Любовь с итальянским акцентом - Лариса Теплякова

— Я уже перечислил тебе немного денег, — благодушно сообщил ей заботливый Алессандро. — Проверь свой счет в банке. Я хочу, чтоб у тебя, мамы и Антонио был богатый праздничный стол.

— О, спасибо! — поблагодарила Наташа. — Не ожидала. Гуманитарная помощь.

— Да, да, гуманитарная помощь, — подхватил он. — Ты, как всегда, права. Я видел по телевизору, что у вас очень плохо с фруктами зимой. Надо всегда кушать фрукты, много фрукты. Особенно Антонио. Chiao! Я жду нашей встречи.

Наташа положила трубку и подумала о том, как нелогично все в этом мире: родной отец и дед находятся в двадцати минутах езды от Антошки, но нисколечко не думают, ест ли ребенок фрукты в достаточном количестве. А чужой дядя из-за границы присылает денег. Непостижимо.

Анна Андреевна уже привыкла не терзать дочь расспросами. Она, конечно, слышала их разговор, и Наташе показалось, что глаза матери светились гордостью за нее. А может, это только показалось.

Новогодье… В ночное звездное небо с боем курантов взлетает столько заветных желаний! Взрослые на миг становятся детьми и слепо верят в лучшие перемены. Где-то там, среди созвездий, кружат наши заветные мечты, чтобы когда-нибудь вернуться к нам и воплотиться. Не зря говорят про счастье — как с неба свалилось.

Ах, Алессандро, ты и сам не знаешь, что ты сделал! У Наташи Симаковой словно крылья выросли — сил прибавилось. Школьное представление получилось на славу. Отыграли его не раз. Подруги были бесподобны в шелковых блузках и платьях в свете свечей. А дома пахло мандаринами, яблоками и хвоей.

В начале марта в жизни Наташи случилась Венеция. Этот город и вовсе показался ей миражом — так он был необычен. Завораживающее действо карнавала днем; чувственный секс вечером. Все смешалось — музыка, маски, свечи, фонари, шепот, смех. Таинственный, хрустальный, хрупкий мир грез, фантазий, волшебство, в котором нельзя жить вечно.

В один из дней Наташа задумчиво сказала своему итальянскому любовнику:

— Я — женщина из плоти и крови… Понимаешь? Я…

Но Алессандро не дал ей договорить. Он откликнулся, потянувшись к ней:

— О да, да! Из плоти…

— О, ты не понял, я не о том. Я говорю, что я реалистка, а не воздушное существо. Я хочу знать, как живут коренные жители города, как работают. Ведь не могут же они всегда веселиться. Я хочу как бы заглянуть за занавес в театре.

— Зачем? — искренне удивился ее итальянский друг. — Разве это интересно?

— Да! Мне интересно! Ну пожалуйста! — попросила Наташа.

— Хорошо. — Он даже немного поскучнел. — Встанешь завтра в шесть часов утра?

— Легко! Если сегодня ляжем спать пораньше, так тем более, — заверила Наташа.

— Как хочет моя душенька, — повиновался ее галантный кавалер.

На следующее утро они, одевшись теплее, прогуливались по набережным города. Тут и там по воде медленно двигались баржи, груженные фруктами, вином, мукой, сладостями и еще много чем, что обычно требуется в многочисленных кафе и ресторанчиках Венеции. Работали даже небольшие рынки прямо на воде. Торговцы продавали с лодок рыбу, овощи, морепродукты. Стоял ровный, но негромкий, гул голосов, который лишь изредка нарушался редкими гортанными выкриками. К удивлению Алессандро, Наташа с интересом вглядывалась в лица торговцев, грузчиков. Среди смуглокожих южан мелькали и славянские лица.

— Смотри, мне кажется, что вон та бригада — выходцы из Украины, — обратила она внимание своего друга.

Алессандро честно исполнял роль гида по утреннему городу, хотя с его лица не сходило недоумение.

— Да, здесь много рабочих из разных стран. Возможно, и из Украины, возможно, — бормотал он.

Вскоре после десяти часов все стало стихать. Многочисленные мусорщики быстро и умело готовили новые декорации. Скоро толпы любопытных туристов со всего мира заполнят улочки Венеции, и шоу начнется вновь.

В отель они вернулись, продрогшие от утренней сырости. Горячий кофе показался напитком богов. Наташа была оживлена, довольна.

— Так вот ты какая, Венеция! — ликовала она. — Я увидела оборотную сторону праздника. Я люблю тебя, Венеция!

— Все едут сюда смотреть только праздник и забыть все свои проблемы. Непостижимая русская душа, — вполголоса сказал Алессандро, целуя ей холодные пальцы.

Так незаметно пролетело примерно года полтора. Наташа за это время побывала в Италии пять раз! Приходилось уплотнять свои дела, отпрашиваться с работы. Но ей шли навстречу. Такая трогательная интернациональная любовная история в маленьком городе случилась впервые. Все, кто знал и уважал Наташу, испытывали нечто похожее на гордость за нее, местную уральскую красавицу. Все складывалось как нельзя лучше!

Наташе же казалось, что она попеременно существует в двух мирах — настоящем, у себя дома, и в блистательном заморском Зазеркалье. Она уже ждала звонков своего итальянского друга с нетерпением. А он был даже так любезен, что помогал Наташе немного материально, пересылая деньги на ее банковский счет. Можно было больше уделять времени сыну, себе, не думая постоянно о хлебе насущном. Во время пребывания в Италии Алессандро тоже давал ей валюту на покупки. У нее имелись итальянские лиры и свободное время. Первое приятно тратить, а второе можно интересно заполнять. Наташа ощущала себя благополучной, почти обеспеченной женщиной. Это не могло не нравиться. Это вошло в нее, как дурман.