Искуситель - Джек Тодд

Где угодно лучше, чем в Аду.

Смертные, в отличие от демонов, еще не разучились веселиться. Сколько они сейчас живут? Лет сто, если повезет? А жизни в них на всю тысячу – только дай волю, и смертный за один год успеет столько, сколько демон поленится сделать за десяток лет. И каждый раз, вырываясь на свободу из преисподней, я чувствую себя таким же жадным до праздной жизни. Хочется попробовать все и сразу, сунуться в каждый злачный уголок города, где мне посчастливилось оказаться, поиграть с кем-нибудь, может быть, перехватить пару душ. Сладких, как мед, или отвратительно-горьких. Любых.

Я согласен на все, лишь бы не видеть кислых рож братьев и сестер. С каждой декадой их призывают все реже, и они пожирают сами себя. Силы затухают, остатки рассудка меркнут, и демоны стремятся поскорее расстаться с унылой жизнью. От большинства давно остались лишь блеклые тени. Я же своего рода счастливчик, и бываю на Земле чаще сородичей. Похоть уже много лет занимает особое место в сердцах людей, и кто бы ни решил меня призвать, я найду ключ к его сокровенным желаниям. Почувствую их, как хищник добычу, и, если понадобится, отброшу в сторону любого, кто встанет у меня на пути.

Сильвия грохочет чем-то в ванной комнате, слышится приглушенный шум воды. Она торчит там уже второй час. На моих губах играет довольная ухмылка. Девчонка вызвала меня, сама не осознавая, о чем хочет попросить. Я помню ее расширившиеся от страха, а затем – от недоверия, неприязни глаза. Ее так и манит перспектива исполнить любое желание, но до чего же ей на самом деле страшно. Чего стоил только фокус с распятием и святой водой. Я до сих пор смеюсь, глядя на криво начертанную руну в коридоре. Смертные и впрямь готовы поверить в любую ерунду, лишь бы спастись.

Спастись Сильвия уже не сможет.

– Насколько вас таких много? – громко произносит она, едва появившись в дверях.

С обернутым вокруг головы полотенцем, в просторном махровом халате и босиком. Не иначе как обдумывала этот вопрос все два часа, что провела в ванной. Я криво усмехаюсь, лениво склонив голову.

– В смысле я никогда не слышала ни о какой магии, пока ты не свалился мне на голову. Я и поверить-то до сих пор не могу, что меня не упекли в психушку после той вечеринки.

Все в ней выдает напряжение: подрагивающие плечи, плотно сомкнутые губы, блуждающий взгляд. Сильвия смотрит куда угодно, только не на меня, словно я могу спалить ее дотла одним мимолетным взглядом.

Могу, конечно. Но только если очень захочу.

– Нет никакой магии, детка, – я прикрываю глаза и откидываю назад упавшие на лицо длинные волосы. – И демонов в Аду я могу пересчитать по пальцам. А то, что вы с подружкой сотворили, – всего лишь ритуал призыва. И каждый раз, когда кто-нибудь из вас думает, будто обладает какими-то чудесными способностями, он всего лишь одалживает чужую силу. Если ты вообразила, что вокруг тебя был сокрыт целый мир магии и волшебства, то прости, что разочаровал. Реальный мир сильно отличается от фантазий.

Уточнять, что именно от таких фокусов смертных и зависят демоны, я не стал. Некоторых вещей Сильвии знать не нужно. Наивная и не понимающая ровным счетом ничего о силе, с которой связалась, она – идеальный кандидат. Просто прекрасный. И я уверен, что у меня получится добиться от ее сверкающей души чего-то по-настоящему особенного.

В конце концов, ее сокровенное желание я уже выяснил.

Другие исполнять не обязан, но и об этом Сильвии лучше не знать. У нас впереди месяцы, быть может, годы – и за это время я намерен как следует развлечься. Почувствовать себя живым, а не старым пыльным куском дерьма. И раз уж деваться нам друг от друга некуда, малышке придется вести себя как подобает.

До чего же сладкими на вкус окажутся ее эмоции. О сладости души думать еще рано.

– Ангелы тоже существуют? – вдруг спрашивает Сильвия.

Замирает и смотрит с такой надеждой, будто ждет, что сейчас с небес спустится ангел-хранитель и избавит ее от контракта с демоном.

Обязательно, Сильвия, подожди, только пригладит сверкающую мантию и поправит нимб.

– Уже нет.

Улыбнувшись, я поднимаюсь с дивана. Потягиваюсь и разминаю затекшие плечи, бросаю взгляд на стакан воды на кофейном столике и опрокидываю его залпом. Совсем не то, что разбавлять пребывание на земле крепким алкоголем, но тоже ничего. Всяко лучше газировки, которую литрами пьет Сильвия.

– Но если ты надумала мучить меня вопросами, то оставь их до следующего раза. Я исполняю желания, детка, а не читаю лекции по истории.

– Тогда я хочу, чтобы ты помог мне привлечь внимание Дерека.

На светлую гостиную опускается тишина. За окном разрывается чья-то сигнализация и гудят машины, с кухни доносится мерный рокот холодильника, едва слышно поскрипывает кондиционер над просторным белым диваном. И в этой тишине мой веселый, не в меру громкий смех кажется оглушительным.

У Сильвии было несколько дней, чтобы свыкнуться с простой мыслью: у нее в руках инструмент настолько мощный, что любой смертный на ее месте выпрыгнул бы из штанов от радости. Может быть, свыкнуться у нее и получилось, только желания не изменились. Удивительно, какими глупыми и наивными могут быть девушки, всей душой жаждущие лишь одного. К сожалению, вовсе не какого-то там Дерека.

Успокаиваюсь я так же резко, как и разразился смехом.

– Нет, – улыбаюсь я.

– Но это мое желание! Разве ты не явился сюда только ради этого? Я не обязана терпеть тебя, если ты меня не слушаешься! – срывается Сильвия. Вывести ее из себя проще, чем щелкнуть пальцами и прикурить сигарету.

Пока я затягиваюсь, с удовольствием выпуская изо рта густое облако дыма, Сильвия кое-как берет себя в руки и говорит уже намного тише:

– Нечего курить у меня в квартире, понял?

– Попробуй меня остановить.

Несколько неуверенных шагов в мою сторону, один шаг назад. Сведенные к переносице брови и недовольно поджатые губы. Сильвии не к лицу злость, но она снова и снова наступает на те же грабли.

И хочется и колется, да, детка?

– Какого черта?! – Сильвия отскакивает в сторону как ошпаренная, едва приблизившись ко мне на расстояние вытянутой руки. – Ты же даже рта не открывал!

– Ты не представляешь, сколько у меня на самом деле талантов.

Стой она чуть поближе, я с удовольствием выпустил бы дым ей в лицо.