В одной постели - Айрин Лакс

Захотелось закрыться на замок, отойти как можно дальше.

И тогда…

Он бы непременно продолжил наступление.

О нет, он не из тех, кто довольствуется лишь осознанием собственного превосходства. Ему нужна полная победа — сокрушительный разгром!

Поэтому я, содрогаясь внутри от эмоций, все же попыталась ввязаться в игру и ответить ему так же.

По крайней мере, мне очень хотелось верить, что мой ответ был хотя бы вполовину так же хорош, как провокация Кароля.

— Хорошо, если так, Эмиль Рустемович. Иначе мне бы тоже пришлось кое-что сделать…

Он немного дернул вверх подбородком, темные глаза окатили горячей волной интереса и одобрения, мол, вперед, продолжай.

— Поскольку трусики так и остались у меня в руках… Может быть, вы не особо хорошо справляетесь с задачей “одеть девушку”. Раздеть ее гораздо легче. Я бы с легкостью продемонстрировала вам, как это делается.

Я нагнулась и расправила трусики, по очереди встала туда ножками и начала натягивать их, еще вильнула бедрами и попой.

— Я бы попросила оценить, так ли они хорошо смотрятся, как хотелось бы. Встала бы, опершись на комод и сделала вот так…

Я задрала халат повыше, изогнулась, подвигала попой.

Поза более чем откровенная и доступная.

Сзади пронесся мужской выдох.

— Кажется, неплохо? — погладила себя по заднице. — Или нет? Что вообще мужчины понимают в женском белье? Выбрали самые вычурные. Я бы выбрала трусики поменьше.

— Поменьше? — живо поинтересовался Кароль. — Насколько меньше?

— Процентов на шестьдесят, — добавила небрежно и отошла в сторону.

Я сделала шаг в направлении шкафа, там не было зеркал, и Эмиль ничего бы не смог увидеть в отражении.

Поэтому развязала полы халата и позволила ему упасть на пол.

Эмилю была видна моя голая спина, ноги и попа в трусиках.

Только бы не струсить в самый последний момент. Только бы не струсить!

— Но женское настроение такое переменчивое. Нет, я все-таки решила бы оставить эти трусики, а бюст так неудобно застегивать самой. Я бы предложила сделать это вам… — забросила лямки на плечи.

Позади раздался шорох мужских шагов.

— И пока вы фантазировали бы о том, чтобы под предлогом, хорошо ли грудь легла в чашечку, нагло потискать пальцами те самые карамельные сосочки, я бы надела платье, которое не подразумевает под собой бюст.

Я быстро натянула на себя именно такое платье. С левой сторон талию кольнуло биркой. Плевать, потом срежу!

Потом я повернулась. Эмиль часто дышал и смотрел на меня… жутко пламенным взглядом.

— Еще я бы порекомендовала вам сегодня надеть брюки посвободнее, эти вам в ширинке явно малы. Но вы же просто пришли спросить, что я хочу на ужин.

— Да… — прохрипел Кароль.

— На ужин я хотела бы утиную грудку средней прожарки в винном соусе, с картофельным гратеном, — просмаковала.

— Я сейчас закажу, — прочистил горло. — Не подскажешь, из какого ресторана лучше сделать заказ?

— А вам зачем? — округлила я глаза. — Речь идет о моем ужине, Эмиль Рустемович.

— Но я сказал тебе…

— Вы сказали, повторяю дословно. “Красивые трусики. Надень их на ужин…” Я надела, — вильнула бедрами. — Где там было сказано, что я должна ужинать в вашей компании?

Эмиль бешено сверкнул темными глазами. Ему кто-то позвонил. Он ответил, не отрывая от меня пламенного взора.

— Отлично, — кивнул он. — Спасибо, что сообщили. Что ж, Аделина. Рекомендую подружиться с хозяином этого дома, — показал на себя пальцем. — Располагайся, мы теперь соседи надолго…

— Что случилось? - под сердцем похолодело.

Глава 14

Ада

— Ребята кое-что обнаружили в лофте, заподозрили скрытые камеры и решили добраться до них. Кабели были скрыты в стене. В стенах… Рабочие все проверили. Капитально.

— О нет…

— О да. Лофт разбомблен. В хла-ми-ну!

— А что с камерами?

— Да, там раньше были установлены камеры. Прежний владелец от них избавился, но подводка и раскинутая электросеть осталась, а я… забыл об этом сообщить парням.

— Забыл.

— Вылетело из головы.

Забыл? Он никогда ничего не забывает, но часто валяет дурака, обманывая людей своей якобы ветреностью и забывчивостью.

— Случайно? — спросила я, закипая от гнева.

— Именно так. Может быть, это даже к лучшему. Давно было пора обновить интерьер. Капитальный ремонт — то, что нужно!

Вот… ГАД!

Лишил меня крыши над головой, поселил рядом с собой и издевается!

Хотя если быть честной, Эмиль не сделал ничего дурного. Он затеял капитальный ремонт в своем лофте и не обязан отчитываться… Вот так.

Именно поэтому с ним настолько трудно тягаться — он думает на несколько шагов вперед и почти всегда прав, слишком изворотливый, сложно поймать его на вранье, потому что он умело ставит правду в такие позы, что даже камасутра бы покраснела.

— Я подыщу себе отель.

— Исключено. У меня много работы, ты нужна мне под рукой. Ужинаешь сегодня со мной, это не обсуждается. Иначе обидишь хозяина. Ты хочешь меня обидеть, Золотце, зная, какой я злопамятный?

Ух…

Посмотрел на меня без тени флирта.

Эта сволочь… может. Может затаить зло и отомстить.

— Хорошо, я остаюсь и поужинаю! — процедила сквозь зубы. — Но позвольте выбрать ужин самой.

Если он сейчас начнет спорить…

Но Эмиль умел и обескуражить тем, что мог отступить внезапно и не держаться за свои позиции намертво. Сложно спорить с тем, кто на ходу меняет правила.

— Договорились. Удиви меня. Но ужинаешь в этом! — показал на меня. — Все, что на тебе надето. Ничего лишнего.

— Даже обувь?

— Ну что ты, я позволяю тебе выбрать обувь. К этому роскошному платью хорошо подойдет парочка черных шпилек.

***

Потом был ужин.

И моя новая борьба с неловкостью. Ведь надев платье, которое не требовало лифчика, я была вынуждена сидеть без него.

Эмиль захотел поужинать на террасе, и к тому времени стало прохладнее. А на мне — тонкое платье, с открытой спиной и высоким разрезом