Дорога к тебе - Барбара Делински

— С твоей мамой случай совсем другой. Она даже не подключена к аппаратуре жизнеобеспечения. Единственные механизмы, что стоят у нее в палате, — это приборы, которые следят за ее состоянием. Она…

— Смотрите! — перебила его Саманта. — Вот где это произошло! Видите — нет ограждения, и грязь на дороге. Это случилось здесь, не так ли? — вытягивая шею, наседала она. — Езжай помедленнее, я хочу это видеть.

Джек продолжал невозмутимо ехать вперед.

— Там нечего смотреть. Машину давно убрали. Она, наверное, уже в мастерской.

Девочки тем не менее не отрываясь смотрели назад.

— Кэтрин говорила, что было столкновение, — сказала Саманта. — Что случилось со вторым водителем?

— Я не знаю, — солгал Джек.

Саманта снова подалась вперед:

— Знаешь, но не говоришь. Тебя голос выдает. А вот мама наверняка хотела бы, чтобы нам все было известно.

Джек сильно в этом сомневался, но дело было не в этом.

— Сейчас твоя мать наверняка хотела бы, чтобы ты говорила только хорошие вещи или не говорила бы вообще, — сказал он, раздраженный тем, что ему все время пытаются поставить в пример Рэйчел.

— Это твои слова, а не ее. Мама хочет, чтобы мы говорили то, что думаем, а я думаю, что авария серьезнее, чем ты говоришь, а значит, у нас большие неприятности. Что, если она не очнется?

— Она очнется.

— Я не собираюсь жить в Сан-Франциско. Все мои подруги здесь — я никуда не поеду.

— Боже мой, да ты уже хоронишь свою мать! — возмутился Джек.

— Папа! — раздался сзади испуганный крик.

— Она не умирает, Хоуп, — найдя глазами отражение младшей дочери в зеркале заднего вида, сказал Джек. — С ней все будет в порядке. Я тебе это уже говорил и абсолютно в этом уверен. Она попала в аварию всего двенадцать часов назад. Сейчас самый тяжелый период, потом станет легче. Давай не будем спешить. Возможно, к тому моменту, когда мы приедем в больницу, твоя мама придет в сознание и даже попросит есть.

Однако Рэйчел так ничего и не попросила. Когда они приехали в больницу, она лежала так же неподвижно, как и в прошлый приезд Джека. И снова у Джека сжалось сердце, снова вернулся страх, что следующий вздох Рэйчел может оказаться последним.

— Она спит, — прошептала Хоуп, и Джеку на минуту показалось, что она права.

Если не считать огромного синяка, Рэйчел выглядела почти нормально. Может быть, она уже вышла из комы и теперь просто спит? Может быть, доктор пытался звонить ему в машину и не дозвонился? На этой дороге на мобильники нельзя полагаться.

Все еще полный надежд, Джек подошел к постели. Потер щеку Рэйчел; когда она не ответила, сжал ее руку.

— Рэйчел!

— Не надо ее беспокоить! — испуганно вскрикнула Хоуп.

Саманта ничего не сказала. Глаза ее были широко раскрыты, лицо побледнело.

Вернувшись к девочкам, которые так и остались стоять у двери, Джек наконец понял, что состояние Рэйчел не изменилось. Пытаясь справиться с разочарованием, он тихо сказал:

— Вот видите? Никаких респираторов, никакой аппаратуры жизнеобеспечения. У нее сломана нога — вот шина. Она порезала руку, поэтому рука забинтована, лицо в синяках от удара о корпус машины. Помнишь, как тебе попали в глаз теннисным мячиком, Сэм? Сначала синяк был черным с синим отливом, потом неделю багровым, потом зеленым, потом желтым, и только после этого все наконец возвратилось к норме. Но это требует времени.

Не отрывая глаз от Рэйчел, Саманта кивнула.

— Через капельницу вводят лекарства и питание, — не зная, о чем еще сказать, продолжал Джек. — На телевизионном экране сзади отражаются показатели работы сердца, пульс и содержание кислорода в крови. На посту сидит сестра, которая все это видит и следит за изменениями. За твоей мамой также наблюдают через стекло. Вот почему она здесь, а не в обычной палате.

Хоуп подошла к нему поближе.

— Видишь линию там вверху? — показал ей Джек. — Тонкую такую зеленую линию, которая движется то вверх, то вниз. Она показывает, как бьется сердце. Видишь, какие у нее одинаковые зубчики? — Хоуп кивнула. — Хочешь дать ей знать, что ты здесь? — Хоуп быстро закивала. — А ты, Саманта?

Старшая девочка сейчас выглядела такой же маленькой и испуганной, как и Хоуп.

— А разве она может нас слышать?

— Доктор сказал, что да. И если это так, то, мне кажется, ей будет приятно узнать, что вы здесь.

— Что же нам сказать?

— Что хотите.

— А ты сам собираешься с ней говорить?

В вопросе Саманты чувствовался вызов. Снова оставив девочек стоять у двери, Джек подошел к кровати, взял Рэйчел за руку, наклонился и поцеловал ее в лоб. Он стоял вплотную к кровати, опершись рукой на ограждение.

— Привет, ангел. Как дела? Видишь, я обещал вернуться, и вот пришел. И привел с собой девочек. Они стоят у двери. Они немного напуганы аппаратурой и прочим.

— Я не напугана, — возразила Саманта и быстро подошла к нему. — Привет, мама! — Руки девочки крепко обхватили ограждение. — Это я, Сэм. Боже, что у тебя с лицом! Что же случилось? Это полная ерунда, — почти не разжимая губ, пробормотала она. — Мама ничего не слышит.

— Ты это точно знаешь?

— Нет.

— Тогда зря не болтай.

Джек оглянулся на Хоуп, все еще стоявшую у двери, и кивком головы позвал ее к себе. Девочка испуганно отшатнулась.

— А что они делают, чтобы привести ее в сознание? — спросила Саманта.

— Видишь вот эту капельницу? — И Джек указал на одну из емкостей, содержащих (а может, и нет) то лекарство, о котором говорил врач. — Эта жидкость помогает уменьшить опухоль в голове, чтобы кровь и кислород могли свободно течь и заживлять поврежденные ткани.

— А почему нельзя просто сделать какой-нибудь укол, чтобы мама очнулась?

— Это невозможно.

— А ты спрашивал?

— Нет.

— А ты вообще разговаривал со специалистом?

Джек вздохнул:

— Я это сделал в первую очередь. Ты уж не считай меня полным кретином, ладно? — И небрежно добавил, обращаясь к Рэйчел: — Когда же эта девица наконец научится сдержанности?

— Если брать пример с тебя, будет нормально? — язвительно спросила Саманта.

«Эх, уж лучше бы ее испуг так и не прошел, — подумал Джек. — То ли дело в возрасте, то ли я почему-то пробуждаю в ней самые худшие эмоции. В любом случае с этим надо кончать, тем более в присутствии Рэйчел».

— Я вот что тебе скажу, — начал он. — Сейчас я уйду и оставлю тебя с мамой. Не стесняйся — смело говори ей, какой я плохой. Скажи, что ей пора очнуться, потому что ты не желаешь переезжать в город. Скажи ей, что я ничего не умею. Выложи ей все. А мне пока нужно сделать несколько звонков. — Повернувшись к двери, Джек обнаружил, что там стоит Кэтрин, обнимая за талию Хоуп. — Привет, Кэтрин! — сказал он. — Я пока выйду в коридор. — И добавил, обращаясь уже к Хоуп: — Я буду в коридоре. Я ненадолго.