Лицо любви - Джулия Тиммон

— Нет, давай сначала поговорим.

— Я ведь говорю: смертельно устала. — Кристина, не добавляя больше ни слова, повернулась и пошла в спальню. Оливер последовал за ней.

— Ты что, опять устроилась на посменную работу? Куда? — более мягко, даже заискивающе спросил он.

— Нет, не на посменную. Буду работать по собственному графику, — сказала Кристина, снимая жакет. — Вместе с Норой.

— С Норой Киддер? С которой вы вместе работали в «Оазисе»?

— Да, — утомленно ответила Кристина, уже поворачиваясь в сторону ванной. Оливер удержал ее, взяв за руку и притянув к себе.

— Малышка, — нежно прошептал он. — Умоляю, давай поговорим.

Надо было последовать его примеру — сказать, как прежде он, категоричное «нет», но Кристина так не смогла. Хоть и, взглянув на него, сильнее ощутила то странное чувство.

— Хорошо, давай поговорим.

Она высвободила руку и села на стул. Оливер опустился перед ней на корточки и хотел, как частенько делал раньше, уткнуться лицом в ее колени. Кристина подняла руки и наморщила лоб.

— Только, пожалуйста, без этого.

Он продолжительно и с тоской посмотрел ей в глаза — впервые за долгое-долгое время прямо.

— Тебе неприятно?

— Если честно, да.

Оливер медленно, будто каждое движение причиняло ему боль, поднялся и сел на край кровати.

— А когда-то мои ласки радовали тебя, точно ребенка.

— Это «когда-то» давно осталось в прошлом.

В Кристине что-то изменилось с того дня, когда она уволилась из кафе и повстречала Фредерика. Она стала тверже, решительнее, взрослее. Может, потому что отважилась открыть салон. Или потому что поняла, что слишком много времени и любви потратила на человека, ее не достойного. Или ей помогла дружба с Фредериком?

Фредерик… Вспомнив о нем, она чуть не улыбнулась, но вовремя одернула себя — улыбка была бы сейчас совсем не к месту.

— В прошлом? — убито переспросил Оливер после продолжительного молчания.

Говорит вроде бы искренне, заметила про себя Кристина. Как давно я не видела его таким! Только страдание его какое-то странное. Создается впечатление, что он с чем-то борется внутри себя, что запутался и не знает сам, чего хочет…

— Оливер, давай по существу, — попросила она, вдруг почувствовав, что не желает погрязать в его внутренних конфликтах и помогать ему выбираться из путаницы, в которую он добровольно втянулся. — Тебя интересует, как я решила вопрос с работой?

Оливер вскинул руки.

— Разумеется!

Кристина вздохнула и кратко рассказала ему все, что успела сделать для будущего салона. От изумления Оливер буквально разинул рот.

— Девочка моя! Неужели ты на такое решилась? И все это организовала? Одна, без посторонней помощи?

Кристина усмехнулась.

— Не без помощи. У меня, слава богу, есть друзья.

— Да-да, конечно… — растерянно пролепетал Оливер. — Но почему… я узнаю об этом последним?

Кристина криво улыбнулась.

— И меня интересует этот вопрос. Я попыталась рассказать тебе в тот самый день, когда уволилась от Олсуорси. Но ты не изъявил ни капли желания меня выслушать.

Оливер всем своим видом выразил удивление.

— Кстати, как дела у Донны? — спросила Кристина, вдруг вспомнив про тот поздний звонок.

— У Донны? Откуда мне знать? — Оливер тряхнул головой, но тут вдруг почему-то смутился и развел руками. — То есть… она больше не звонила.

— Ясно.

Глаза у него опять забегали, подумала Кристина, как ни странно, без былого мучения. Врет, как всегда в последнее время. Может, он и поначалу лишь пудрил мне мозги, но я была слишком в него влюблена, чтобы понять это или хотя бы заподозрить неладное.

— Послушай, Оливер, — сама того не ожидая, вдруг произнесла она. — Тебе не кажется, что наши отношения исчерпали себя?

Оливер вздрогнул.

— Что?

Кристина провела рукой по лицу. Она и не думала, что заведет с ним речь о расставании именно сегодня, вообще ничего такого не планировала, но была к этому как будто готова.

— По-моему, ничего хорошего нас впереди не ждет. Мы перестали общаться, не верим друг другу, ничего друг о друге не знаем.

— Как это ничего?! — воскликнул Оливер, вскакивая с кровати и снова опускаясь перед подругой на колени. — Да как ты можешь такое говорить, Малышка? — Он схватил ее руки и принялся покрывать их поцелуями. — Нас ждет впереди много хорошего, и мы еще научимся доверять друг другу, как раньше. Вот увидишь. Ты убедишься.

Кристина смотрела на него, и ей было его жаль. Она чувствовала, что сегодняшним днем история не закончится, но что-то подсказывало ей: ждать осталось недолго. Перед глазами снова возник светлый образ Фредерика, и сердце согрела пьянящая надежда.

— Вовсе не исчерпали себя наши отношения, — бормотал, как в бреду, Оливер. — Все у нас наладится, и жить будет в радость. Ты откроешь салон, я добьюсь-таки признания и известности. Мы станем богатыми и счастливыми, о нас будут говорить, писать в газетах… Только не оставляй меня, слышишь? Обещаешь?

— Оливер, прекрати, прошу тебя, — прошептала Кристина, тщетно пытаясь убрать от него руки. — Я, правда, устала. Хочу спать.

— Не бросай меня, я без тебя сойду с ума. Поклянись, скажи, что о расставании заговорила в шутку…

— Оливер, умоляю!

— Ладно-ладно! — Он покорно отпустил ее руки и чуть отклонился назад. — Больше не буду тебя мучить. Продолжим разговор после, когда ты отдохнешь. Запомни единственное: нам друг без друга не жить. И все у нас наладится… Вот только… — Выражение его лица вдруг сделалось глуповато-испуганным, и Кристина, как ни желала скорее закончить идиотскую сцену, взглянула на него внимательнее, не представляя, что последует дальше.

— У нас начнется совсем другая жизнь, — глядя почему-то вниз, не на подругу, странным извиняющимся тоном произнес Оливер. — Через недельку…

— Что? — От неожиданности Кристина усмехнулась. — Почему через недельку?

Оливер быстро взглянул на нее, трусовато улыбнулся, хихикнул, постарался придать себе серьезности и снова опустил глаза.

— Что-то я ничего не пойму, — начиная терять терпение, более строго сказала Кристина. — Ты ведешь себя так, будто что-то украл у меня.

Оливер засмеялся.

— Ну что ты, милая… Ничего я ни у кого не крал… Просто должен кое о чем сообщить тебе и не знаю как… Боюсь, ты неправильно меня поймешь, обидишься чего доброго, опять что-нибудь выдумаешь.

— В чем дело, Оливер? — требовательно спросила Кристина, сильно хмуря брови.

Он снова взял ее руку.