Раствориться в его объятиях - Мелани Милберн

– С чего такая уверенность?

Он стоял совсем рядом. Настолько рядом, что она видела каждую пору на его недавно выбритом подбородке. Настолько рядом, что Элис тянуло к нему, как к магниту.

– С того, что ты не из тех женщин, кто забирает деньги у бабушек, не сдержав данное слово.

– Но твоя бабушка совсем меня не знала. Уж точно не настолько хорошо, чтобы включать меня в завещание.

– Возможно, – кивнул Кристиано. – Но ты ей нравилась, и она тебе тоже. – Он выдержал паузу. – Она что-то в тебе разглядела. Какое-то качество, которое ее тронуло.

– Упрямство?

Он засмеялся:

– Его тоже. Но и что-то еще.

«Что еще?» – хотела спросить Элис. Но Кристиано вдруг, словно из ниоткуда, достал ювелирную коробочку.

– Это тебе, – сказал он.

Внутри лежал прекрасный бриллиант в классической оправе.

Элис взяла кольцо и осмотрела его со всех сторон. Кольцо ярко блестело в свете настенных ламп и люстры. Простота и элегантность в одном украшении. Элис надела кольцо на палец, и оно село так, словно было создано специально для нее.

– Оно…

– Скажи «милое», и я не отвечаю за последствия, – перебил Кристиано.

Элис улыбнулась и снова посмотрела на кольцо.

– Оно идеально. Это абсолютное совершенство. Сама я бы выбрала именно такое.

Когда она подняла глаза на Кристиано, он сидел нахмуренный.

– Ты бы выбрала такое же? – переспросил он.

Элис не знала, откуда взялась эта неуверенность в его голосе.

– Я имею в виду, в нормальной ситуации, – пояснила она. – Не как у нас с тобой. Но можешь не волноваться, себе я его не оставлю. Когда мы разойдемся, я верну тебе кольцо.

– Мне оно не нужно, – отрезал Кристиано.

– Но ведь…

– Оно твое, Элис. Когда мы разойдемся, можешь делать с ним что хочешь. – Он коротко выдохнул. – Прости, мне нужно было посоветоваться с тобой. Мне не пришло это в голову. Просто старое кольцо было таким… неподходящим. Прости, что не позвал тебя с собой и не дал тебе его померить.

Сделав губы бантиком, Элис водила ими вправо-влево. Это что-то новенькое – Кристиано признал свой промах.

– В прошлый раз я ошибся с кольцом, да? – спросил он.

Его глаза смотрели так пристально, что Элис отвела взгляд на кольцо. Она стала крутить им в руке, изучая огранку бриллианта.

– У моей матери осталось три кольца от трех разных мужей, – сказала она. – Одно хуже другого. Но каждый раз мама делала вид, что получает самое красивое кольцо в мире. Я не знаю, зачем она это делала. – Элис вновь посмотрела на Кристиано. – Согласись, если решил связать с кем-то свою жизнь, лучше быть с ним честным с самого начала.

Он улыбнулся невеселой улыбкой:

– Вот еще одно качество, которое ценила в тебе бабушка. Честность. Ты не лукавишь в пользу ситуации. Ты говоришь, что думаешь, и шлешь к чертям всех, кто с тобой не согласен.

Элис было странно слышать от него такое. Семь лет назад казалось, что это раздражает его в ней больше всего. И он имел полное право злиться, ведь она яро отстаивала свою точку зрения даже в том, о чем почти ничего не знала. В том, о чем сегодня думала совсем иначе. Скольких людей она обидела, так гневно выражая свое поверхностное, зачастую недалекое мнение? Раньше ей казалось, что идти на компромисс – значит проявлять слабость.

А теперь…

Теперь она знала, что давать важнее, чем брать. А слушать ценнее, чем говорить. В этом – маленькая толика жизненной мудрости.

– Странно, что твоя бабушка вообще меня помнила, – сказала Элис. – Мы с тобой были вместе всего полтора месяца. С тех пор у тебя было много женщин. Вряд ли она оставила каждой из них что-нибудь.

– Нет, только тебе, – подтвердил Кристиано.

Элис хотелось спросить, влюблялся ли он в кого-то из этих женщин. Но знала, что будет уличена в ревности. Да, она действительно ревновала и корила себя за это. И все же что, если он ни разу не влюбился после ее ухода? Значит, она – его единственная по жизни. Тогда все совсем печально и несправедливо. Выходит, из-за своего юношеского максимализма она и впрямь обрекла Кристиано на неоправданное одиночество.

С другой стороны, он нашел успокоение в объятиях других женщин. К кому-то из них мог испытывать чувства. Значит, если бы она передумала и позвонила ему спустя какое-то время, он дал бы ей от ворот поворот. Ведь его сердце снова было бы занято.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – вдруг сказал Кристиано. – Ты думаешь, как быстро я нашел тебе замену.

Элис не знала о его экстрасенсорных способностях. Или мысли слишком явно читались на ее лице? И то и другое пугало.

– Ты не делал тайны из своей личной жизни, – сказала она. – Желтая пресса пестрила статьями о твоих романах.

Кристиано смотрел на нее не моргая:

– Тебя это печалило?

Элис нахмурилась:

– С какой стати это должно меня печалить? Ты купил мне дорогое кольцо, сказал, что я твоя единственная, и предложил стать твоей женой. А через две недели после нашего расставания завел роман с другой.

– А ты к тому времени передумала?

– Нет, конечно. – Элис знала, что ответила слишком быстро. По реакции Кристиано было видно, что он ей не верит. – Просто так странно, что ты даже не…

Она не договорила.

– Я даже не что? – спросил Кристиано.

Элис закрыла глаза и тяжело выдохнула:

– Даже не скучал по мне.

Он подошел ближе, положил ладони ей на плечи:

– Думаешь, я по тебе не скучал?

Элис смотрела на его губы, не в силах отвести глаз. В ней разгоралось желание, которое не побороть ни самодисциплиной, ни здравым смыслом. Тепло его рук жгло кожу даже сквозь одежду. Он источал мужественность, рядом с ним даже самой независимой женщине захотелось бы растаять.

Элис слышала, как бурлит его кровь в унисон с ее кровью. Она приложила ладони к его груди. Она дотронулась до него. Ощутила его тепло и силу.

Она хотела его.

Сердце Кристиано билось ей в ладони, эхом отдаваясь во всем теле. Вплоть до эпицентра ее желаний. Элис сжала ткань его футболки и потянула к себе. Они стояли на расстоянии одного волоска. Электрические разряды пронизывали тело Элис в предвкушении близости.

Что, если она падет первой? Что страшного в том, что женщина поддастся своим желаниям? Их общим желаниям. Ведь ей так не хватало этих прикосновений!

Элис хотелось быть желанной. Хотелось, чтобы ее трогали.

Она поднялась на цыпочки и коснулась губами гладко выбритой кожи Кристиано. Ощутила ментоловый аромат его дыхания. Но он не целовал ее в ответ. Может, пытался доказать, что способен выстоять? В отличие от нее. Что, если он откажет ей, даже когда она сломается первой? Элис улыбнулась сама себе. Потому что знала, как сделать его слабым.