Солнце - Анна Джейн

Я знаю, что ему, должно быть, плевать на Лилит и Сашу, и он действует в своих интересах, но я рада, что у них есть такая поддержка. И что у Лилит есть Октавий. Я верю в него.

- Что смотришь, Санни? - подсаживается ко мне Майк. Его взгляд устремляется в экран моего телефона, и он понимающе кивает головой.

- Я слышал об этом сегодня по радио в машине, - говорит он и хмурится. - Этого психа должны упрятать за решетку.

- Надеюсь, так и будет, - выключаю я телефон. То, что у Лилит теперь есть мощная поддержка, меня радует - один из тяжелых камней падает с моих плеч. Но другие лежат мертвым грузом.

- Когда уже привезут пиццу? - смотрит на наручные часы Майк. Он голоден. - Из-за грозы по всему городу дикие пробки - улицы заливает с обеда.

В подтверждение его слов за окном раздается оглушительный гром - небо взрывается прямо над нами.

- Пицца! - раздается чей-то радостный голос в гостиной, которая считается у нас комнатой отдыха. И Майк оживляется.

- Идем есть, Санни, - тянет он меня за руку. - Ты сегодня хандришь, но вкусная еда тебя развеселит.

Я улыбаюсь ему и разрешаю отвести себя в гостиную, где кто-то из парней рассчитывается с доставщиком пиццы, который выглядит как настоящее чучело: из-под фирменной синей кепки с названием сети пиццерий торчат спутанные длинные волосы, на носу сверкают огромные очки, над губами топорщатся пышные усы, а под ними - не менее пышная борода. Его одежда мокрая из-за ливня, и от обуви остается влажный след.

- Сдачи не надо - твои чаевые, - говорят ему, и тот гулким басом благодарит.

- Брат, сколько ты получаешь в день? - спрашивает его кто-то из музыкантов.

- Почти двадцать долларов - с оплатой за доставку каждой пиццы и чаевыми, - отвечает доставщик.

- Неплохо-неплохо.

- Иногда бывает, что чаевые составляют больше сотни, - продолжает бородач. - Вот однажды...

Что было с ним однажды, мы не успеваем услышать - за окном вдруг начинается конец света. Что-то ярко взрывается и бабахает - да так, что я вздрагиваю, а парни начинают ругаться.

- Что за черт?! - слышим мы вопли Уолтера со второго этажа. - Что происходит?!

Начинается суматоха, но довольно быстро прекращается - оказывается, за окном взрывались фейерверки. Видимо, это сюрприз от поклонников Дианы, которые узнали, где она записывает альбом. Об этом красноречиво говорят букеты цветов, разбросанные у забора и размокший плакат с надписью: «Ди, ты лучшая!»

Мы наспех ужинаем, хотя на самом деле пицца не лезет мне в рот, а затем снова идем в репетиционный зал. Я становлюсь у микрофона, представляя себя на сцене, а не за ней, парни начинают проверять инструменты.

- Что там сейчас по сет-листу? - спрашивает барабанщик. В отличие от Оливера, в нем нет огня, хотя профессионализма - море.

- «Розовая вода», - отвечает Майк.

Композиция начинается с меланхоличного гитарного соло, которое сопровождается приглушенным звучанием ударных, от которого у меня всегда перехватывает дух. Бас вступает последним, а потом присоединяюсь и я.

Эта песня тоже не моя - ее написал тот таинственный композитор. Она грустная, пронзительная и выворачивающая сердце наизнанку - мне понадобилось время, чтобы прочувствовать ее. Песню-сожаление, песню-печаль, песню-боль. Она далась мне с трудом - я бы никогда не написала такую. Но все же далась. И я пою ее так, что даже Диана одобряет меня - нехотя, но признает, что мое исполнение неплохое. Это самая высокая ее оценка по отношению ко мне.

Неплохо.

Я стою у микрофона, держа его обеими руками, и пою. Мне хочется думать, что я репетирую вместе со своей группой «Связь с солнцем», учусь в Хартли, живу с Кирстен и Лилит, но вместо этого я думаю о том, что потеряла все. И мой голос рассекает воздух и искрит, как молнии за стенами студии.

На моих пальцах больше не тает снег.

Себя уничтожить я никому не дам.

Теперь я бездушный монстр - не-человек,

И вместо крови в жилах - розовая вода.

А вместо сердца бьется хрустальный лед.

Вместо души вьется как дым туман.

Тот, кто меня уронит, сам упадет.

Стоять на моем пути никому не дам.

...А потом, когда тихо играет гитара, я вдруг слышу громкий голос Дастина:

- Что происходит?

И микрофон падает у меня из рук.