Шанс - Александръ Дунаенко

– Ой, говорю, Оля! Здравствуй! А я думаю – каким ветром занесло ко мне такую интересную женщину.

Слушай, а ты почти не изменилась. Ну, может быть, самую малость… повзрослела…

А я как раз про тебя недавно вспоминал. Как мы с тобой целовались… учились целоваться…

Да, проходи, пожалуйста, чего мы тут, как дураки, встали в дверях.

Я пропускаю эту женщину, которая назвалась моей Олей, в квартиру.

Да… Оля… Оленька Романюк. Конечно, помню. Такое не забывается. Если бы не расстались тогда – Оленька переехала с родителями в другой город – то быть бы мне отцом в пятнадцать лет…

Как я тогда переживал!

Да, это она… Конечно, она, Оленька Романюк. Самая красивая девочка в классе. И самая умная.

Это потом осталось у меня на всю жизнь: я испытывал любовь и половое влечение только к красивым и умным женщинам. Большая часть моего высшего образования – от них.

Я достал из своего потайного шкапчика бутылку «Каберне»: – Садись, Оленька, рассказывай!..

Всё-таки – как ты меня нашла?

Вопрос, конечно, совершенно праздный – где можно спрятаться от людей в XXI веке?

Сайт «Одноклассники», чего тут уж сильно гадать, напрягаться.

Оленька сейчас одна. С мужем не сложилось. Дети выросли, разъехались, у всех свои семьи. Оленька в Интернете узнала обо мне, как ей показалось, почти все: адрес, одинокое моё семейное положение. Ещё сейчас своими глазами увидела – жив, здоров. Заходила в ванную, руки помыть – никаких женских вещей, приличных для этого места, не заметила.

Ох, Оленька, Оленька… Уж лучше бы они были…

Беседа получилась лёгкой и непринуждённой. Поговорили обо всех. Всех вспомнили. И Таньку Огневу, и Сашку Кенбаева. Конечно, и про нас. Как ходили смотреть оперу «Риголетто» – к нам приезжали московские артисты, – как вдвоём уезжали за город кататься на лыжах.

Как зимой нам нужно было целоваться, а на холоде это не только вредно, но и почти невозможно. И я попросился у сторожа пустить нас в новый пятиэтажный дом, который на-днях должны были заселять – там уже включили отопление.

Тогда был социализм, и сторож пустил нас бесплатно. Правда, посмотрел на нас так, будто мы там собираемся заниматься всякими глупостями.

А мы и не собирались.

Просто оно как-то так само собой всё получилось…

У Оленьки на спине, под левой лопаткой, маленькая родинка. Мы уже так хорошо разговорились, так насмеялись, а Оленька – та даже ещё и чуть всплакнула, что впору было мне спросить, на месте ли та родинка.

И не появились ли где ещё какие-нибудь пятнышки.

И я чувствовал, что уже должен об этом спросить. А в ответ мне должны сказать что-то вроде – да ну, мол, неудобно, ты что! Потом добавить – старая я, мол, уже, Саша. Ну, а я обязательно должен настоять, убедить, что нет – не старая, все ещё впереди. Лучше даже так, что – всё у нас ещё впереди.

Вместо этого я вдруг замолчал. Язык вдруг застрял в горле и перестал двигаться.

И Оленька заметила, конечно, эту во мне перемену. Слова, которые уже должны были прозвучать, так и остались во мне. И то, что я замолчал, превратило их, невысказанных, смысл в совершенно противоположный.

Что не хочу я видеть её родинку. Что, наверное, действительно, и возраст для романтических свиданий не тот.

И, что впереди у нас ничего уже не будет…

Эх, Оленька… Оленька…

Эх вы, женщины с миллионами светлых и радужных воспоминаний юности – сайт «Одноклассники» не всегда может подарить вам возвращение к первой любви.

Прежде, чем ехать к тому, с которым собирались когда-то быть вместе даже после смерти, поинтересуйтесь – а есть ли у него яйца? Или хотя бы – в каком они состоянии?

А уже потом – холост, разведён, здоров ли…

С квартирой или оформил ипотечный кредит в рассрочку на пятьдесят лет…

Оленька ушла из моей жизни. Теперь уже насовсем.

Я в одиночестве своём, в холостячестве спал, кушал, прогуливался вечерами по проспекту Абулхаирхана. Который был когда-то проспектом Ленина, а потом его переименовывали пять раз, пока пришли к самому благозвучному названию.

Любил посмотреть новости по Российскому телевидению.

Там в последние два дня российский лидер целовался с каким-то африканцем африканского происхождения.

Россия – преемница СССР. Её лидер, исходя из политических целей, должен обязательно целоваться с иностранцами.

Везло, когда попадалась Анжела Дэвис. Она ещё без лифчика всегда ходила. Ну, а если какой-нибудь Мугабе…

Всё равно тут ничего не поделаешь. Это же всё для страны, для Родины…

А город Актобе – бывший Актюбинск хорошел и расцветал с каждым днём. Тому способствовали серьёзные причины внешнего происхождения.

В областном центре через месяц должны были встретиться руководители великих государств – России, Казахстана, Украины… Саммит, в общем. Со стороны Казахстана президент Назарбаев. Со стороны России… В народе, когда обсуждали предстоящее событие, всё время путались: то говорили Путин, то – Медведев. Бывало, находился кто-нибудь за столиком, где играли в домино, или в маршрутке, кто переспрашивал: – А кто такой Медведев? Ему говорили, что Медведев – это исполняющий обязанности президента России. И добавляли, что Путин – это исполняющий обязанности премьер-министра России. Ещё говорили, что Путин заранее, уже давно, заказал себе в Германии клона. Потом там же, в Германии, клону сделали пластическую операцию. Документы выписали на хорошую русскую фамилию Медведев.

В Актобе они должны были приехать оба – и Путин и Медведев.

С недавних пор в России стали считать, что одна голова у власти хорошо, а две – лучше.

Так вот. Актобе готовился к приёму дорогих гостей. В скверах и на бульварах высаживались свежие цветы, в считанные дни то тут, то там – везде, куда указывал властным своим перстом аким (глава) города Сагиндыков, возникали уличные бассейны с фонтанами.

Что удивительно – фонтаны включали сразу, не дожидаясь приезда высоких гостей.

Забегая вперёд, скажу, что саммит прошёл на славу. Местной ГАИ спустили план оштрафовать и отправить на автостоянки восемь тысяч автомобилей. План выполнили на двести процентов.

На автозаправки города выбросили десант налоговой полиции. Почти все пришлось закрыть, потому что у королей бензоколонок обнаружилась масса всяких нарушений.

Участковые полиционеры провели разъяснительную работу среди жильцов домов, прилегающих к центральным улицам и площадям Актобе – чтобы в дни саммита не высовывались и не проявляли праздного любопытства.