Сопротивляйся, все равно будешь моей - Мила Реброва

– Прости, я не хотел тебя расстраивать, – беру я свои слова назад.

– Но расстроил! Какая разница, где я ночую, когда тебя нет? – хмурится она, действительно не понимая.

Вот как ей объяснить, что, даже не будучи дома, я хочу видеть ее в нем? Знать, что она спит на моей кровати, чтобы по приезде ощутить ее запах, пропитавший подушку?

Глава 6

Алёна

– Ладно, проехали, – устало вздыхает Марат, но я вижу, что он продолжает дуться.

Хотя само слово «дуться» довольно странное, когда применяешь его к этому мужчине. Разве может Айдамиров в принципе дуться?

– Расскажи мне что-нибудь, – пытаюсь я отвлечь его.

– Что?

– Как прошел твой день? Как свадьба? Ты не скинул мне ни одной фотографии, – журю я его.

– Хорошо прошел. И свадьба ничего. Невеста мне, правда, не понравилась, Мага мог бы выбрать и посимпатичнее, – фыркает он пренебрежительно.

– Марат! – возмущаюсь я подобной бестактностью и критикой.

Вот что за мужчина, а?

– Что? – как ни в чем не бывало спрашивает он с ухмылкой.

– Ты просто невозможен!

– Просто честен, Алёнушка, вот и все. Ну да ладно, не мне же с ней жить…

***

– И что, вы не говорите о браке? – спрашивает в очередной раз Зара.

– Нет, зачем? – пожимаю я плечами, искренне не понимая, для чего она вновь заводит этот разговор. – Нам и так хорошо. Даже отлично. Я никогда не была так счастлива. Особенно сейчас, когда мне удалось наконец закончить всю эту канитель с разводом и стать свободной.

– Свободной для чего? Для одиночества? – язвит подруга.

– Ну хвати-и-ит, – умоляю я ее, не в силах больше с ней спорить на тему необходимости брака.

– Вот чувствую, что придешь ты скоро плакаться с разбитым сердцем! И что тогда, Алён? Как мне тогда тебя успокаивать? – искренне переживая, спрашивает она. – А никак! Разбитое сердце словами не склеишь!

– Ну и пусть! – не сдаюсь я. – Главное, что я сейчас счастлива, а о том, что будет потом, я думать не желаю!

И это было правдой. Ну что мне принесли здравомыслие и осторожность в прошлом? Я пять лет потеряла в браке, считая, что лучшего у меня всё равно не будет! И сколько бы это продолжалось, если бы не измена Сергея? Я бы так и не очнулась, продолжая плыть по течению.

А Марат…

Он же буквально вдохнул в меня жизнь! Превратил мои серые будни в праздник! И если когда-нибудь он и разобьет мне сердце, я не буду ни о чем жалеть.

***

– Марат! – хихикаю я, когда мужчина забирается под мое легкое покрывало.

Мы смотрим фильм в его шикарной квартире, решив, что в это воскресенье будем просто валяться на диване, отложив все дела.

– Что? – ухмыляется он, сверкая своими бесстыжими глазами.

– Мы же фильм смотрели! – пытаюсь отбиться, хоть и без особого желания. Скорее, хочу поддразнить.

– Поставим на паузу, – откидывает он одеяло и, приподняв мою-свою футболку, целует мои оголившиеся бедра, чередуя нежность с легкими показываниями. – Сама виновата…

– И в чем же? – хихикаю я, зарываясь пальцами в густой шелк волос на его голове и изгибаясь от чувственной ласки.

– В том, что такая соблазнительная, – заявляет мой мужчина, одним рывком снимая с меня футболку. Трусиков, как и лифчика, на мне не было.

Они вообще были под запретом, когда мы были дома.

– Непричесанная и в твоей футболке? – неверяще фыркаю я.

– Именно такая, – серьезно заявляет он, накрывая рукой мой лобок и лаская уже набухшие от проснувшегося желания губки.

Господи, как я только жила без этого?! Как могла думать, что секс – это наказание?

Секс с Маратом был лучшим, что я испытала в своей жизни!

– Устроим сегодня трахательное воскресенье, – заявляет наглец, кусая меня за сосок, а потом громко засасывая его в рот.

И так несколько раз, пока грудь не краснеет, а сосок не превращается в острый пик.

– Обожаю твою грудку, – стонет он, переходя ко второму соску.

Я же лишь стону и изгибаюсь, наслаждаясь тем, как искусно его пальцы играют у меня между ног.

Он вводит сначала один и, убедившись, что я готова, присоединяет второй, ловя мой очередной стон своими губами.

Мы целуемся как дикие, кусая губы друг друга и не чувствуя боли. Все происходит куда грубее, чем обычно, но я не жалуюсь. И даже когда он одним жестким движением переворачивает меня, ставя в коленно-локтевую позу, не издаю ни звука в знак протеста.

– Какая же ты аппетитная, Алёнушка… – стонет мой мужчина, шлепая меня по половинкам попки и шире разводя мне ноги.

Я лишь подчиняюсь, с нетерпением ожидая, когда его член войдет в меня и начнет свое волшебное трение, в котором я сейчас так нуждаюсь…

Марат

Бля-а-а…

Ну вот зачем бог создал ее такой? Просто наказание какое-то! Мой личный ад на земле…

Смотрю на изогнутую спинку, округлые ягодицы и понимаю, что никогда не захочу другую. Всегда буду хотеть лишь свою Алёнушку, а это плохо…

Но сейчас мне так хорошо, что думать о таких вещах просто нет сил. Да и желания тоже.

Так что я просто беру свою женщину сзади, в очередной раз ставя на ней свое клеймо собственника.

Алёна не очень любит эту позу. Стесняется, хотя стонет гораздо громче, когда я трахаю ее сзади. И кончает быстрее, как, впрочем, и я.

Крепко держу ее за бедра и делаю толчок за толчком, вторя каждому ее стону, не в силах держать эмоции в себе.

Еще бы! Кто сможет сдержаться, когда каждый удар члена вглубь этой сладкой узкой киски приносит такое наслаждение? Я словно в первый раз имею женщину, мать твою! И так каждый раз!

Не помню, чтобы спал с кем-то больше двух месяцев, а тут… Чем чаще у нас секс, тем больше я хочу!

– Боже-е-е… – взвизгивает моя девочка, давая понять,