Муза винодела - Келли Хантер

— Уходи. Сейчас же. — Его слова заставили ее отшатнуться.

— Не думай, что я не буду повторять свое приглашение, — не сдавалась Симона.

Глухое рычание чуть не вырвалось из его горла. Повернувшись на каблуках, Рафаэль ушел.

Проводив последних гостей, Симона взяла свою сумочку и направилась на кухню, собираясь поблагодарить поваров и официантов. К тому же у нее было намерение ускользнуть потом через заднюю дверь. Однако шеф-повар настаивал, чтобы два официанта проводили ее.

— Мой номер в двухстах метрах отсюда, — запротестовала она. — Я что, могу потеряться?

— Уже темно, — возразил шеф. — Вам нужен провожатый. И если вас не устраивают официанты, кто-нибудь разыщет Рафаэля.

— Это затея Иниго? Он все подстроил? — Симона обвела всех подозрительным взглядом.

— Строить планы не по его части. Иниго не стратег, он — тактик. — Шеф-повар улыбнулся, продемонстрировав при этом двойной подбородок. — А вот и он сам, ведет ваш эскорт в бабочке.

— Иниго твердит, что я должен проводить тебя через сад, — сказал Рафаэль.

— Уже темно, — кивнул главный менеджер.

— И очень поздно, — добавил шеф-повар. — Никогда не знаешь, на что можно наткнуться в саду в такой час. Дикие животные… Пауки…

— Нет, мы просто не можем отпустить вас одну, — заявил Иниго. — Разве вы не читали Агату Кристи? К счастью, Рафаэль тоже уходит. Неужели вы не обратили внимания, как чудесно он сегодня выглядит?

Рафаэль поморщился. Симона не смогла сдержать улыбку:

— Просто бесподобно.

— Какой разворот плеч, — продолжал Иниго, глядя на Рафа восхищенными глазами. — Какая осанка! Какое благородное лицо!

— Ладно, пошли, — буркнул тот.

— Подождите! — замахал руками Иниго, лихорадочно изучая коллекцию десертных ликеров на полке. — Ага. Вот. — Он протянул Рафаэлю бутылку. — Стаканчик на ночь.

— Неплохой выбор, — одобрил повар. — Хотя я мог бы предложить что-нибудь из коньяков.

— Тут есть укромный уголок — как раз на полдороге к гостинице… — начал Иниго.

— Пошли! — скомандовал Рафаэль, и Симона послушно зашагала к двери.

Их проводил дружный хор, желающий спокойной ночи. На улице было свежо и влажно.

— Тебе вовсе не обязательно было… — заметила она.

— Хватит! Не желаю ничего слушать.

Симона помолчала, стараясь найти более подходящую тему для разговора.

— Ты уже связался с Этьеном де Морсе? — спросила она.

— Мне пришлось отменить приглашение. Габриель ни за что на свете не хотела видеть его здесь.

— Правда? — изумилась Симона. — Она объяснила почему?

— Нет. — Рафаэль взъерошил волосы. — По крайней мере, ничего, что имело бы хоть какой-нибудь смысл. Я встречаюсь с ним в Сиднее завтра. Надеюсь, мне все же удастся найти ответ на этот вопрос.

Симона задумчиво пожевала нижнюю губу.

— А ты у Люка спрашивал?

— Нет.

— Это было бы не лишним.

— Сама понимаешь, он думал совсем о другом.

— Ну, все же у него нашлось время и заняться вином, и перегнать скот.

— Это верно.

Симона приподняла подол платья, чтобы уберечь его от вечерней росы.

— Принцесса… — проворчал Рафаэль.

— Причем довольно практичная.

— Тебе идет. Платье. Цвет. То, что ты сделала с волосами.

— Можно считать это комплиментом?

— Пожалуй. — Рафаэль посмотрел на нее.

— Спасибо.

Он отвел глаза в сторону.

— До сегодняшнего вечера я никогда по-настоящему не понимал, что слишком от многого просил тебя отказаться ради меня, — сказал он, когда они прошли еще немного.

— Ты имеешь в виду мое положение в обществе? — Симона знала, на что она идет, продолжая этот разговор. Они снова могли поссориться. Шанс закончить все миром был ничтожно мал. Но она все равно продолжила: — Я бы рассталась со всем этим ради тебя, Рафаэль. Но у меня были еще мой отец и Люк. Я не могла их бросить. Они нуждались во мне.

— Больше, чем я?

«Ну вот, этого ты и добивалась», — мрачно подумала молодая женщина.

— Тебе нужно было избавиться от пут, что привязывали тебя к Кавернесу, — вздохнула она. — Ты желал проложить свой собственный путь и сделал это. А что могу предложить тебе я, Раф? Скажи. Я неразрывно связана с Кавернесом — местом, куда ты не собираешься возвращаться. И пожалуй, это все.

— Ты себя недооцениваешь.

— Возможно. Но тогда мне было всего восемнадцать лет, Рафаэль. Я растерялась. Ты был моим сердцем, Кавернес — моим домом. А еще был мой долг перед империей Дювалье. Тяжелый выбор. Правильно или нет, но я решила остаться. А ты решил уехать.

— Мне пришлось уехать.

— Да… Жозе… Я помню, как она с тобой обращалась… Ты и так долго откладывал отъезд, чтобы защищать Габриель. Я всегда знала, что ты уедешь, и не винила тебя за это.

— А я винил тебя. Черт, я винил тебя за все! Только это и поддерживало меня, когда я остался в одиночестве.

— Рада это слышать, — тихо сказала она.

Его губы скривились.

— Я не представляю, куда меня это заведет, Симона. И не знаю, чего я хочу от тебя.

— Знаешь, что я подумала, когда Габриель сказала, что свадьба состоится в Австралии и ты будешь свидетелем Люка? Наконец-то я смогу извиниться перед тобой и двинуться дальше. Мне необходимо перестать все время думать о тебе. Мне необходимо перестать сравнивать с тобой каждого мужчину.

Они подошли к дверям ее номера, выходящего в сад. Рафаэль прислонился к стене.

— Ну и как, получилось у тебя? — спросил он, пристально глядя на нее.

— Пожалуй, теперь у меня появились кое-какие идеи. — К несчастью, они по-прежнему связаны с ним. — Пойдет ли мне это на пользу — покажет время.

Симона выудила из сумочки ключ и открыла дверь. Она сняла у порога туфли и вошла внутрь, не осмеливаясь посмотреть, последовал ли за ней Рафаэль.

Включая свет, она слишком поздно вспомнила, что на столе остались тарелки с едой — результат ее безуспешной попытки заставить Габриель хоть что-нибудь съесть перед церемонией. Но все оказалось в порядке — должно быть, волшебница Сара унесла посуду.

— Как ты думаешь, согласятся ли Сара, Иниго и шеф-повар перебраться в Европу? — полушутя спросила Симона.

— Дедри, хозяин гостиницы, просто пристрелит тебя. — Рафаэль все же отважился зайти в номер.

Да помогут ей и ему небеса!

— Я пошутила.