Драконья сталь - Ная Геярова

Потом мы перешли к другому столу, и инструктор рассказывал, как правильно держать лук, что говорить, чтобы цель стала четче. Простейшие, базовые магические знания.

Он учил, как натягивать тетиву. Объяснял разницу между простыми, магическими и энергетическими стрелами.

Потом приказал каждому взять щит и активировать его.

С этим все прошло почти гладко, учитывая, что у каждого из нас был магический или ведьмовской дар. Да и слова активации оказались несложными, как и сами щиты — самые базовые, для легкой защиты.

А вот с луком и стрелами пришлось попотеть. Если вы не держали их в руках и ни разу не натягивали тетиву, удерживая стрелу, — то это довольно непростое задание.

Но если ты хорошо знаешь это ощущение, если лук бывал в твоих руках не раз — то ты хорошо помнишь, как удобно расположить стрелу, как повернуть лук, как лучше встать… Вот только руки не столь крепки, да и глаз еще не наметан.

Я не знала, кому из нас пришлось тяжелее: тем, кто лук в жизни не держал, или мне — в идеале знающей теорию, но не совсем умеющей применить ее на практике. Пальцы не хотели правильно ложиться, вернее — даже не так: они не имели нужной гибкости, как бывает у тех, кто впервые держит лук. Хотя в моем будущем лук был главным моим оружием. А тут, хотя я старалась концентрироваться, но получалось плохо.

— Стой, — Илисар подошел ближе ко мне. — Смотри. Лук держим крепко, всей ладонью. Стрела кладется вот сюда. Пальцы — вот так.

Я позволила ему самому уложить мои пальцы, сжать их.

— Вторая рука почти невесомая, — продолжал он. — Ты лишь придерживаешь. Целься в ближайшую мишень. Дальние, на столбах, для вас пока слишком сложны.

— Эх… — выдохнул он, когда я спустила тетиву. — Хорошо пошла… Жалко, чуть промазала. Но ничего, пара дней — и уже станет намного лучше. Тренируй глаза. Тело само привыкнет к луку и запомнит, как его держать. А вот глаза… Цель всегда разная. Ты должна понимать, зачем делаешь выстрел. Куда хочешь попасть. Итог зависит от твоих глаз. По крайней мере изначально, а потом научишься по наитию — сможешь и с закрытыми глазами в цель попасть... — он помолчал и добавил: — Если повезет.

Я кивнула и взяла очередную стрелу. Илисар внимательно следил за моими действиями.

— Угу, так уже немного лучше… Продолжай, — сказал он и направился к следующему новобранцу.

Уже ближе к обеду на тренировку заявилась Мейлин.

И хотя вслух ей вопросов не задавали, но я все же заметила: кто-то смотрел с любопытством, кто-то — с осуждением. Все явно понимали, почему девушка не вернулась ночью из лазарета. Все видели интерес к ней Нейта и то, каким взглядом он провожал ее с площади. Обо всем остальном можно было догадаться. Не такая уж у нее была серьезная рана, чтобы остаться в лазарете до следующего дня.

Илисар бросил на девушку неодобрительный взгляд, тут же ставший равнодушным.

— Вставайте со всеми, не отвлекайте ребят.

Мейлин, не смотря ни на кого, медленно направилась к одному из столов. Выглядела она бледной, и упрямо прятала взгляд. Я не смогла сдержать усмешки, знала, что стоит за этой игрой.

— Я объясняю, как активировать щит и работать с луком, — спокойно сказал Илисар, подходя к ней.

Девушка покачала головой:

— Меня этому учить не надо.

Ловким движением она активировала щит, затем взяла лук, вложила стрелу — и выстрелила. Почти попала в яблочко.

Кто-то присвистнул. Раздался восхищенный вскрик:

— Во дает!

Мейлин бросила на говорившего косой взгляд:

— Заниматься нужно лучше, а не на девчонок пялиться.

Парень сжал зубы, не произнеся больше ни слова, а в его взгляде мелькнула злость.

Я отвлеклась от девушки — рука сама по себе натянула тетиву, и я запустила стрелу. Воздух взвизгнул от энергетического импульса, и моя стрела вонзилась в яблочко — в паре миллиметров от стрелы Мейлин.

Девушка удивленно уставилась сначала на мишень, потом медленно перевела взгляд на меня.

Илисар, показывающий одной из девушек, как правильно стрелять, тоже выпрямился и задумчиво почесал затылок.

Я пожала плечами:

— Чистое везение.

Развернулась и, отложив лук, пошла к ребятам, учившимся разбираться в щитах. А сама про себя порадовалась: все же я помнила, и руки совсем немного — и начнут меня хорошо слушаться. Да, этот выстрел и вправду был везением. Но еще немного — и стрельба станет моим любимым делом. А слова Илисара о том, что мне не понадобятся глаза, приобретут истинный смысл. Я и правда стану лучшей лучницей военной академии.

Позже, когда мы готовились ко сну, ко мне подошла Сель и присела рядом. Мейлин снова не было в казарме.

«Неужели и сегодня она останется с...» — я усмехнулась. Уверена, вчерашнюю ночь Мейлин провела в месте, где постель — не тонкая циновка, а кровать с мягкими матрацами, и вместо старого одеяла — шелковое. Меня передернуло. Я все это помнила. И широкую кровать в комнате Нейта, и шелковые простыни. И себя, позволяющую ему меня ласкать.

Когда уже точно знала, что Дэя не вернуть, я хотела забыться в объятиях Нейта.

Он оказался искусным любовником. Хоть ненадолго, но мне удавалось проваливаться в его ласки, забываться в требовательных поцелуях, изгибаясь в горячих руках.

Но потом, по утру, я стояла под душем, смотря на себя в зеркало, и ненавидела. Ненавидела каждое его прикосновение, каждый ответ своего собственного до страстей тела.

А потом все шло по кругу — до тех пор, пока я не надоела Нейту как любовница. И тогда мне стало легче дышать: больше не нужно было угождать ему и изображать восторг. Я могла быть с кем угодно. Но, просыпаясь среди ночи, я снова и снова всматривалась в чужие лица, ища в них тень чего-то родного, знакомого, хоть отдаленно похожего на Дэя… Не находила. Поднималась. И уходила. Без слов и объяснений.

Как же противно все это вспоминать.

— Слушай, — тихо спросила Сель, выдергивая меня из размышлений, — а зачем ты делала вид, что не умеешь стрелять из лука?

— С чего ты взяла? — я уставилась на нее.

Она улыбнулась:

— Я видела тебя в момент выстрела. У тебя были очень четкие движения.

— Какие движения? — попыталась улизнуть я. — Это просто везение, не больше. Я