Магия на каждый день - Арина Холина

— В общих чертах я твою мысль уловила, — кивнула Настя. — То есть ты думаешь, что ты вот такая крутая, разрушишь семейное проклятие и будешь счастливой ведьмой с мужем и детьми?

— Да!

— По-моему, это бред!

— А быть заурядной актрисой, выйти замуж за бизнесмена и сниматься в дурацких сериалах — не бред?

— Откуда ты знаешь, заурядная я актриса или нет? — обиделась Настя.

— Без нашего Дара мы все заурядные! — выдала Саша. — Амалия права! Разница в том, что я готова стать заурядной, а ты — нет.

— Только что ты собиралась перевернуть весь уклад нашей семьи! — поддела ее Настя.

— Я и правда не верю в проклятия — это раз, а во-вторых, я готова проиграть. Главное, найти богатого мужа, который подарит мне сказочную жизнь. Вот и вся магия.

— Как Евгений Дмитриевич? — усмехнулась Настя.

— Как Павел Буре! — хихикнула Саша. — Молодой человек! Еще текилы!

— А, по-моему, ты все-таки боишься потерять силу, — заявила Настя. — А значит, веришь в проклятие. Так что, дорогая, когда я буду играть Морковку или Снегурочку, приходи посмотреть вместе с мужем… если, конечно, сумеешь оттащить его от гаража.

* * *

Амалия немного пришла в себя — только ногти до сих пор были острыми и длинными, а глаза — желтыми, а не карими.

— Паршивки… — бормотала она.

— Мама, успокойся, — говорила Глаша, подсовывая Амалии напиток на основе валерьянки.

— Убери эту мерзость! — вознегодовала Амалия. — Аня, принеси бренди! И три бокала!

Анна пулей сгоняла за вишневым бренди, разлила его по стаканам с толстым днищем и раздала родственницам.

— Какие глупые девки! — возмущалась Амалия, прихлебывая напиток. — Это надо же!

— Ну, может, все еще образуется… — попыталась утешить ее Анна.

— Конечно! Все должно — просто обязательно! — образоваться. Ты разве не понимаешь, что мы можем лишиться последних представительниц из рода Лемм? Ведь, если они лет через десять приползут к нам зализывать нанесенные жизнью раны, они к тому времени потеряют веру в себя. А без веры какое колдовство — все коту под хвост! Лучшее, на что они смогут рассчитывать, — снимать сглаз и возвращать неверных мужей. О-о-о! Все насмарку! Я знала, знала, что скоро проклятие обернется против нас… И вот, полюбуйтесь!

— Мама, ну они ведь все равно твои внучки и наши дочки, — урезонивала ее Глаша. — Зря ты их выгнала.

— Я передумаю, — кивнула Амалия. — Но не сейчас. Да они пока и сами не захотят вернуться. Поверь, дорогая, надо немного подождать. Так будет лучше.

Анна с Аглаей переглянулись — в их взглядах было неодобрение, желание пообщаться наедине и намек на то, что Амалия перегибает палку.

— Ладно, идите, — велела та. — Мне надо подумать.

Глаша и Анна вышли в сад и сели в шезлонги, благо вечер был теплый.

— Думаю, мы должны им помешать, — без предисловий начала Анна.

— Здравая мысль, — согласилась Аглая. — Хотя есть в ней какая-то каверза, не пойму какая…

— Только Амалии не надо ничего говорить, — предупредила Анна.

— Говорить, понятное дело, мы ничего не будем, — кивнула Аглая. — Только она все равно пронюхает.

— Ты уверена? — заволновалась Анна.

— Совершенно уверена, — подтвердила Глаша. — Но не бойся — вмешиваться Амалия не будет.

— Слушай… — Анна запнулась и робко посмотрела на Глашу. — А ты хочешь, чтобы твоя дочь стала ведьмой?

— Я понимаю, о чем ты, — усмехнулась Глаша. — Ты всегда была немного иной, чем все мы. Как и твоя мать. Хочу ли я, чтобы Саша стала ведьмой? Очень. Но я понимаю, что не каждая может с этим справиться. Работать как лошадь, не иметь крепкого мужского плеча, на которое можно опереться, управлять людьми… Все это нелегко, но мне это действительно нравится. Я счастлива.

— Неужели ты никогда не хотела влюбиться? — тихо поинтересовалась Анна.

— А я влюблялась! — рассмеялась Аглая. — Еще как! Только вот ни одного мужчину не хотела назвать единственным. Не из-за проклятия — просто мне никогда не хотелось разделить свою жизнь с кем-то еще. Люди боятся жизни, а ведьмы — нет, в этом и разница. Люди даже смерти боятся, хотя живут много лет, а умирают за мгновение. Нет, мне нравится быть ведьмой!

— А я сомневаюсь, — покачала головой Анна.

— Сомнения — бич человечества, — мрачно произнесла Аглая. — И только мы помогаем людям с ними справляться.

— И бог, — добавила Анна.

— Он далеко, а мы — рядом. И в этом его преимущество, — улыбнулась Аглая.

— Не поняла, — нахмурилась Анна. — Почему преимущество?

— Вырастешь — поймешь, — съязвила сестра. — Ладно, идем спать.

— Почему преимущество? — повторила Анна, когда они поднялись на второй этаж.

— Потому что издали лучше видно перспективу, — сообщила Аглая и хлопнула дверью.

* * *

— Как ты думаешь, что там наши делают? — поинтересовалась Саша, сидя на балконе, который выходил на Тверскую.

— Что, уже соскучилась? — усмехнулась Настя из комнаты.

— Они от нас отстанут? — спросила Саша.

— Черт их знает… Амалия вроде серьезно рассердилась. Вычеркнет нас из завещания, наверное!

— А наши с тобой мамы?

— Я не читаю мысли на расстоянии. Вообще-то, это у тебя мать ясновидящая, тебе лучше знать.

— Думаю, мамаши нас в покое не оставят. — С дымящейся сигаретой в руке Саша вернулась в комнату.

— Мне наплевать! — отрезала Настя. — Я люблю свою маму, но решения не изменю.

— Ты забываешь, что они ведьмы, — напомнила Саша.

— Мы тоже! — буркнула Настя и погрузилась в журнал мод, из которого выписывала адреса магазинов.