Соль и волшебный кристалл - Эбби-Линн Норр

Я побежала вниз, прыгая через широкие ступени, но по пути все-таки остановилась погладить блестящую голову скульптуры русалки на лестничной площадке. Если бы меня кто-то в этот момент увидел, то мог бы решить, что я бодра и весела, но на самом деле я беззвучно молилась о том, чтобы маме стало лучше к тому моменту, как я разберусь с музеем.

Свернув за угол и спустившись еще на пролет, я увидела Авраама Трусило, музейного куратора, и Антони. Они стояли в вестибюле и разговаривали.

Авраам сложил руки за спиной, круглые очки его были спущены на кончик носа. Он кивал, чуть привстав на цыпочки, и внимательно слушал Антони.

Как только я вошла в вестибюль, оба мужчины повернулись ко мне.

– Доброе утро, Авраам, – сказала я, потом улыбнулась Антони и потянулась было поцеловать его в щеку, но остановилась, заметив тревогу на его красивом лице и то, как он едва заметно покачал головой.

– Доброе утро, мисс Новак, – отозвался Авраам. – Удивительно, как вы с матерью похожи. Если б не разница в росте, я бы вас путал, – добавил он с усмешкой. – А она к нам спустится? Я надеялся…

– К сожалению, она плохо себя чувствует, – ответила я. – Сегодня не выйдет.

Авраам нахмурился и осторожно подвинул очки обратно на переносицу.

– Мне очень жаль.

– И мне. Может, послать ей что-нибудь в комнату? – сказал Антони и посмотрел на меня. – Она в чем-нибудь нуждается?

– Я уже позаботилась о ней, но спасибо. – Я взяла Авраама под локоть. – Пойдемте, покажу вам артефакты. Их тщательно упаковали, так что они готовы к погрузке.

– Ладно. – Он смущенно улыбнулся, не переставая при этом хмурить лоб. – Эм-м, тогда поблагодарите за меня вашу маму. Мои ребята ждут в фургоне, я схожу за ними.

– Антони объяснит, как подъехать к заднему ходу, мы с ними там и встретимся. – Я направилась в дальний угол вестибюля, к маленькой узорчатой двери, за которой начинался узкий коридор, ведший к служебной лестнице.

Краем глаза я заметила в окно передней двери знакомую копну светлых волос и еще более знакомое пятно синей куртки. Даже через стекло я ни с чем бы не спутала этот оттенок синевы, но никак не могла поверить своим глазам.

– Минуточку, – негромко сказала я Аврааму и Антони, наблюдая за тем, как Адальберт впускает в дом основателя фирмы по подъему затонувших судов «Синие жилеты». Саймон Николс вошел и стянул с головы синюю бейсболку, а я так и стояла, изумленно уставившись на него. Саймон пробормотал «спасибо» человеку, который его впустил, и явно собрался что-то спросить, как вдруг заметил меня. Он сразу заулыбался, но в то же время вид у него стал слегка виноватый.

– Саймон!

– Саймон, – сказал Антони вполголоса, так что его слышали только мы с Авраамом, – это ведь прежний начальник Майры.

Авраам с любопытством уставился на Саймона.

– Как интересно.

Саймон держал кепку перед собой и сжимал ее так, что козырек почти пополам согнулся. Он явно нервничал. Затем он опустил голову и направился ко мне – так ведет себя щенок, который знает, что набезобразничал.

– Привет, Тарга. Как дела? Как переезд? Извини, я тут немного неожиданно…

– Это называется немного? Откуда вы взялись? – Я почувствовала в своем голосе типичный для сирены напор и улыбнулась, чтобы смягчить его. – Извините, я просто очень удивилась, когда вас увидела. Как вы оказались в Гданьске, да еще и возле нашего дома?

– Здравствуйте, господин Баранек, давно не виделись. – Саймон протянул Антони руку.

Антони ответил ему крепким рукопожатием.

– Рад вас видеть.

Я познакомила Саймона и Авраама – они слышали друг о друге в связи с подъемом «Сибеллен», но никогда не встречались.

Саймон повернулся ко мне.

– Я здесь на отраслевой конференции. – Он явно нервничал и хмурил густые светлые брови. – Я пытался договориться с твоей матерью о встрече, но ее канадский номер больше не работает, а на имейлы она почему-то не отвечает. Как у нее дела?

– Вообще-то она себя плохо чувствует, – ответил за меня Антони.

– Да, Саймон, извините, сейчас мама гостей не принимает, – подтвердила я.

Саймон встревожился.

– Не хочу лезть не в свое дело, но я надеюсь, с ней ничего серьезного?

Да куда уж серьезнее для сирены, подумала я, но вслух сказала:

– Нет-нет, все будет хорошо. Ей что-нибудь передать?

– Э-э… – Мое предложение явно сбило Саймона с толку.

И тут, наконец сообразив, ради чего затеян этот визит, я поглядела на него, подозрительно прищурившись. Саймон под моим взглядом сник, словно ромашка морозным утром.

Антони с любопытством переводил взгляд с меня на гостя. Видимо, чувствовал, что пропустил какой-то безмолвный диалог, который между нами произошел, и пытался уловить, в чем дело.

Снаружи послышался гудок: подъехал синий фургон с эмблемой музея. Водитель выглянул из окна.

– Пойду объясню им, как проехать. – Антони пошел показать сотрудникам музея, как подъехать к усадьбе через задний двор.

– Мы тут немного заняты, – сказала я Саймону, не особенно пытаясь скрыть холодок в голосе. – Музей приехал за артефактами для выставки в следующем году. Мы будем этим заниматься почти весь день.

– Может, вам помочь? – Саймон повернулся к Аврааму и явно взбодрился. – Я ведь уже знаю эти артефакты, знаю, как с ними работать. Это я их поднимал. – Он это сказал так, будто боялся, что история забудет о его роли.

– Да, и вы провели потрясающую работу. Этот проект еще долго будут вспоминать как один из лучших в истории подъема грузов с затонувших судов. У вас, должно быть, есть какой-то талисман, который приносит вам удачу.

Авраам пригласил Саймона составить нам компанию, и не успела я возразить, как мы уже втроем отправились по узким коридорам в дальний конец особняка. Саймон и Авраам оживленно беседовали об уникальных находках в Балтике, а я бросала мрачные взгляды в спину Саймону. Поверить не могла, что мамин прежний работодатель вот так сюда явился – неожиданно, без приглашения и, по-моему, совершенно некстати, если он и правда собирался попробовать зазвать маму обратно. Все равно у него не получится. Если бы я так не разозлилась, я бы его пожалела.

А потом меня посетила мысль, как использовать эту ситуацию в своих интересах.