Дикая роза - Дженнифер Доннелли

В кабинет премьер-министра Ллойд-Джорджа заглянула его секретарша Аманда Даунс:

– Прошу прощения, сэр, но вас и членов кабинета ждут внизу для фотографирования с немецкой торговой делегацией.

Ллойд-Джордж, сменивший на этом посту Асквита, вместе с остальными членами кабинета слушали витиеватое выступление Эндрю Бонара Лоу, канцлера казначейства. Оно касалось предложенного правительством бюджета.

– Благодарю вас, Аманда, – сказал премьер-министр и повернулся к министру торговли Арчибальду Грэму. – Напомните мне, Арчи, зачем мы участвуем в этом цирке. Это ведь было вашей затеей? И с какой целью?

– Восстановить торговлю с Германией. Взаимное снятие эмбарго. Займы. Отмена тарифов, – ответил Грэм.

– Как всегда, деловые интересы превыше всего, – язвительно заметил Джо Бристоу.

– Совершенно верно. Немцам нужен наш чай. А нам – их мотоциклы.

– И ничто не сдвинется с места, пока мы не оставим позади незначительный инцидент.

– Незначительный инцидент? – изумился Грэм. – Что вы имеете в виду?

– Недавнюю войну, – ответил Джо.

– Я бы выразил это несколько по-другому, но смысл таков, – сказал Грэм.

Ллойд-Джордж взял со стола снятый галстук.

– Полагаю, там будут и газетчики? – спросил он, завязывая галстук.

– Да, и в немалом количестве, – ответил Грэм.

Министр торговли встал. Встали и десять других членов кабинета, заседавших за массивным столом из красного дерева в кабинете премьер-министра. Все, кроме Джо, который просто оттолкнул свою коляску.

– Сначала кайзер устраивает войну, убивает миллионы, а теперь хочет продавать нам мотоциклы, – возмущенно заявил он. – Я не желаю в этом участвовать.

– Наши желаемые действия далеко не всегда совпадают с вынужденными, – покровительственным тоном произнес Грэм. – Политика – это искусство лавирования и компромиссов. Вы не первый год заседаете в парламенте. Вам ли этого не знать? А предлагаемый компромисс пойдет на пользу нашей стране.

– Вы так думаете? – ехидно спросил Джо.

– Он восстановит торговлю, а торговля создаст новые рабочие места. Наши солдаты, защищавшие родину и вернувшиеся домой, отчаянно нуждаются в работе. Мы идем на сделку с недавним врагом, имея в виду собственные преимущества.

– Вы, конечно же, правы, Арчи, – тяжело вздохнул Ллойд-Джордж.

– Я часто бываю прав, сэр, – улыбнулся Грэм. – А вам, джентльмены, я предлагаю продемонстрировать газетчикам нашу сплоченность в этом вопросе. Улыбки и теплые слова будут совсем не лишними.

Джо, подъехавший к дверям, развернул коляску, загородив выход.

– Сплоченность? – переспросил он, разочарованно качая головой. – Не знаю, Арчи. Думаю, в Восточном Лондоне продать вашу затею будет очень трудно.

– Ага. Вот мы и подошли к сути вопроса. Удивлен, что вы так долго до нее добирались, – игриво заметил ему министр торговли.

– Мне нужно нечто конкретное, о чем я смогу рассказать своим избирателям.

– У вас есть свои соображения на этот счет?

– Представьте себе, есть.

– Так я и думал. Выкладывайте.

– Я хочу, чтобы построили три новые фабрики. Одну – в моем округе Хакни, вторую – в Уайтчепеле, а третью – в Лаймхаусе. Если джерри хотят продавать нам мотоциклы, мы великолепно можем делать их у себя в Восточном Лондоне по их лицензии и чертежам. – Помолчав, Джо добавил: – Политика, Арчи, – это искусство лавирования и компромисса. Вы не первый год в парламенте, и вам ли этого не знать?

Грэм скрестил руки на груди и задумался.

– Две фабрики, – сказал он. – Стройте их, где вам заблагорассудится.

– По рукам, – ответил Джо, широко улыбнувшись министру торговли.

– Джентльмены, вы всё обсудили? – нетерпеливо спросил премьер-министр.

– Да, – ответил Джо, освобождая выход.

Премьер-министр шел по коридорам своей резиденции на Даунинг-стрит, 10, держа путь к вестибюлю. Министры двигались следом. Спустившись вниз, Ллойд-Джордж обменялся рукопожатиями с Вильгельмом фон Бергом, главой немецкой торговой делегации. Разговор был сдержанным и прохладным. Обе стороны общались по необходимости, а отнюдь не по желанию.

Джо побеседовал на общие темы с угольным бароном из бассейна Рура, берлинским экономистом и фабрикантом, производящим товары для фермеров. Атмосфера была жесткой и неуютной. Джо всерьез захотелось оказаться среди сборища газетчиков и фотографов.

– Мистер Бристоу, примите мои поздравления по случаю вашего переизбрания, – послышалось у него за спиной.

Удивленный безупречным английским языком, Джо повернулся. Перед ним стоял высокий блондин. Взглянув на него, Джо узнал этого человека. Его волосы стали короче, чем в день их прошлой встречи. Левую часть лица уродовал крупный шрам, но в остальном немец мало изменился за прошедшие четыре с лишним года.

– Макс фон Брандт, – представился он. – Мы встречались перед войной. Вначале в тюрьме Холлоуэй. Затем вы пригласили меня к себе домой на свадьбу брата вашей жены.

– Да, – холодно ответил Джо. – Я помню обстоятельства нашего знакомства.

– Рад видеть вас снова, – добавил Макс. – На сей раз будучи участником торговой делегации.

При виде фон Брандта внутри Джо поднялась мощная волна гнева. Ценой неимоверных усилий он заставил себя сдержаться. Сейчас он представлял интересы британских деловых кругов, а не свои собственные. Ему было что сказать фон Брандту, но эти слова обождут. Джо заставил себя вежливо и учтиво слушать, пока Макс и еще двое членов делегации здоровались с ним и поздравляли с переизбранием.

– Джентльмены, попрошу вас туда… – услышал он слова Арчи Грэма.

Их вывели из дверей резиденции премьер-министра. На улице толпа газетчиков, стремясь прорваться за кордон, принялась забрасывать их вопросами.

– Такое ощущение, будто мы стоим перед расстрельным отрядом, – признался Грэм, оказавшийся рядом с Джо.

– Думаю, расстрельный отряд переносился бы легче по сравнению со всем этим, – ответил Джо.

Было объявлено, что премьер-министр, члены кабинета и их гости из Германии вначале попозируют фотографам, а затем ответят на вопросы. Среди моря газетчиков Джо заметил свою дочь. Та лихорадочно строчила в блокноте. Рядом стоял фотограф. Джо нахмурился. Каникулы давно закончились. Кейти сейчас должна бы находиться в университете. Ее появление в Лондоне означало, что она пропустила занятия. Если Фиона узнает, ей это очень не понравится. Жди крупного разговора. Джо гордился дочерью и ее приверженностью журналистике, но «Боевой клич» порою доставлял ей немало бед.

После нескольких минут фотографирования хлынула волна вопросов. Газетчики кричали, перебивали друг друга и требовали ответов. Это разгневанное племя с Флит-стрит хотело знать, почему вообще правительство ведет торговые переговоры с заклятым врагом Британии.