Древо познания - Дороти Уильямс

— Я только сейчас начинаю осознавать, как мало на самом деле о тебе знаю, о твоей жизни до меня.

— Но тебе надо лишь спросить…

— Но ты же не любишь, когда тебе задают вопросы! — перебила она.

Он удивился.

— Не люблю?

— Да. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление. Так ты здесь вырос, да?

— Я жил тут четыре года, до шестнадцати лет. Ходил в здешнюю школу. Я с мамой даже некоторое время жил в доме, в котором мы живем сейчас.

— О-о-о, ты был счастлив?

— Нет, — просто ответил он. И насмешливо добавил: — Но я был стойким.

Да ты и по-прежнему такой, подумала она.

— А твоя мама. Какая она была?

— Она еще более стойкая, чем я, — неохотно ответил Алекс. — Ты действительно не против написать портрет матери Аннабеллы?

— Нет, если ты считаешь, что у меня получится.

— Думаю, получится. — Он нежно взял ее руку и сжал в своей.

На какое-то мгновение на нее снизошло блаженное ощущение покоя и безопасности, и она, вновь почувствовав себя прежней, радостной и счастливой, доверчиво склонила голову ему на плечо.

— Ну и слава Богу. Я рад, что у тебя будет наконец чем заняться.

— Да.

Он открыл для нее дверь автомобиля и мягко закрыл, когда она заняла свое место. Потом сел за руль, нажал на сцепление, и они поехали.

Все будет хорошо, уговаривала она себя, все непременно наладится, к ним еще вернется счастье. Присцилла осталась в прошлом, там ей и место.

На обратном пути ее укачало. Она сонно повернула голову, когда он показал ей дом миссис Маккуллох.

— Ты запомнишь, это третий поворот налево, если ехать от нас, — пояснил Алекс.

— Конечно, запомню, не беспокойся, — отозвалась Каролина, пытаясь стряхнуть с себя сонное оцепенение.

Надо будет купить все необходимое, решила она, краски, кисти, мольберт… Это будет официальный портрет…

— Люблю ездить ночью, — после долгого молчания сказал он. — Тишина, машин мало, зимние пейзажи. Кажется, будто мы в начале прошлого века.

— Мчимся в дилижансе, — продолжила Каролина. — Храп лошадей, свист хлыста, недовольное бормотание кучера.

— Пассажиры толкаются, багаж болтается на крыше.

— И вдруг они видят фигуру на дороге. Человек в маске с пистолетами в руках. «Стоять, руки вверх!» Интересно, неужели они и вправду так говорят.

— В самом деле интересно?

— Думаю, ему было бы лучше выстрелить в воздух, чтобы остановить разогнавшихся лошадей.

— Нет-нет, — смеясь возразил Алекс. — Кучер полностью контролирует ситуацию.

— Кстати, а главный герой в твоей книге раскроет то загадочное убийство?

— О да, — улыбнулся он. — Разумеется, раскроет. Пока еще не знаю как, но раскроет. Это закон жанра. Ну вот мы и приехали, уже дома.

Алекс поставил машину в гараж, и они направились в дом.

Он помог ей снять пальто и предложил чего-нибудь выпить перед сном.

— Горячее молоко? Шоколад?

— Шоколад.

Она улыбнулась и нежно поцеловала его в холодные губы.

На этот раз он ответил на ее поцелуй.

— Я принесу тебе его наверх. Иди ложись пока.

Она кивнула, у нее перехватило дыхание от волнующего предчувствия. Неужели сегодня он останется с ней? Но она не смела спросить его об этом и не будет спрашивать, она просто будет принимать все как есть, пока их отношения не наладятся. Господи, сделай так, чтобы это произошло как можно скорее, молилась она.

Она уже лежала в постели под стеганым одеялом, обложенная подушками, когда Алекс принес ей шоколад. Осторожно поставив чашку на столик, он присел на край кровати.

— Разговор в машине навел меня на некоторые мысли, и я хочу записать их, пока не забыл. Поэтому допивай свой шоколад и отдыхай, а я пойду. Спасибо тебе за сегодняшний вечер. — Наклонившись, он нежно поцеловал ее в лоб и вышел.

Дверь за ним закрылась, а Каролина продолжала смотреть в пустоту невидящим взглядом.

Конечно, хорошо, что у него появились какие-то идеи. Это радовало ее. На самом деле радовало, но… А что, если это лишь оправдание, чтобы не оставаться с ней? Он ведет себя как брат, или дядя, или добрый друг, а ей нужен любовник, муж. Неужели он этого не понимает? Или не хочет понять?

А может быть, ему не терпится остаться одному, чтобы подумать о Присцилле? Не доставай его с этим, сказала Аннабелла. Но почему она это сказала? Потому что это опасная тема и все знают, что он все еще влюблен в нее?

— Нет, — проговорила она вслух. — Этого не может быть, потому что не может быть никогда.

Сделав пару глотков еще не успевшего остыть шоколада, она поставила чашку на тумбочку, выключила свет и закрыла глаза.

Пожалуй, все-таки надо разобраться с этим до конца. Или не стоит будить спящую собаку? Каролина мучилась неопределенностью, не зная, как ей лучше себя вести, как поступить. Разочарованная и беспомощная перед лицом обстоятельств, она опять остро ощутила свое одиночество.

Утро вечера мудреней, наконец решила она и попыталась заснуть. Но у нее перед глазами все время стоял Алекс с высокой рыжеволосой красавицей. Оба смеются, глядя друг другу в глаза. Или плавают в бассейне, или — самое страшное — занимаются любовью… Она представляла себе их в постели в самых разнообразных позах, и сердце ее сжималось от отчаяния. Да, наверняка они спали. Но ведь он спал со мной после нее и все у нас было замечательно. И будет опять. Каролина, ты слишком много думаешь, давай спи!

Всю ночь ее мучили кошмары — ей снился Алекс в компании Присциллы. Он обнимал ее, целовал, нашептывая нежности. А та сначала представлялась рыжеволосой красавицей с зелеными глазами, но через какое-то время, как в фильмах ужасов, оказывалось, что он держит в своих объятиях страшную ведьму с клыками вместо зубов. Каролина в ужасе проснулась и увидела Алекса с чашкой кофе на подносе.

Она сразу стряхнула с себя дурной сон и, отбросив все мысли про Присциллу, улыбнулась мужу. Он ответил ей ласковой улыбкой и протянул поднос. Подтянувшись на подушках, она взяла с подноса чашку кофе.

— Спасибо. Приятный сюрприз.

— Я рад. — Он осторожно присел на край кровати. — Как спалось?

— Отлично, — солгала она.

— Как насчет того, чтобы проветриться сегодня? Предлагаю съездить в Глазго, пообедаем там, купим тебе все необходимое для живописи…

— Я бы с удовольствием.

Он улыбнулся и встал.

— Пойду приготовлю завтрак. А ты пока собирайся. Похоже, пойдет снег, — добавил он и вышел.