Как склеить разбитое сердце? - Вера Иванова

Двери негостеприимного жилища вдруг как по волшебству разъехались, приглашая войти, и мы незамедлительно этим воспользовались. Створки тут же мягко сомкнулись, и, постояв несколько секунд, мы двинулись вперед. Пес куда-то умчался, а нам некоторое время пришлось брести в абсолютной темноте, держась за стенки. Еще несколько шагов — и мы очутились посреди огромного темного зала, освещенного тусклым аварийным фонарем. Стены и потолок сливались вдали в какую-то темную массу, было неуютно и страшно, но здесь, по крайней мере, не было дождя и ветра. Переход из одной реальности в другую оказался таким неожиданным, что мы вдруг застыли как вкопанные, ощущая себя путниками в дремучей тайге, забредшими в Диснейленд. А может, так оно и было? Все вокруг казалось искусственным, как декорации для съемок фантастического фильма. Лишь через некоторое время мы двинулись дальше — шаги были неслышными из-за мягкого, поглощавшего шум покрытия.

— Куда это нас занесло? — я почувствовала, что Каринка дрожит. Интересно, это от холода или от страха? — В мавзолей, что ли? Или в музей?

— Скорее, в детский лагерь. Очень уж много пространства! — прошептала я. У меня у самой озноб начался, наверное, от нервного напряжения — бывает, оно приходит к человеку уже тогда, когда главная опасность позади.

— А мне тут нравится! — воскликнул Вовик, восторженно оглядываясь. У этого мальца зубы не стучали совсем — как будто он не искупался в озере, не брел бог знает сколько времени под проливным дождем! Полиэтиленовый плащ волочился за ним, оставляя на полу мокрую дорожку. Я оглянулась — за нами с Каринкой тоже тянулась цепочка грязных следов. Вот ужас-то! А вдруг мы попали на какой-то секретный объект в духе Джеймса Бонда? Тогда нас элементарно вычислят по следам! И я вцепилась в Каринку, как клещ…

— А это все на самом деле не сон? — на всякий случай поинтересовался Вовик.

— Который снится всем троим? — просипела Каринка.

Тот, кто открыл нам дверь — очевидно, сторож этого заведения, — не торопился нас встречать. Пес тоже куда-то пропал — похоже, место было ему знакомо, он явно чувствовал себя как дома.

— Поесть бы чего-нибудь, — вздохнул Вовик, оглядываясь.

Словно в ответ на его слова перед нами возникла овчарка. В зубах она держала полуобглоданную курицу-гриль, от одного вида которой я поняла, что вот-вот грохнусь в обморок уже не от нервного напряжения, а от голода. Увидев нас, пес остановился и сел, положив остатки курицы перед собой.

— Он принес нам поесть! — обрадовался Вовик, бросаясь к курице.

— Не вздумай! — Каринка поставила гитару, метнулась к брату и вцепилась в плащ. — Нельзя! Это же грязь, микробы! Тебя и так уже тошнило!

— Я хочу есть! — Вовик вырывался, тянулся к курице.

Между братом и сестрой завязалась нешуточная потасовка. Пес сидел рядом и, удивленно наклонив голову, наблюдал, как мой плащ превращается в клочья, а ошметки несчастной курицы разлетаются по всему коридору.

Не в силах больше выносить пытку аппетитным запахом и варварской расправой с едой, я обратилась к собаке:

— Песик! Вперед! Кухня! Веди меня в кухню!

Умная собака поняла с полуслова. Гавкнув, она направилась в боковую дверь, и вскоре мы уже мчались по коридору. И откуда у нас только силы взялись? В предвкушении сытного ужина я забыла и об усталости, и о мокрой одежде!

Через некоторое время надобность в проводнике отпала — меня повел запах, божественный аромат жареной курятины. Он-то и привел в кухню, прямо к грилю, где на шампуре крутился подрумяненный цыпленок.

Я схватила валявшуюся на табуретке тряпку, открыла гриль и, обжигаясь, вытащила курицу, перевалив ее на тарелку. Если бы птичка не была раскаленной, я бы тут же и съела ее — целиком, с костями и, главное, с хрустящей золотистой корочкой. Но пока еда остывала, мне удалось взять себя в руки. Я вспомнила о голодных друзьях и скомандовала:

— Собака, приведи сюда ребят! Скорее! — Я не была уверена, что смогу продержаться до их прихода…

До чего же понятливыми бывают собаки! Я еще договаривала последнее слово, а пес уже исчез за дверью.

Как же невыносимо находиться рядом с аппетитной курочкой, вдыхать волшебный аромат и ждать, когда придут друзья! Сколько раз меня так и подмывало отщипнуть хоть малюсенький кусочек, хоть кончик крылышка или ножки! Но нет, я стойко выдержала испытание, оставив еду нетронутой. Хватит с меня и щавеля!

А потом я решила отвлечься.

Для начала неплохо бы вымыть руки… Вспомнив об этом, я отправилась на поиски туалета. Долго искать не пришлось — вверх по лестнице находилась отлично оборудованная ванная комната, и только голод удержал меня от того, чтобы тут же броситься под горячий душ. Зато я тщательно вымыла руки, используя ту самую тряпку, которой вынимала курицу, вместо полотенца.

Потом, решив подыскать какой-нибудь гарнир, а заодно и напитки, я начала обследовать кухню. Обнаружив холодильник, я выгребла оттуда все подчистую и смешала в огромной керамической миске. В результате получился салат из наспех порубленных листьев щавеля, черемши, редиски, помидоров, огурцов, маслин, оливок, зеленого лука, укропа, петрушки, яблок, консервированных ананасов, тертого сыра, кальмаров, ветчины, вареных шампиньонов. Все это я щедро залила майонезом, посыпала приправой для салата и чуть-чуть сбрызнула лимонным соком.

Я хотела добавить туда и то, что валялось на столе, но передумала и соорудила из этого другой салат. В него вошли: пачка сушеных кальмаров, пачка соленых сухариков с чесночком, пачка соленых орешков, пачка чипсов с луком и укропом и пачка соленых палочек. Этот салат я заправила половиной банки стоявшего на столе пива.

Получилось два отличных «маринских» салата! (Так Каринка называет мои кулинарные эксперименты.)

Потом я накрыла на стол, поставив рядом с курицей еще три тарелки. Посуда и приборы нашлись в огромном буфете. Там же я наткнулась на две бутылки минеральной воды и, не устояв, выпила половину одной и только тут сообразила, что друзей почему-то долго нет. Неужели опять что-то случилось? Я уже собиралась отправиться на поиски, но в дверях услышала радостный собачий лай и восторженный голос Вовика:

— Курица! Еще одна! Маринка нашла курицу!

— Пыталась заставить его вымыть руки, — объяснила задержку Каринка, становясь на цыпочки, чтобы заглянуть мне через плечо.

Едва увидев накрытый стол, эти двое ринулись к еде, чуть не опрокинув меня, и сразу стало заметно, что они брат и сестра.