Ты будешь моей - Пегги Морленд

Прижав пальцы ко рту, Элизабет кивнула, проглотив слезы.

— Это несправедливо! Рене должна быть здесь и сама заботиться о своей дочери. Понимаешь, не Мэгги должна это делать!

Вудроу было невыносимо смотреть на ее страдания. Он обнял ее и прижал к себе.

— Я понимаю, ты хочешь сама пройти через эту боль, но, черт возьми, я сделаю все, чтобы ее облегчить.

Она прижалась щекой к его груди. Он просто обнимал ее, и все, но именно это ей и было нужно. Он хотел бы обнимать ее так всю ночь. Ему казалось, она видела слишком мало ласки в своей жизни.

Над ними мерцали звезды.

Вудроу почувствовал, как тело Элизабет расслабилось. Он потерся своим подбородком о ее голову.

— Ты устала. Пойдем домой, ляжешь в кровать.

Она крепче обняла его за шею.

— Нет, пожалуйста, нет! Я не смогу уснуть.

Вудроу понял по дрожи в ее голосе, что она боится кошмаров. Нагнувшись, он поднял ее на руки.

- Ну, по крайней мере, я дам твоим ножкам отдохнуть.

Он отнес ее к раскидистым деревьям, к которым был привязан гамак. Бережно посадив ее в гамак, он устроился рядом с ней и, обняв за плечи, спросил:

— Лучше?

Элизабет прижалась к Вудроу, положив руку ему на грудь.

— Гораздо.

Вдалеке замычала корова, где-то над головой, сквозь шелест ветвей, заухала сова. Он всегда наслаждался звуками ночи. Убаюканный покачиванием гамака, он закрыл глаза.

— Вудроу? — нерешительно произнесла она.

-Да?

Он почувствовал, как пальцы ее нервно теребят пуговицу на его рубашке.

Вздохнув, она приподнялась на локте.

- Я понимаю, это не мое дело, но можно тебя спросить: ты был когда-нибудь женат?

Ее вопрос показался Вудроу весьма неожиданным. Он нахмурился и честно ответил:

- Нет. А почему ты спрашиваешь?

- Сама не знаю. Мне это кажется странным. Ты такой добрый и внимательный, такой заботливый!

Вудроу рассмеялся.

— Госпожа, вы говорите о каком-то другом мужчине.

Элизабет легко ударила его рукой по груди.

— Нет, именно о тебе.

— Ну, если ты так считаешь, то держи свое мнение при себе, иначе испортишь мою репутацию.

Она взглянула на него.

— Какую репутацию?

— Самого противного и самого вздорного типа в штате.

— Не может быть!

Хохотнув, Вудроу взъерошил волосы Элизабет.

— Ты задала мне вопрос, а теперь вопрос задам я. Ты была замужем?

Она откинулась на спину и стала смотреть на небо.

— Нет. Но я была обручена.

Ом нахмурился, вспомнив о том, что она ему уже рассказывала.

— И что случилось?

— Я вернула ему кольцо, которое он подарил мне в знак помолвки.

— У тебя были основания?

— Он не хотел, чтобы я ехала сюда. Он хотел, чтобы я поехала вместе с ним в Европу, как мы и планировали.

Вудроу понял: это случилось несколько дней назад.

Испытывает ли она еще какие-то чувства к этому парню?

Он не знал, зачем ему надо было это выяснять, но вопрос жег его изнутри.

— Ты сожалеешь?

Элизабет ответила не сразу, Вудроу даже подумал, а не переступил ли он какие-то запретные границы? Но внезапно она взглянула на него.

— Нет. Нисколько.

Элизабет смотрела на него долгим пронзительным взглядом, и Вудроу не понял, хотела ли она что-то этим ему сказать. Он никогда не понимал намеков. Он всегда говорил то, что думал, и ожидал, что люди будут делать то же самое. Он притянул ее к себе и сказал:

- Я буду полным идиотом, если пойму тебя неправильно, — и прикоснулся губами к ее губам.

Вудроу сразу же почувствовал: он не ошибся. Элизабет обвила его шею руками, прижавшись к нему теснее, и губы ее жадно раскрылись.