Подружка невесты - Нина Харрингтон

Оливия права, работа действительно всегда была для него важнее отношений. Странно. Он и не думал, что когда-нибудь признается себе в этом.

Последние десять лет он каждый день делал все для того, чтобы обрести контроль над своей жизнью. Его работа, коллеги, женщины, с которыми он встречался, одежда, распорядок дня. Хит пытался контролировать все до тех пор, пока не решил наладить отношения с отцом. И если тот решил использовать воссоединение с сыном в каких-то корыстных целях, то Хит с этим справится. Его выбор – его проблемы.

И он не стал понапрасну сотрясать воздух, стискивать зубы. Он просто развязал остатки галстука, вытащил из-под воротничка рубашки и аккуратно сложил на сиденье. Потом поднял голову, чтобы поблагодарить Кейт, а она сунула ему в руку холодный стакан с газировкой:

– Тоник со льдом. Расслабься.

Сначала Хит хотел отдать стакан, но потом почувствовал, что в горле сухо, как в Сахаре. Действительно, пора что-то выпить.

– Спасибо, очень кстати, – хрипло прошептал он и в два глотка осушил стакан.

– Отлично, потому что я уже налила тебе еще. Всегда пожалуйста. Не каждый день приходится изображать из себя бармена в лимузине, и надо сказать, мне это нравится, хотя обычно я предпочитаю более активные развлечения.

– Это для тебя развлечение? – Говорить стало легче.

Он сделал еще глоток и повернулся к Кейт. Она сидела на самом краешке сиденья, сложив руки на блокноте, верхний лист которого был испещрен набросками. Хит внимательно оглядел ее с ног до головы. Кейт была одета как и все друзья Эмбер, и одновременно по-другому. Было в ней что-то необычное.

– Конечно, для меня это развлечение. У меня вообще-то нет привычки лезть в чужие телефонные разговоры. – Она покачала головой. – Просто ты так громко возмущался слухами о компании. Мне кажется, это полный бред. – Кейт выразила свое отношение к слухам, помахав ладошкой из стороны в сторону.

– Бред? – Хит подавился кусочком льда и закашлялся. – Боюсь, ты ошибаешься. И я не возмущался. Я вообще никогда не возмущаюсь. Это не в моем стиле.

– Ах, какая же я глупенькая! Наверное, ты таким образом выражал восторг и энтузиазм, да? – Кейт криво улыбнулась, и на ее щеке образовалась очаровательная ямочка.

Хит никогда так близко не видел ямочек на щеках. Как ни странно, ему понравилось. Кейт это очень украшало.

А она, значит, теперь знает про слухи. Впредь стоит быть осторожнее.

Отблеск света привлек его внимание, и он отвернулся к окну. В стекле отражалась Кейт. Она сняла очки, прикрыв глаза, провела рукой по своим блестящим по-мальчишески коротким волосам и встряхнула головой.

Ничего более чувственного Хит не видел уже давно, и то, что этот жест был совершенно естественным, делало его еще привлекательнее.

В июльском солнце, струившемся сквозь окна машины, хрупкая Кейт казалась двенадцатилетним подростком.

Стоп, пора сменить тему.

– Что это ты рисуешь? – спросил Хит и указал на блокнот.

– А, да так, ничего особенного, – отмахнулась Кейт. – Просто наброски.

Она попыталась закрыть блокнот, но Хит ловко вырвал его у нее из рук.

– Ну и пожалуйста. – Кейт фыркнула и скрестила руки на груди. – Смотри, если тебе хочется. Мне скрывать нечего. Я не пыталась конспектировать твои разговоры, так что секреты твоей фирмы в безопасности.

Хит открыл блокнот и несколько минут внимательно изучал какой-то рисунок.

– А что это такое?

– То есть как «что это такое»? – с возмущением спросила Кейт. – Перчатки, что же еще это может быть? С крагами, если говорить точно. В местном театре на Рождество ставят «Питера Пена», Саския помогает с организацией и попросила подготовить часть костюмов к прослушиваниям. Они начнутся уже в следующем месяце.

– Значит, перчатки для пиратов, понятно. А эти для кого?

– О, эти, до локтя, из атласа, специально для выпускного вечера. Цвет, кстати, не только белый. Девушкам очень нравятся сиреневые и нежно-желтые. Я много таких продаю через Интернет.

– Продаешь? Ах, ну да, конечно. А я и не знал, что ты шьешь перчатки. Интересное хобби.

Хобби?

Ах, Хит, поверь, ты выбрал очень неудачное слово. Кейт будто бы снова услышала раздраженный голос отца.

Надеюсь, скоро тебе надоест твое глупое хобби и ты захочешь заняться чем-нибудь серьезным. А если все же решишь пустить свою жизнь коту под хвост, то мы с матерью тебя поддерживать не станем!

Хобби. Да, так воспринимали работу Кейт ее родители. И Хит, как выяснилось, думает так же. А она-то надеялась, что он поможет ей изменить мнение близких.

Кейт взглянула на него. Он бегло просматривал наброски, над которыми она корпела много вечеров подряд.

И у нее внутри что-то оборвалось.

Хит и не думал, что его слова могли так больно ранить, правда, ничего удивительного в этом не было. Он ведь совершенно ничего не знал о ней, видел в ней лишь подругу Эмбер, девушку, которая могла превратить кусок материи в платье или перчатки, и наверняка совершенно забыл о том, что приходил когда-то на школьную вечеринку в честь Дня святого Валентина.

Наверное, стоит притвориться, что рисунки, которые он разглядывает с таким безразличием, действительно ничего не значат. Пусть он и дальше считает, что Кейт обычная швея, мечтающая о славе дизайнера.

Но ведь это неправда! Кейт сможет многого добиться!

Она отвела взгляд от Хита и стала смотреть в окно, за которым проносились зеленые поля и деревья.

Да что она здесь делает, в этом лимузине, рядом с роскошным мужчиной? Он ничего не знает о ее мире, о ее жизни! Совершенно ничего!

Кейт прижала руку к груди, сердце билось в бешеном темпе.

Может, стоит рискнуть? Рассказать этому мужчине, кто Кейт на самом деле и чего хочет от жизни?

Хит повернулся на скользком кожаном сиденье и с кивком передал блокнот Кейт.

– Боюсь, у меня традиционные представления о перчатках. Извини.

Она схватила свои драгоценные наброски и спрятала их в сумку.

– Буду считать, что это вызов. У меня, кстати, своя компания по пошиву перчаток в Лондоне. Эмбер тебе об этом, кажется, не сказала. И ты сейчас рассматривал наброски новой коллекции.

Хит медленно моргнул. Дважды. Его лицо приняло такое выражение, будто он не верил своим ушам.

– Ты управляешь сразу двумя компаниями?

В его голосе слышалось удивление и восхищение, и Кейт воспрянула духом.

Да, мистер модник, я управляю двумя компаниями. И то, что вырученных денег едва хватает лишь на аренду мастерской, не имеет совершенно никакого значения.

Подумав так, Кейт ответила: