Улыбнись, малышка - Эдриан Маршалл

— Мне бы вашу уверенность, — с сомнением покачал головой шериф Адамса. — Дела архивные у нас, сами знаете, в каком состоянии. Что-то пропало, что-то потеряли. Шутка ли — полвека прошло. Конечно, шанс есть, но он невелик.

— Но он все-таки есть, — упрямо добавил Соммерс.

— Мне бы ваш оптимизм, детектив.

— Всегда готов поделиться.

— Несгибаемый Мэтью Соммерс за работой, — услышала я голос, раздавшийся прямо над моим ухом.

Обернувшись, я увидела Майлса, который, по всей видимости, тоже внимательно слушал разговор.

Интересно, сколько он здесь стоит? — подумала я. — А впрочем, чего я так беспокоюсь?

— Я гляжу, ты времени даром не теряешь, — ехидно покосился на меня Майлс.

— О чем это ты?

— Не знал, что вы с Соммерсом такие хорошие друзья.

— Мы знакомы без году неделя.

— Неужели? В таком случае мне кажется очень странным, что детектив Соммерс не только рассказал тебе о находке на озере, но и подвез тебя сюда.

— Мы знакомы заочно, — принялась объяснять я. — Лесли, мой друг, тот что был на похоронах, получал для меня у Соммерса сведения, которые были нужны мне для романов. А недавно мы познакомились лично, благодаря все тому же Лесли.

— Тот самый Лесли, — скептически улыбнулся Майлс. — Я смотрю, он у тебя прямо-таки вездесущий. Вот и Мэгги пришлось устроиться к нему нянькой.

— Земля слухами полнится, — мрачно вздохнула я. — Майлс, поверь, я не заставляла Лесли давать объявление, а Мэгги — приходить по этому объявлению. Все получилось само собой. Троюродная сестра привезла Лесли племянницу, и ему срочно понадобилась няня. А Мэгги…

— Слишком много совпадений, — перебил меня Майлс. — Тебе так не кажется, дорогая кузина? И потом, думаешь, я не догадался, почему Соммерс со мной так неразговорчив?

— Намекаешь, что я настроила его против тебя? — возмущенно поинтересовалась я. Мне не хотелось оправдываться, тем более перед Майлсом, но это вышло как-то само собой. Мне было плевать, что он считает меня лягушонком, замухрышкой и автором паршивых детективов. Но я не могла допустить, чтобы кто-нибудь считал меня подлым и несправедливым человеком. — Я этого не делала, Майлс. Ты можешь думать обо мне что угодно, но в таких вопросах я предпочитаю быть кристально честной.

— Кузина Кэролайн… — начал было Майлс, который не поверил ни единому моему слову, однако начать свою речь ему не удалось.

К нам подошел Соммерс. Он выглядел задумчивым, но вместе с тем довольно бодрым. Я поняла, что он заинтересовался этим происшествием, и понимала его: в нашем городке у полицейских не так уж много возможностей проявить себя в деле, по-настоящему интересном и серьезном.

— Надеюсь, вы не собираетесь учинить драку при полицейских? — шутливо поинтересовался Соммерс, глядя на наши лица, лучившиеся «искренней любовью».

— Что вы, детектив… — покачал головой Майлс. — Я только сказал моей дорогой кузине, что ей везет с такими связями.

— Связями? — улыбнулся Соммерс. — Мы с вашей кузиной познакомились всего несколько дней назад. Я знаю, что вы друг друга не очень-то жалуете, хотя меня это, честно признаться, удивляет. А вы, мистер Камп, не очень-то сердитесь на Кэролайн. Мало кто на ее месте выказал бы такую порядочность. Вы уж мне поверьте, когда речь идет о больших деньгах, люди редко остаются справедливыми.

— Это вы о чем? — недоуменно покосился на детектива Майлс.

— О том, что Кэролайн могла бы попросить меня не оказывать вам никакой помощи и поддержки. И, поверьте, я бы ей посодействовал. Однако наша Кэролайн не только не сделала ничего подобного, но, напротив, она воззвала к моей справедливости и посоветовала мне отнестись к вашей ситуации с должным пониманием, мистер Камп.

Майлс повернулся ко мне. В его глазах я увидела не только удивление, но и раскаяние. Мне снова стало неловко. Только теперь уже по другой причине: меня хвалили за то, что, по-моему, было вполне естественно. Так же естественно было напомнить Мэгги, что по условиям завещания она не имеет права перебирать своих работодателей, как побрякушки на распродаже.

— Я ничего героического не сделала, — пролепетала я, не глядя на Майлса. — По-моему, это в порядке вещей.

— О если бы все так считали, — улыбнулся детектив. — Даже ваш кузен удивлен, по-моему.

— Извини, Кэролайн, — окончательно стушевавшись, пробормотал Майлс. — Я был не прав, когда начал тебя обвинять.

Если бы громы небесные обрушились на мою голову, я бы, наверное, меньше удивилась. Майлс извинялся, да еще таким тоном! И даже без скептической ухмылочки на лице! Не думала, что когда-нибудь стану свидетельницей или участницей подобной сцены!

— Я не обиделась. Я всегда знала, что ты не слишком высокого мнения о моей персоне…

Неизвестно, что ответил бы мне задетый Майлс, но ответить он не успел, потому что к Соммерсу обратился подошедший эксперт:

— Мы тут увидели кое-что любопытное. Хотите посмотреть?

— Что именно? — уточнил детектив.

— На шее у нашего утопленничка висит медальон. Причем, знаете, необычный такой медальон — из разряда семейных ценностей, тех, что передаются по наследству. Не знаю, удастся ли по нему опознать личность нашего приятеля, но чем черт не шутит…

Медальон?! — Я не могла не вспомнить подробного описания в прабабкином дневнике. Нет, это предположение слишком абсурдно для того, чтобы оказаться правдой. И все же я не могла промолчать.

— Простите, что вмешиваюсь, — робко начала я. — А медальон серебряный?

— Серебряный, — кивнул эксперт. — Большой серебряный медальон на толстой серебряной цепочке.

— С александритом, вокруг которого обвивается плющ?

Глаза эксперта полезли на лоб. Он явно не ожидал от меня столь богатейших познаний о предмете, которого я еще не успела увидеть.

— В камнях я не разбираюсь. Но плющ вокруг этого камешка точно обвивается. Скажите, а откуда вам-то это известно?

Вся троица разом посмотрела на меня. Я терпеть не могу, когда мне уделяют слишком много внимания, но в тот момент все мое смущение улетучилось не то от радости находки, не то от предчувствия, что за этой находкой стоит нечто большее, чем обыкновенное совпадение.

Мне не хотелось рассказывать о прабабкином дневнике — это было что-то вроде нашего с ней маленького секрета, — но врать я не умела.

— Помнишь домик нашей прабабки? — обратилась я к Майлсу.

— Тот, что Агата оставила тебе в наследство?

Я взволнованно тряхнула головой.

— Я нашла в нем дневник Элайзы. Не спрашивай как, я сама до сих пор удивляюсь, что мне это удалось. В общем, я начала читать дневник вчера ночью и наткнулась там на описание этого медальона.