Ник и другие я - Татьяна Лаас

– А ты его любишь..? Я знаю – ты океан любишь… Ты в Либорайо к нему бежала…

Ви поправила плед на плечах Ворона:

– Люблю, конечно. Небо… Его нельзя не любить. Это свобода, самая настоящая свобода. Это выбор, который зависит только от тебя – где ты будешь в следующий миг… Это…

Ворон все же смог пошевелить рукой – он легонько ткнул в бок Ви, во всяком случае, он надеялся, что это бок – шокировать и сейчас настаивать на чем-то большем, чем дружба, еще рано. Ви совсем не готова к новым отношениям – Парра и Клауд постарались.

– Иди…

– Куда? – сперва не поняла его Ви. Парень для верности даже качнул головой в сторону океана:

– В небо. Пока еще моя кровь не разрушилась в тебе.

Ви мотнула головой, от чего её смешные кудряшки сбились, налетели на лицо – Ворон и хотел бы поправить, да сил руку поднять не было.

– Я тебя не брошу.

– Я уже не умру, Ви. Иди – я присмотрю за Доль. Точнее, – он тихо рассмеялся, – она присмотрит за мной.

Ви прикусила губу, и Ворон добил её своим «Пожалуйста!» Он опять непонятно улыбнулся – ну вот сейчас чему улыбаться-то?!

– Ви… Ну же! – он рукой нащупал кнопку открытия двери со своей стороны и нажал неё – как раз открывался вид на океан. – А я полюбуюсь и, быть может, тоже когда-нибудь решусь. Вдруг твоя кровь так сработает…

Вместо ответа Ви вышла из машины, поставила переноску со спящей Доль на переднее сиденье и… Пес затемнил стекла, хоть Ворон и так бы не подсматривал. А через пару минут в светлеющие на востоке небеса взлетел вертикально вверх небольшой дракончик – мелкий, юркий, с длинным хвостом, заканчивающимся кисточкой с перьями. Он быстро махал крыльями, набирая высоту, чтобы потом парить кругами в небесах, подсвеченный снизу лучами встающего солнца. Ворон щурился, глаза начинали болеть, но продолжал любоваться – Ви забыла обо всем, даже о времени и Доль. Она не летала слишком долго.

Ворон попытался связаться по элтелу с Паррой – надо было узнать новости. Только элтел сбоил и показывал отсутствие связи.

– Пес? – еле слышно позвал АСА Ворон. – Что со связью?

Пес высунулся из приборной панели, странно мигая:

– Не работает. Рядом магнитная аномалия. Ви пытается очиститься от нанов и слежки.

– А тебя тогда почему не задело?

– Задело, – признался АСА. – Я не смог адекватно среагировать на действия Ви, когда она чуть не убила тебя.

Ворон тут же одернул его:

– Она не пыталась убить! Она сильная девушка, она справилась. Но… Почему ты еще функционируешь?

– Мика Рассел смог извлечь из Ник Росси наны хаоса, точнее наны-репликаторы, устойчивые к магнитному воздействию. Именно эти репликаторы раз за разом восстанавливают меня в защитном накопителе после воздействия магнитного поля. Но я бы отсюда убирался как можно быстрее. Мне моя жизнь дорога́. – Он тут же добавил дипломатично: – как и твоя жизнь.

– Понятно. – кивнул Ворон, собираясь с мыслями. Столько всего случилось, надо посоветоваться с Паррой, надо узнать новости. – Иди в свой накопитель, я не буду тебя тревожить.

– Спасибо! – Пес втянулся обратно в приборную доску. Ворон чуть приподнялся на локте, замечая, как на капоте снова сияет серебром нарисованная фигурка мустанга – сразу после отъезда из Убежища Справедливости Пес скрыл её при помощи защитной эмульсии, той самой, которую еще применяют в косметических масках для нанесения макияжа.

Раз элтела не было, пришлось воспользоваться интером – хорошо, что предусмотрительный Лекс и его притащил с собой вместе с оружием. Ворон позвонил Парре, узнавая новости. Заодно позвонил и повинился за свой побег перед Лином – этот тоже не спал. В зоне спать некогда. Ворох новостей ошеломлял – Ви они должны понравиться… Странный и хороший, должно быть, получится мир, когда каждый будет равен. Не нужно будет избегать лордов, не нужно будет бояться хомофилов, не нужно будет бояться короткого срока жизни людям… Только почистить все зоны, и мир будет прекрасен. Ворон отдавал себе отчет, что всегда найдется недовольная сволочь, но против сволочей есть полиция, армия и МУСт.

Солнце вставало все выше и выше, и Ворону пришлось отвернуться от океана, спасая глаза. Он только и успел заметить, как дракончик сложил крылья и вертикально вошел в толщу воды. Гадать, кем там станет Ви, было бесполезно, но в голову упрямо лезли русалки в венках и их звонкий смех. Пес задумчиво затемнил стекла машины еще сильнее, только дверь захлопывать не стал – Ворон не позволил.

Дул свежий ветер, пахший йодом и влагой. Начинался новый день – день, полный свободы. Уже настоящей свободы.

Ворон чуть приподнялся на локте, заглядывая в переноску – Доль шевелилась во сне. Приборы показывали, что она скоро проснется. По салону скользнула тень, которой не должно было быть, и Ворон среагировал быстро – резко развернулся, забывая о слабости и… Столкнулся нос к носу с Ви, мокрой и абсолютно счастливой Ви. Обнаженной, кожа сияла и растворялась в ярком солнечном свете, совсем как тогда – в счастливое осеннее утро Лекса и Ви, и его немножко, только об этом никто не должен знать.

Ворон стащил с себя плед и накинул его на плечи Ви.

– Алекс… – она прошептала где-то у его уха, заставляя мурашки ползти по коже вниз. – Алекс…

Ворон закрыл глаза, его руки так и лежали на плечах Ви, удерживая плед, но это было неправильно.

– Солнышко…

– Кто? – еле слышно переспросила Ви, а кожа горела только от одного её дыхания, как ни странно, прохладного. Только кожа горела, и… Сил отстраниться не было.

– Солнышко… – Ворон заставил себя перейти на рабочий лад: – Я связался с Росси. В Колыбели оживили Карсона, того самого Карсона – создателя и владельца проекта убежищ.

– И что это значит? – голос Ви отвлекал, мешая думать.

– Это значит, что власть в Убежищах сменилась окончательно. Тебя и твоих сестер больше никто не будет преследовать. Мы возвращаемся в Либорайо. Больше не надо бежать.

Ви чуть отстранилась, за что Ворон