что голос становится тверже. — Если ты не получил сатисфакции, давай договоримся, но эта волчица моя.

Стэн не очень доволен таким предложением, но не пойдет против меня. А если пойдет, я прикончу его на дуэли, он это знает.

— Ты лучше скажи, зачем волкам Солнца твои личные передвижения? — втыкаю в него цепкий взгляд, считывая малейшие нюансы мимики.

И вижу, что он знает, но не скажет. Морщит лицо так, будто это пустяк какой.

— Да черт их знает, — машет рукой. — Девку точно не отдашь?

— Я же сказал, самому нужна, — рычу. — И ты не посмеешь ее тронуть, даже если она окажется на свободе, ясно тебе?

Стэн совсем округляет глаза и с видом «ты совсем рехнулся» всплескивает руками. Роняет запястья на стеклянные перила.

— Ты правда ее отпустить собрался? — в голосе слышу досаду, смешанную с яростью.

— Мне может понадобиться, чтобы она погуляла на свободе и привела меня к рыбе покрупнее, — скриплю с расстановкой. — И ни ты, ни твои люди не посмеют на нее покуситься. Мы договорились?

Стэн нехотя рапортует согласие. Смотри у меня, бурый пес, я тебя загрызу, если заподозрю, что ты собрался с ней поквитаться вместо меня.

* * *

На третий день утрясаются технические детали вступления контракта в силу, и после очередной вечеринки мы наконец разъезжаемся. Уже по дороге домой фантазирую о том, что сделаю с омегой этой ночью и вообще как буду выстраивать наше дальнейшее общение, когда мне звонят из Слитка. Вэл Мантл, шеф моей службы безопасности, едва не с заиканиями говорит в трубку, что рыжая сбежала.

Сложно представить себе мое негодование. Если сейчас дать волю эмоциям, я кого-нибудь убью. Со мной несколько юристов, Трой и три водителя. Все они нужны мне живыми, поэтому вешаю трубку и несколько минут сижу молча. Трой по запаху понял, что лезть не стоит, поэтому молчит.

Отойдя от все сшибающей на своем пути лавины ярости, перезваниваю Вэлу и уже обстоятельно спрашиваю, какие действия он предпринял, чтобы найти того, кто ей помог. Он отвечает, что поднял записи с камер, логи системы доступов и пропусков, но сервера, куда это должно быть записано, не работали в момент ее побега. Ей помог кто-то изнутри, а это прямое предательство. Кому и зачем потребовалось рисковать собственной шкурой? Понятно, что своих я не убиваю, но за такое изгоню из клана без права на возврат. Впрочем, сейчас не время искать виновного — время искать девчонку. Только вот где?

Возвращаюсь в Слиток, первым делом зову на ковер Вэла и самолично просматриваю данные с камер. Ее выпустили из камеры сразу после отбоя, то есть, в начале одиннадцатого вечера. Сейчас часы показывают начало второго ночи. За три часа она до Китайской стены добежит. И Хьюстоне у нее наверняка есть убежища. Так что на след уже не напасть. Даже в логове запах выветрился.

Надо выспаться до завтра. Драка прошла, нечего кулаками махать. Завтра буду действовать.

Ложусь спать почти в бешенстве. Вот же срань! Мне хочется голыми руками растерзать того, кто ее выпустил. Стэн не просто так не сказал, чего в его передвижениях такого особенного. И у