Репетитор для мажора - Шарлотта Эйзинбург

Глава 15 (Тая)

Утро начинается с того, что я просто лежу и смотрю в потолок.

В голове полнейший бардак. Вчерашний день кажется каким-то сюрреалистичным кино, в котором я случайно сыграла главную роль. Падение в воду, истерика на набережной, поцелуй, от которого до сих пор покалывает губы... И ночь. Мы спали в одной кровати. Просто спали, обнявшись, но от одной этой мысли по телу разливается такое тепло, что хочется зарыться лицом в подушку и визжать. Самое странное, что мне ни капли не стыдно. Наоборот, кажется, что всё так и должно быть.

Я заставляю себя вылезти из-под одеяла и иду в ванную. Умываюсь холодной водой, пытаясь привести мысли в порядок. Влезаю в своё изумрудное платье, которое Марк повесил на вешалку в комнате. Оно высохло за ночь и теперь выглядит немного помятым, но выбора нет.

Когда я спускаюсь на первый этаж, Марк уже на кухне. Одетый, свежий, в обычных джинсах и чёрной футболке. Он что-то печатает в телефоне, но поднимает взгляд, как только слышит мои шаги.

— Доброе утро, — говорю я, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Слушай, мне нужно как-то позвонить Лере, чтобы она вынесла мой пропуск. Но я не помню её номер наизусть.

Марк усмехается.

— Зато я знаю того, у кого есть её номер. Секунду.

Он быстро набирает сообщение. Через пару минут телефон пиликает, и Марк протягивает мне мобильный с открытым диалогом от его друга Дэна. Там светится набор цифр.

Я набираю номер. Гудки идут мучительно долго, пока на том конце не раздается бодрый голос Леры:

— Алло?

— Лер, это я, Тая.

— Господи, Тася, ты живая! Я чуть с ума не сошла вчера! Когда я выбежала на палубу, тебя уже вытащили, там была просто дикая толпа, меня не пускали! А потом Дэн сказал, что Марк унёс тебя в машину! Я звонила тебе раз сто, пока не поняла, что телефон похоже утонул! Ты как?! Где ты?!

— Лерка, выдыхай, я в порядке. Живая, не заболела. Слушай, я приеду и всё тебе расскажу. Сможешь спуститься минут через двадцать на вахту, вынести мой запасной пропуск?

Повисает пауза.

— Так, стоп, — тон Леры резко меняется на подозрительный. — А с чьего телефона ты звонишь?

Я бросаю быстрый взгляд на Марка. Он стоит, прислонившись к столешнице, и откровенно наслаждается моим смущением.

— С телефона Соболева, — тихо бубню я.

— ОФИГЕТЬ! — визг Леры бьёт по барабанным перепонкам. — Ты у него?! Всю ночь?! Скворцова, я сейчас умру от любопытства!

— Просто вынеси пропуск! — нервно обрываю я и быстро сбрасываю вызов. Отдаю телефон Марку, чувствуя, как горят щёки.

— Завтракать будешь? — спрашивает он, пряча улыбку.

— Нет, некогда. Мне надо домой, переодеться в нормальные вещи и бежать за новым телефоном.

— Поехали, я куплю тебе телефон, — Марк делает шаг ко мне. — Любой. Из-за меня же ты его утопила.

— Нет, — я качаю головой. — Я сама. Просто довези меня до общаги, ладно?

В машине мы почти не разговариваем, но тишина уже не давит. Она... искрит. Я сижу на пассажирском сиденье, смотрю на его профиль, на руки, уверенно лежащие на руле, и меня периодически накрывает. Тело предательски ноет, вспоминая, как он прижимал меня к себе ночью, как его пальцы зарывались в мои волосы. Я прикусываю губу, отворачиваясь к окну.

Когда мы паркуемся у общежития, я вижу фигуру Леры возле входа. Надо срочно брать себя в руки.

— Спасибо, что подвёз, — я откашливаюсь, пытаясь вернуть свой привычный тон. — Завтра жду тебя в библиотеке. И чтобы выучил свойства оценок, я проверю.

Марк поворачивается ко мне. В глазах пляшут смешинки.

— Опять надела маску училки? — хмыкает он. А потом просто подаётся вперёд, перехватывает мой затылок и целует. Коротко, но так горячо и властно, что у меня перехватывает дыхание.

— Поехали сегодня вечером со мной, — шепчет он, оторвавшись от моих губ. — В одно классное место.

Я зависаю на пару секунд. Хочется послать всё к чёрту и сказать «да». Но в голове тут же всплывает мой вечный график: Лондон, курсовая, работа.

— Я не могу, Марк. Правда. У меня смена в кафе, а потом... много дел, — я отстраняюсь, открывая дверь.

Лера набрасывается на меня, как только я подхожу.

— Таська! — она сгребает меня в охапку прямо на крыльце, суёт пропуск и тут же тащит внутрь. — Ты меня до инфаркта довела! Как ты? Выкладывай всё!

— Сейчас, Лер, — успокаиваю любопытную подругу.

Как только мы вваливаемся в нашу комнату и хлипкая дверь защёлкивается, Лера припирает меня к шкафу.

— Твои губы! Они же припухли! Ты спала с ним?! — визжит она, буквально подпрыгивая на месте.

— Лер, тихо ты, всю общагу перебудишь, — я устало отмахиваюсь и стягиваю с себя изумрудное платье, которое после всех ночных приключений хочется просто спрятать подальше. Достаю из шкафа свои спасительные джинсы и любимое, заношенное до мягкости серое худи. Господи, как же в нём безопасно и уютно.

— Какое тихо?! Тася, ты звонишь мне утром с телефона Марка Соболева! Того самого Соболева, которого ты еще недавно грозилась придушить!

Я натягиваю худи, прячусь в капюшон и со вздохом сажусь на кровать.

— Никто ни с кем не спал. Не фантазируй.

— А где ты ночевала?

— Моя сумочка с ключами и телефоном благополучно пошла ко дну. На набережной был жуткий дубак, я чуть не окоченела. Он повёз меня к себе, дал сухую футболку, и мы... спали. Просто спали. Рядом.

Лера щурится, недоверчиво складывая руки на груди.

— Просто спали. С Соболевым. В одной кровати. Скворцова, ты меня за дуру держишь? А губы кто тебе так намял?

Я чувствую, как щёки заливает предательский, жаркий румянец. Отвожу взгляд в сторону окна и тихо, почти неразборчиво бурчу:

— Мы целовались. Один раз. Ну... может, не один. Всё, Лер, тема закрыта. Давай лучше про тебя. Что у вас с Дэном?

Лера мгновенно переключается, её щеки вспыхивают пунцовым. Она плюхается рядом со мной на кровать, подтягивает колени к груди и мечтательно закатывает глаза.

— Ой, Тась... Дэн — это просто космос! В туалете на коробле мы только целовались, потому что там нас чуть не спалили. А потом он вызвал такси, и мы уехали к нему. У него своя квартира в центре, прикинь? Он такой... обходительный. И смешной. Мы болтали до четырёх утра, пили вино на балконе, смотрели на крыши, а потом... — она многозначительно закусывает губу и счастливо хихикает. — Короче, это была лучшая ночь в моей жизни. Он даже