Невеста для плохого парня - Морин Чайлд

— Похоже, нас встречают, — сказал Джанни, глядя на берег. — Я вижу свою сестру и ее мужа Рико.

— Проклятье! — вполголоса выругалась Мари. — Кажется, я опять начинаю нервничать.

И Джанни ее понимал. Врать, будучи вором, — это одно, но лгать своей семье — это совсем другое. И он снова напомнил себе, что все это ради спасения отца, его свободы, без которой он просто не сможет жить.

— Все будет хорошо, — ободрил он ее.

— Тебе легко говорить, ты ведь их знаешь.

— А ты знаешь меня, — негромко сказал Джанни.

— В самом деле? — Прищуренный взгляд ее зеленых глаз обратился на него.

Джанни приподнял бровь, по его губам скользнула усмешка.

— Ты выбрала неудачное время для того, чтобы заговорить на эту тему, — напомнил он. — Мы вот-вот сойдем на берег.

— Ты прав. — Мари вздохнула, решительно распрямила плечи и приподняла подбородок.

Джанни смотрел на нее во все глаза. Пропади он пропадом, если она не являла собой странную комбинацию твердой решимости и щемящей душу уязвимости. Он стиснул зубы, подавляя порыв взять ее на руки, прижать к себе и держать ее так до тех пор, пока ее глаза не утратят настороженного выражения. «Дурак!» — молча выругал себя Джанни.

— Рад, что ты со мной согласна, — сказал он ей.

Судно причалило к берегу, и Тереза закричала, махая рукой:

— Джанни! Джанни! — Ее черные волосы были стянуты в хвостик, отчего она казалась слишком юной для того, чтобы быть женой и матерью. На ней были льняные шорты, красная хлопковая блузка и сандалии.

Джанни перепрыгнул через бортик и быстрым шагом зашагал по пирсу. Тереза бросилась к нему. Он приподнял ее, крепко сжал в своих объятиях и снова поставил на ноги.

— Материнство идет тебе на пользу.

— Ты всегда знаешь, что сказать, — засмеялась Тереза.

Джанни подмигнул ей.

Подошел Рико.

— Рад видеть тебя снова, — улыбаясь, сказал он. — Терезе не хватает ее семьи.

Джанни взглянул на него. Даже климат тропического острова не заставил его изменить свой гардероб: он по-прежнему был одет во все черное.

— Тебе надо как-нибудь выбраться отсюда и навестить меня в Лондоне, — сказал Джанни.

— Оставить остров? — Тереза снова засмеялась и покачала головой. — Никогда в жизни.

Джанни обернулся к лодке и помог Мари спуститься на причал. Голос Терезы внезапно стих, и Джанни распознал удивление в ее молчании.

Их глаза встретились, и Джанни мысленно приказал Мари расслабиться. Да, немного нервозности в такой ситуации — это даже естественно, но если она зажмется, то все поймут, что что-то не так. Словно прочувствовав его тревогу, Мари кивнула, сделала вдох и заставила себя улыбнуться.

— Джанни? — вторгся в его мысли голос Терезы.

Сжав пальцы Мари, он притянул ее к себе и, положив руку ей на плечи, повернулся к Терезе и Рико.

— Тереза, познакомься с Мари О’Хара, — сказал он.

В глазах его сестры отразилось недоумение, но он добавил:

— Мари — моя невеста.

— Что? — воскликнула Тереза. — О боже! Это замечательно! — Она счастливо засмеялась и крепко обняла Мари. — Рада познакомиться с вами. Это просто здорово! Мой старший брат собирается жениться! Ура! — Она выпустила Мари из своих объятий и снова пылко обвила руки вокруг шеи Джанни.

Чувство вины охватило Джанни. Оно только усилилось, когда Тереза прошептала ему на ухо:

— Я так рада за тебя, Джанни! Я хочу, чтобы ты любил и был любим. Я хочу этого для всей нашей семьи.

Джанни молча прижал ее к себе, чувствуя себя последним негодяем оттого, что ему приходится лгать своей сестренке. А ведь им предстояло играть этот спектакль не один день. Однако что сделано, то сделано и возврата обратно нет.

— А я рад, что ты рада, — сказал он.

Сияя от счастья, Тереза отпустила его и вновь повернулась к Мари.

— Какой чудесный сюрприз! — И она потащила Мари за собой. Джанни слышал, как она возбужденно говорила: — Уверена, что мы с тобой подружимся, Мари! А теперь я хочу все-все узнать. Ты должна рассказать мне, как вы познакомились и где, а еще нам надо обсудить планы на свадьбу и…

Мари бросила на Джанни взгляд полный отчаяния, но он ничем не мог ей помочь. Если его сестра что-то решила, то остановить ее было сложно.

«Ничего», — сказал себе Джанни, Мари это только пойдет на пользу. Она с самого начала нырнула на глубину, а когда из нее выплывет, будет легче. Когда Джанни с Рико наконец тронулись вслед за ними, женщины уже далеко ушли вперед.

— Тереза тревожится, что и ты, и Пауло и ваш отец слишком часто остаетесь наедине сами с собой, — заметил Рико.

— Мы одни, только когда сами хотим этого, — фыркнул Джанни.

Рико только хмыкнул в ответ.

— Когда-то я тоже был таким. Но Терезе сложно это понять. Для нее быть одному все равно что быть одиноким. А ей не нравится думать о том, что члены ее семьи могут быть одиноки.

Был ли он одинок? Странно, но прежде Джанни никогда не считал себя одиноким. Он был уверен, что и Пауло думает так же. Они жили каждый своей жизнью, по своим правилам. У них было время и на себя, и на женщин, но по своему опыту он знал, что стоит пробыть с женщиной дольше положенного, как она уже начинает строить планы о домике с белой изгородью, мечтает о детях… Его же это не интересовало.