Мисс Паинька - Сандра Браун

— Я хочу пригласить тебя на обед, — неожиданно произнес он.

— Нет, мне надо привести себя в порядок.

— Ты отлично выглядишь.

— Не выдумывай. Не могу же я пойти в таком виде.

— Хорошо, тогда мы пообедаем здесь. Что у тебя есть?

Не успела Марни опомниться, как Ло уже был на кухне и, согнувшись, изучал содержимое холодильника.

Она подошла и резко захлопнула дверцу.

— Ты пришел сюда не есть.

Он отошел от холодильника и, посмотрев в потолок, произнес:

— Это так.

— Почему же ты пришел?

— Я думаю над тем вопросом, который ты задала мне вчера. Что делать с Дэвидом?

У Марни сжалось сердце, как всегда, когда она об этом думала.

— И что ты решил? — тихо спросила она.

— Ничего, — переводя на нее взгляд, ответил Ло. — До того как буду думать о будущем, я должен разобраться с прошлым.

— Не понимаю, — озадаченно произнесла она.

— Дэвид — хороший мальчик. В нем есть все, о чем может мечтать каждый отец, но мне хочется знать, каким он был раньше. Я не знаю, как мальчик прожил свои шестнадцать лет. Только знаю, что ему не разрешали завести собаку, потому что бабушка не выносила животных. Расскажи мне о нем, Марни. Я хочу все о нем знать.

Она взглянула на свою незаконченную работу и решила, что может закончить ее и ночью.

— Пойдем. — Она провела его в гостиную, где лежали альбомы с фотографиями Дэвида.

У нее были смешанные ощущения. Как это ни странно, она восхищалась интересом Ло к Дэвиду. На его месте другой пришел бы в ярость, узнав о существовании внебрачного ребенка. И, даже признав, что он отец мальчика, мог бы отнестись к этому, как к ошибке природы.

Ло был не таким человеком. Он многого добился в жизни. И ему было что терять.

Она еще больше любила его за сильный характер, но это же и делало их врагами. Несмотря на анонимные письма с угрозами, он не отказался от своего сына, хотя в душе Марни хотела именно этого.

До того как Ло сообщит о своих планах, она еще может быть хозяйкой положения. И пока лучшая тактика — сотрудничество с ним.

Марни села на пол, положив на колени большой альбом с фотографиями. Ло расположился рядом. Она открыла альбом, и на первой странице он увидел маленький отпечаток ноги Дэвида, сделанный сразу после рождения.

Глаза Ло заблестели:

— Какой маленький.

— А сейчас у него одиннадцатый размер, — сказала она, смеясь. — И когда я достаю из ящика с грязным бельем его носки, они уже не так приятно пахнут.

На следующей странице были фотографии, сделанные в тот день, когда Дэвида принесли из роддома. Ло внимательно рассматривал фотографию, на которой была Шэрон с младенцем на руках.

— Она, кажется, не очень рада.

— После родов Шэрон плохо себя чувствовала, — сказала Марни, пытаясь защитить сестру.

Он понял это.

— Она не хотела ребенка?

— Нет, — ответила Марни, вздохнув.

— Поскольку вы не разрешили ей сделать аборт, почему она не отказалась от него?

— Шэрон хотела, но родители не разрешили.

— Почему?

— Папа считал, что каждый должен отвечать за свои ошибки.

— Как в пословице: «Что посеешь, то и пожнешь». Сейчас никто не придерживается этого правила.

— А папа придерживался. Он хотел, чтобы Шэрон испытала это на себе.

— Я думаю, что тебе и твоим родителям досталось больше, чем Шэрон.

— Как только стало известно, что незамужняя дочь священника беременна, с папиной карьерой было покончено. Никто не учитывал его популярности среди прихожан.

— В этом он винил Дэвида?

— Конечно, нет. Дэвид не был грехом, он был только плодом греха. Мама и папа очень любили его и были привязаны к нему. Он не был бы таким уравновешенным, если бы они плохо относились к нему.

— На что же вы жили? — спросил Ло, переворачивая страницу и изучая каждую фотографию Дэвида.

— Отец пошел работать в религиозное издательство.

— И умер от сердечного приступа.

— Да, для мамы его смерть была большим ударом, особенно потому, что это произошло сразу после гибели Шэрон.

— Что с ней случилось, Марни?

— Я же говорила, несчастный случай. Автомобильная катастрофа.

Ло провел пальцем по подбородку Марни и повернул ее лицо к себе. Они сидели очень близко, касаясь друг друга плечами. Ее колено упиралось в его бедро.

— Расскажи поподробнее.

— Сейчас это не имеет значения. Дэвид ничего не помнит, — уклончиво ответила Марни.

— Я жду.

Закрыв глаза, она проговорила:

— Шэрон была пьяной. Ее машина вылетела на встречную полосу и в лоб столкнулась в другой машиной. В ней было два человека. Все трое скончались от удара.

От злости и сожаления он выругался. Марни почувствовала его состояние и инстинктивно положила руку ему на бедро.

— Это не твоя вина, Ло. Ты не знал, что она ждет ребенка. Не вини себя за то, что с ней это произошло. Шэрон сама попала в беду, и, если бы не ты, был бы кто-то другой. Она стала бунтовщицей с того дня, как узнала, что ее отец — священник и от нее ждут примерного поведения. Шэрон с отчаяния выставляла напоказ свои грехи. Она была источником постоянной напряженности в семье. Родители очень страдали из-за ее поведения и, хотя они расстроились, узнав о ее беременности, думаю, что нисколько не удивились.

— Почему они не сообщили мне или моим родителям?

— Шэрон сказала, что не знает, кто отец ребенка. Она врала, что спала со многими мужчинами. А я не видела никакого смысла называть твое имя. Слишком многих коснулась эта беда, зачем же еще портить твою жизнь? После рождения Дэвида Шэрон отказалась возвращаться в школу, заявив, что закончила свое образование. Папа настаивал, чтобы она пошла работать, но у нее не было никакой профессии и желания работать, и ее отовсюду выгоняли.

— А как у нее было с мужчинами?

— Естественно, она привлекала многих. Материнство даже улучшило ее фигуру. — Марни посмотрела на свои нервно сжимающиеся и разжимающиеся руки. — К несчастью, ей всегда попадались не те мужчины. Родители переживали, видя, как она катится по наклонной плоскости, но ничего не могли с ней сделать. Иногда она пропадала на несколько дней.

— Дэвид был ей совсем не нужен, да?

— Да, — печально качнув головой, произнесла Марни. — Ей ничего не было нужно, кроме собственной персоны.

— Что Дэвид знает обо мне?