Мистер Все-будет-по-моему - Сьюзан Джеймс

— Зачем мне эта размалеванная, вечно со всем согласная дама? — спросил Джед, и Крисси удивилась, что он обратил внимание на лицо Розы, всегда покрытое толстым слоем тонального крема, и ярко-красные губы. — Мне нужен человек, готовый со мной поспорить, способный увидеть проблему в ином свете. — Он потряс головой, словно отгоняя непрошеные мысли. — Женщины, подобные вам, очень редки. Вы — та, которая мне нужна, и я обеспечу вам соответствующее вознаграждение.

Крисси выслушала Джеда молча, затем, не скрывая сарказма, проговорила:

— Пока что я не сумела заставить вас увидеть проблему в ином свете.

— Крисси, Левисы уже давно собирались объявить о банкротстве, неужели вы не понимаете?!

Она была вынуждена сознаться: она не подозревала о столь плачевном состоянии дел.

— Я, по крайней мере, спас братьев от позора, — продолжал Джед. — Уплатил их долги, включая подоходный налог и налог на добавочную стоимость, дал им возможность высоко держать голову. Теперь весь город знает: они продали свое дело и достойно ушли на пенсию, что вполне естественно после сорока пяти лет успешной торговли. — Он смотрел на Крисси, ожидая каких-то слов. — И, — добавил он, — я переплатил за «Хидсбонд», ведь я заинтересован в этой земле. И я знаю: траты окупятся сполна.

Внезапно Крисси поняла, насколько высокую должность ей предлагает Джед. Она заколебалась.

— Значит, я нужна вам...— начала она.

Он перебил ее:

— Да. А я нужен вам, Крисси. — Джед помедлил, прежде чем пустить в ход тяжелую артиллерию. — И Мило. То есть ему нужны мои деньги. Как я сказал, вы можете рассчитывать на более солидное жалованье. Ваша жизнь станет гораздо легче. Разве это вам безразлично?

Отнюдь не безразлично, и мы оба это прекрасно понимаем.

Крисси застонала.

— Когда обнаружится, что работу дали только мне, со мной перестанут разговаривать все сотрудники фирмы «Хидсбонд». Я не перенесу этого, ведь за годы работы мы успели сдружиться.

— Тогда никому ничего не рассказывайте.

Она фыркнула.

У него на все готов ответ! Но он прав относительно самого важного: ни Полли, ни Мило, ни я сама не можем отказаться от этого предложения.

— Тогда... я согласна, — с сожалением сказала Крисси и увидела на губах Джеда улыбку победителя.

— Спасибо. Обещаю, вы не пожалеете.

— Надеюсь.

Резко развернувшись, она быстро пересекла комнату и открыла дверь. Прямо за дверью стояла Роза.

Волна ужаса захлестнула Крисси, когда она поняла, что Роза, должно быть, все слышала и, больше того, легко могла быть свидетельницей их с Джедом объятия, ведь двери почти прозрачные.

— Какого дьявола? — спросила Роза. — Я толком не разобрала, но я видела... Он к тебе приставал?

— Не сказала бы, — отвергла ее предположение Крисси, закрывая за собой дверь. — Ты всего лишь видела явную, неприкрытую злость.

— Как это?

— Очень просто. Я вышла из себя. Похоже, он из тех мужчин, которые предпочитают в разговоре подавить собеседника, вплоть до физического воздействия.

Хочется верить, мои слова не совсем бессмысленны.

— Мне показалось, тут дело в другом. — Роза проницательно посмотрела на Крисси. — Если хочешь, я могу быть твоей свидетельницей.

— До этого дело не дойдет. Не волнуйся за меня, Роза, я умею за себя постоять.

Крисси ехала домой в расстроенных чувствах. Остановившись на светофоре, она посмотрела на себя в зеркало заднего вида и тяжело вздохнула.

Я ведь сказала Розе правду. Горячие губы Джеда на моих губах, его тело, льнущее к моему, — результат несдержанной злости, ничего больше. А я, какими бы благими ни были мои намерения, увлеклась человеком, которого должна бы презирать.