Даже когда я уйду - Николь Фиорина

– Так вот, думаю, нам надо собраться всем вместе в лесу. Как в старые-добрые, – сообщила Брия, опустившись прямо напротив меня в столовке в пятницу утром. – Эдакая вечеринка по случаю возвращения Олли.

– Не думаю, что это хорошая идея, – возразила я.

Джуд оставался все таким же таинственным, и Брию это притягивало все сильнее и сильнее. Так что вечеринка эта никакого отношения не имела к Олли – я могла легко это понять по тому, как Брия смотрела на Джуда. Она жаждала затащить его в лес. И не то чтобы я хотела помешать ее веселью, но я не знала наверняка, какая часть Олли возьмет в тот день вверх. Придет ли он вообще.

– Нужно повеселиться, поднять себе настроение! – запричитала она и повернулась к столу, за которым сидели Джуд и Олли.

Я проследила за ее взглядом и снова посмотрела на Олли. Он словно бы и не изменился: те же черные джинсы, выцветшие татушки и взъерошенные грязно-коричневые волосы. Но его улыбка… улыбка его выглядела по-другому. И он больше не ловил моего взгляда, как прежде. Случались моменты, в которые – готова поклясться – в Олли проступали старые черты. Будто где-то внутри его головы зажигалась лампочка. Но обычно он не обращал на меня внимания, словно мы никогда и не были вместе.

Он не разговаривал со мной с тех пор, как толкнул в сторону Итана. Олли вновь превратился в выровненного таблетками робота. И я предпочла бы вовсе не видеть его таким. Если бы он не возвращался в Долор, я могла бы представлять его прежнего и все те дни, что мы провели вместе.

– Мия?

Я перевела взгляд с Олли на Брию.

Она смотрела на меня с другого конца стола, изогнув черную бровь. А потом выражение ее лица вдруг изменилось, видимо, когда она заметила, в каком я состоянии.

Брия вздохнула.

– Ты можешь не ходить.

Но Брия так этого хотела.

– Я пойду! – встряла в разговор сидевшая рядом со мной Тайлер. – Я никогда прежде на ваши междусобойчики не ходила. Должно быть интересно.

Тайлер в самом деле никогда не присутствовала на ночных вечеринках, на которых я обычно страдала. Она никогда не встречала Айзека и Стэнли, не знала старого Олли… да и старую меня, если уж на то пошло. И в данный момент я по старой себе даже скучала. Ей хотя бы было все равно. У нее не было сердца.

– Я пойду, – с трудом выдохнула я и накрутила на указательный палец выбившуюся из прически прядь, сделав вид, что все в этом мире как надо. – Но никаких игр.

– Как же без игр? Ты понимаешь вообще, с кем говоришь? – Брия рассмеялась, отодвинула стул и поднялась.

Ее короткие черные волосы отросли почти до плеч: они закачались, когда она подошла к столу Олли, склонилась над присутствующими и наверняка сообщила всем четверым о сегодняшней вечеринке.

– Брия вернулась, – простонала я.

На нашем прежнем месте в лесу лежало поваленное недавней грозой дерево. Брия села рядом с Джудом прямо на стволе, а все остальные расположились на земле. Пальцы Джейка запутались в блондинистых волосах Тайлер – он заканчивал плести ей французскую косу. Олли валялся на листьях, подложив под голову скрещенные руки, и глядел в небо. Рядом с ним сидела Мэдди.

Этим поздним августовским утром пробивающееся сквозь листву солнце подняло температуру на пару градусов. Ветра дули пусть и редко, но уже напоминали о том, что лето заканчивается. Отныне погода будет становиться все холоднее и холоднее. Здесь, в Гилдфорде, постоянно лили дожди, и температура редко поднималась выше семидесяти градусов по Фаренгейту даже летом. В паре ярдов от нас чуть не подрались Итан и Джерри – из-за игры в покер. Потасовка их стала для нас фоновым шумом.

– Ну так что, поделишься, наконец, с нами своей историей? – спросила Мэдди Джуда, нарушив тишину.

Интересно, все ли почувствовали холодок в воздухе, или только я одна.

Джуд подтащил к себе согнутую в колене ногу: на джинсах в том месте как раз красовалась дыра.

– Не-а.

Брия одарила Джуда улыбкой, и тот скользнул по ней взглядом, а потом снова посмотрел прямо перед собой.

Джуд был ходячим противоречием. И тот факт, что я до сих пор не смогла его прочитать, меня бесил.

Нравилась ли ему Брия? Или нет?

Олли приподнялся на локтях.

– Ладно, скукота какая-то. У меня есть занятия получше, чем прохлаждаться здесь и наблюдать за тем, как вы друг другу косы заплетаете.

– Эй, – запротестовал Джейк. – Ты чего?

Олли покачал головой.

– Может, сыграем во что-нибудь? Власть? Стриптиз или вызов?

– Тебе ведь эти игры не нравятся, – напомнила ему я, разрывая пополам попавшийся под руки листок.

Олли посмотрел на меня, прищурившись. Зеленые глаза его оставались темны. Он чуть склонил набок голову.

– Не разговаривай со мной. – Он ткнул в меня пальцем.

Сделав вид, что его слова не снесли меня, словно торнадо, я сосредоточилась на пальцах и листьях: разорвала последний на мелкие кусочки. Текли секунды, а я все еще боролась со слезами и глотала тошноту.

Я кружилась, и кружилась, и кружилась…

– Черт подери! – выпалил Джейк, закончив плести косу.

Он подпрыгнул и встал посреди своеобразного круга.

– Вы тут веселитесь, а я пошел. – И Джейк отправился восвояси.

Вот бы у меня хватило духа последовать за ним, но здесь был Олли, и я осталась сидеть, будто приклеенная к земле. Я продолжала рвать лист – от него почти ничего не осталось. Кусочки его усеяли мои ботинки.

– Чем хочешь заняться? – спросила Мэдди у Олли со своим сладким ирландским акцентом, и я закатила глаза.

Мы с Мэдди не пересекались все лето, но после возвращения Олли она не отлипала от него ни на секунду. Словно мерзкая фанатка.

– Может, поздравишь меня с возвращением домой, Мия? – губы Олли исказила улыбка, и он задвигал бедрами вперед-назад.

Я приподняла бровь. Он поиграл своими.

– Пошел ты, – пробормотала я и смахнула остатки листика с ботинок.

Чего Олли добивается? Мои сердце и эго не выдержат очередного удара.

Олли усмехнулся еще сильнее.

– С радостью пошел бы. Вошел бы.

Я показала ему средний палец, и Олли тут же подскочил с места и подошел ко мне. Внутри меня все запрыгало от радости, совсем не подчиняясь мозгу. Я опустила руку. Олли сел прямо напротив меня.

– Склонен интерпретировать это как согласие.

– Что ты делаешь? – Я окинула взглядом остальных, все следили за нами. Ждали,