Северная корона. Часть 2 - Анна Джейн

- Марта, это я, - сказал мужчина, отгоняя от себя образ мертвой девушки, так похожей на его старшую дочь. - Все хорошо?

От голоса отца девушка, находящаяся в особняке, на втором этаже, совсем растерялась. Она не ожидала его услышать. Ей вообще было странно осознавать, что этот человек беспокоиться за нее.

- А.... Да, - едва слышно проговорила она. - У меня все хорошо. Домой я приехать могу только утром, простите. Со мной Юля, - вдруг добавила она зачем-то.

- Юля? Хорошо, что она с тобой. Она хорошая девочка, хоть ты ее и не любишь. Может быть, когда-нибудь вы подружитесь? Ты точно не выходишь замуж? - спросил ее папа как-то странно.

- Конечно, нет! - закричала девушка. - Вы что??

- А я подумал, что ты выходишь замуж, и не позвала меня, - вдруг грустно сказал Константин Власович. - Когда увидел тебя в лимузине, это было моей первой мыслью.

Он вдруг встал и под изумленные взгляды родственников прошел вглубь квартиры, прижимая мобильник к уху, как будто бы позабыл, что находится не у себя дома. Эльвира посмотрела бывшему вслед, потерла уставшие глаза, но ничего не сказала.

- Ты знаешь, я так удивился, - вдруг сказал Марте отец. - И мне в голову пришли две вещи.

Данный текст не редактирован и размещен на сайте samlib.ru в черновом варианте.

Он замолчал, и Марте не оставалось ничего другого, как спросить:

- Какие?

- Первая - что это пришло как-то очень быстро, а я не успел, - честно отозвался Константин Власович, выходя на балкон и запирая за собой дверь на задвижку, чтобы никто не вошел. - Не успел приготовить тебе и Юле то, что хотел.

Марта, вообще не ожидавшая такого разговора, тем более с человеком, которого одновременно ненавидела и все же любила - в глубине души, сжалась. Она и не думала, что ее что-то потрясет так же сильно, как и сегодняшняя мнимая свадьба.

- А что ты хотел? - спросила девушка, затаив дыхание.

- Собрать - как же это называется? М-м-м, собрать приданное, - вдруг рассмеялся горьким смехом мужчина, и для Марты это тоже было открытием - она никогда не слышала, чтобы отец так смеялся. - Я хотел, чтобы и у тебя, и у Юли были свои квартиры. Тебе мне хотелось подарить квартиру, такую же легкую и воздушную, как и ты, где-нибудь на высоком этаже, с большой лоджией и огромными окнами - такими, чтобы восход было видно.

Девушка потрясенно молчала, совсем, как и мать, впившись ногтями одной руки в запястье другой. Честно сказать, таких слов она не ожидала услышать.

- У меня специально для этого есть деньги, ты не думай, дочка, - от последнего слова Марта вздрогнула, потому что давным-давно не слышала, чтобы отец обращался к ней так. "Дочка". Надо же, она не только мамина дочь, но еще и папина. Эта совершенно простая мысль стала для скрипачки настоящим открытием.

Мамина и папина.

Марта почему-то прижала ладонь ко рту.

- Да, я могу себе позволить сделать вам обеим такие подарки. Но, ты знаешь, я только этого хотел я ничего не делал - не искал квартиры, не думал, когда мне нужно будет делать покупки. Когда я увидел тебя в платье, я понял, что не думал, как скоро это случиться. Не понял, что ты взрослой уже стала. Если бы ты, действительно, выходила замуж, я бы лопухнулся с подарком - это точно. Опоздал бы с ним, и вместо того, что хотел бы тебе подарить, подарил бы деньги. Ты же знаешь, я все время дарю деньги. - Он раздраженно махнул рукой, вновь отгоняя от себя назойливую черно-белую и слегка размытую картину с изображением лица той самой несчастной девочки из морга. Наверное, только сейчас мужчина понял, как рад тому, что Марта в полном порядке.

- Костя, - постучала Эльвира Львовна по стеклу, не понимая, почему он закрылся с ее телефоном.

- Подождите пару минут, - не поворачиваясь, крикнул мужчина, зная, что никто не сможет войти к нему на балкон и помешать разговору с дочерью.

Марта не знала, что сказать, а потому молчала, не отрывая руки от лица. Всего лишь один день - и столько эмоций... И сколько потом еще будет мыслей и размышлений, и слез, наверное.

- А, еще вторая мысль. Я не сказал тебе о своей второй мысли, дочка, - продолжал мужчина, глядя на темное ночное небо, игриво поблескивающее то там, то тут высокими и очень далекими холодными звездами.

- Какая... вторая? - едва слышно спросила девушка. Она, сидя в темной спальне на втором этаже, тоже видела небо - и оно тоже было точно таким же. Правда, звезд отсюда было видно больше.

- Я подумал, что если ты не пригласила меня к себе на свадьбу, то я совсем, наверное, никчемный, - Константин Власович вдруг рассмеялся. - Мне никогда не хватало смелости спросить тебя о том, как ты ко мне относишься.

Его дочь молчала, не зная, что сказать.

- А сегодня я понял, что должен спросить об этом, пока не поздно, - продолжал музыкант, вспоминая с содроганием белое лицо симпатичной девушки с таким же длинными и светлыми волосами, как у Марты. - И вот, я спрашиваю.

Внизу вдруг раздался какой-то неприятный звук - как будто бы что-то разбилось, а после кто-то упал. Сердце Марты испуганно замерло, а после зачастило, как хвост собаки.

- Подожди, - вдруг тихо перебила отца девушка, не замечая, как ее ладонь находится теперь не около губ, а чуть выше груди. Теперь в доме стало совершенно тихо. Так тихо, что хотелось залезть под кровать, как в детстве. У Марты даже нога дернулась в сторону кровати, но девушка заставила себя подняться на ноги, испуганно прислушиваясь к звукам. Звукам, которых теперь не было, если не считать стрекотание кузнечиков за окном.

- Что? - не понял Константин Власович, почувствовав в голосе дочери тревогу.

- Папа, - не заметила, как назвала отца девушка, - подожди, пожалуйста...

- Конечно. Что-то случилось?

Марта ничего не ответила ему - она уже убрала мобильник от уха, положив его на кровать, между подушками, и направилась к выходу из комнаты, гадая, что случилось на первом этаже. Может быть, Саше стало плохо??

Константин, не понимая, что происходит у дочери, полминуты терпеливо ждал, когда она вернется к нему обратно, внимая тишине безлюдной темной комнаты с открытым окном, а после, когда уже подумал, что, может быть, стоит перезвонить ей, вдруг внезапно услышал далекий громкий крик Марты.

Мужчина сразу как-то решил для себя, что с дочерью теперь на смаом деле произошло что-то плохое. Он открыл задвижку и спешно вышел в комнату, натолкнувшись на брата, который уже собирался уезжать, поняв, что с племянницей все ок.

- Артем, - обратился отец Марты к брату, а тот с немалым удивлением понял, что руки у Кости трясутся.

"Неужели до сих пор из-за морга переживает? - промелькнула у полицейского в голове. - Может, ему водки налить 200 грамм?".

- Эй, ты чего, парень?

- Артем, я разговаривал с ней, а она отошла, а потом закричала! И вот, там теперь тишина, - торопливо и невнятно, глотая окончания слов, принялся объяснять Константин и сунул ничего не понимающему родственнику мобильник Эльвиры, по которому еще совсем недавно, минуту назад, разговаривал с дочкой.